Имя ветра

Ротфусс Патрик

— Не могу сказать, что удивлен, тут был хороший урожай красоток. Две уже спрашивали о тебе. — Он подмигнул. — На кого ты положил глаз?

— Да все не так, — запротестовал я. — Это та, которая пела со мной вчера вечером. У нее прекрасный голос, и я надеялся найти ее, чтобы попеть.

— Думаю, я знаю песню, о которой ты говоришь.

Он широко и понимающе улыбнулся мне.

Я почувствовал, что бешено краснею, и снова начал протестовать.

— Да ладно тебе, я буду держать язык за зубами. Я даже Станчиону не расскажу,

а то весь город узнает. Он сплетничает, как школьница, когда пропустит рюмочку.

Деоч выжидающе посмотрел на меня.

— Она такая стройная, с глубокими глазами, темными, как кофе, — сказал я, не успев подумать, как это прозвучит. И поспешно, пока Трепе и Деоч не начали подшучивать, добавил: — Ее зовут Дианне.

— А-а-а… — медленно кивнул Деоч, его улыбка слегка покривилась. — Я мог бы догадаться.

— Она живет здесь? — спросил Трепе. — Мне кажется, я ее не знаю.

— Вы бы запомнили, — сказал Деоч. — Но нет, я не думаю, что она живет в городе. Я вижу ее то тут, то там. Она путешествует, вот только была здесь и уже уехала. — Он потер затылок и обеспокоенно улыбнулся мне. — Я не знаю, где бы ты мог ее найти. Осторожней, парень, эта женщина похитит твое сердце. Мужчины падают вокруг нее, как пшеница под лезвием серпа.

Я пожал плечами, как будто такие мысли даже не могли прийти мне в голову, и обрадовался, когда Трепе свернул беседу на сплетню об одном из местных советников. Я похохатывал над их перебранкой, пока не допил свою кружку, а затем распрощался и покинул их.

Полчаса спустя я стоял на лестнице у дверей Деви, пытаясь не обращать внимания на тухлый запах из мясницкой внизу. Я пересчитал деньги в третий раз и подумал о том, что выбрать. Я мог полностью выплатить долг и еще заплатить за обучение, но это оставило бы меня без гроша. У меня были еще долги, и, как я ни жаждал выскользнуть из-под пяты Деви, я не собирался начинать четверть без единой монеты в кармане.

Внезапно дверь открылась, напугав меня. Лицо Деви подозрительно выглянуло через узенькую щелочку, затем расцвело улыбкой, когда она узнала меня.

— Чего ты тут болтаешься? — спросила она. — Джентльмены, как правило, стучат.

Она открыла дверь пошире, чтобы впустить меня.

— Просто взвешиваю свои возможности, — объяснил я, пока Деви задвигала засов за моей спиной. Ее комната выглядела совершенно так же, только сегодня здесь пахло корицей, а не лавандой, — Надеюсь, тебе не доставит неудобств, если я в этой четверти выплачу только процент?

— Совсем нет, — любезно сказала Деви, — Мне нравится думать об этом как о капиталовложении, — Она указала на стул, — Кроме того, это означает, что я увижу тебя снова. Знал бы ты, как мало у меня посетителей.

— Это скорее из-за местоположения, чем из-за тебя самой, — сказал я.

Она наморщила носик.

— Знаю. Сначала я обосновалась здесь, потому что было дешево. Но теперь я чувствую себя обязанной

оставаться тут, потому что мои клиенты знают, как меня найти.

Я выложил на стол два таланта и подтолкнул к ней.

— Можно задать вопрос?

— Неприличный? — с детским восторгом спросила Деви.

— Немного, — признал я. — Кто-нибудь когда-нибудь пытался донести на тебя?

— Ну… — Она выпрямилась на стуле. — Это можно рассмотреть с разных сторон. — Она подняла бровь над ледяным голубым глазом. — Ты угрожаешь или любопытствуешь?

— Любопытствую, — быстро ответил я.

— Вот что. — Деви кивнула на мою лютню. — Сыграй мне песенку, и я расскажу тебе все как есть.

Я улыбнулся, открыл футляр и вытащил лютню.

— А что бы ты хотела послушать?

Она подумала с минуту.

— Можешь сыграть «Беги из города, лудильщик»?

Я сыграл, быстро и легко. Деви с энтузиазмом присоединилась к припеву и в конце заулыбалась и захлопала, как девчонка.

Какой она когда-то и была. Но потом она снова превратилась в опытную, уверенную в себе женщину. А мне по-прежнему еще не исполнилось шестнадцати.

— Один раз, — ответила Деви, когда я убрал лютню. — Два года назад юный дворянин, э'лир, решил, что будет лучше проинформировать констебля, чем уплатить долг.

Я посмотрел на нее:

— И?..

— И так и сделал, — беспечно сказала она. — Они пришли, стати задавать мне вопросы, обыскали все. Конечно, не нашли ничего предосудительного.

— Конечно.

— На следующий день юный дворянин рассказал констеблю всю правду: он сочинил эту историю, потому что я отвергла его романтическое предложение. — Она усмехнулась. — Констебль, правда, совсем не веселился, и дворянчика оштрафовали за клевету на городскую даму.

Я не смог сдержать улыбку.

— Не могу сказать, что ужасно… — Я умолк, заметив одну вещицу, и указал на книжную полку. — Это «Основа всей материи» Малкафа?

— О да, — с гордостью сказала Деви. — Совсем новая. Частичная предоплата. — Она указала на полку — Не стесняйся.

Я прошел к полке и взял книгу.

— Если бы я прочитал ее раньше, то не завалил бы сегодня вопрос на экзамене.

— Я-то думала, у вас целая куча книг в архивах, — сказала она полным зависти тоном.

Я покачал головой:

— Меня изгнали оттуда. Я провел в архивах в общей сложности два часа, и половину всего времени меня выпроваживали за ухо.

Деви медленно кивнула.

— Я слышала об этом, но ведь никогда не знаешь, какие слухи правдивы. Значит мы почти в одной лодке.

— Я бы сказал, твоя чуть получше, — заметил я, разглядывая полки. — У тебя здесь Теккам и «Героборика». — Я просмотрел все заголовки, ища чего-нибудь, что могло бы дать информацию об амир и чандрианах, но не нашел ничего подходящего. — И «Особенности брачных игр драккусов обыкновенных» у тебя есть. Ее-то я и читал, когда меня выперли.