Инцидент
Шрифт:
Завывающе жахнул рельсотрон — снаряд угодил самому крупному охотнику прямо в лоб. Монстр словно на стену налетел. Взревел, бестолково замотал головой, затем словно обезумев, понесся куда-то вперед.
Снова рыкнул движок. Нас затрясло, начало кидать из стороны в сторону. Десантник в «Скауте» вскрикнул, резко наклонился, брызнула кровь. А когда выпрямился — головы уже не было. Острая конечность срезала почти никак не защищенную шею. Затем десантник в легком скафе просто рухнул за борт, попав под заднее колесо. Хрустнуло.
Майор сосредоточился на препятствии.
Неожиданно, в днище уперся крупный обломок, машина дернулась, накренилась. Но никакого ущерба он не нанес — его просто вывернуло под ближайшее колесо и мы продолжили движение.
— Давай, дава-а-ай! — рычал майор, яростно вертя руль и выжимая педаль газа.
Снова посыпались плевки.
— А-а, с-суки! — Ферт во все стороны пыхал огнеметом, но с каждым выстрелом пламя становилось менее плотным. Вокруг уже летало несколько огненных факелов. Падали обугленные и дымящиеся тела. Несколько раз прямо на наши головы пикировали мертвые тела.
— Гранаты!
Я схватил первую попавшуюся под руки «ST» гранату и зашвырнул ее влево. Та упала в метре от скопления сразу шести летяг. Взрывом разметало не только песок, но и фрагменты коричневых тел.
Грохнуло еще пару раз. Один далеко, другой почти под колесами. Осколки звякнули по корпусу. Взрывной волной «Джаггера» едва не подбросило. Все три колеса правого борта с размаху угодили в камень. От сильного удара Барнс едва не вылетел за борт.
Те, у кого еще работали «FARы», отстреливались, как могли. Пулеметы косили летяг пачками, но визуально их не становилось меньше. Летяги, отстрелявшись, начали соскакивать вниз, планируя над нашими головами и изредка плюясь кислотой. Некоторые, приземлившись, плевались вдогонку. Медленно пробирающийся через каменный завал «Джаггер» был легкой целью.
Заорал «Дефендер». Он, как самый крупный, был первостепенной целью.
В лишенного руки десантника, угодило сразу полтора десятка плевков. Ярко-зеленая жижа поползла по броне, разъедая металл.
Броня тяжелого скафа была куда толще той, что имелась у «Скаута». Но даже у нее были слабые места — броня-то была не везде. Десантник выронил оружие, пошатнулся, упал на колени и принялся стряхивать с себя кислоту, но ничего этим не добился — только перчатка задымилась. А вдобавок сверху метко спикировал крупный летун, тут же обхватив верхнюю часть тела острыми конечностями, хвостом и перепонками. Зубами впился прямо в трехслойное бронестекло.
— Раттлер, жми! — заорал я, поливая из импульсной винтовки снующих вокруг тварей. Некоторые уже успели спланировать и прицепиться когтями к бортам. Тут и там мелькали крюки — они пытались зацепить ими добычу и вытащить из кузова. Сил им не хватало — масса даже легкого скафа была около ста пятидесяти килограмм. Но угроза была еще и в том, что летяги, выверенными движениями острых когтей, поражали слабо защищенные места, нанося рваные раны.
В ход пошли штыки и приклады винтовок.
Движок взвыл так,
Крутой поворот. Часть тварей не удержались и просто кубарем слетели на песок.
Несколько раз Барнс прекращал стрельбу, ругался, но снова продолжал бой. Один из пулеметов сорвался с крепления и теперь, вреда от него было больше чем пользы.
— Все! — Ферт с досадой швырнул пустой огнемет в показавшуюся между бронепластин тварь. Та с шипением выпала вниз, тут же оказавшись под колесами.
Вскрикнул Раттлер. Сверху, прямо в открытую кабину, рухнул крупный летун, весь объятый пламенем. Майор тут же пинком выкинул его наружу. Одновременно откуда-то справа прилетел крупный кислотный сгусток. Его шлем почти сразу задымился, но сам майор продолжал вертеть руль.
Мы прорвались через завал.
Это заняло всего-то около тридцати секунд. Мимо с ревом пронесся оглушенный охотник, с размаху ткнувшись мордой в стену. Я тут же выстрелил в него из ракетницы — та рванула прямо у него между задних ног, разорвав осколками брюхо.
Взбешенный зверь развернулся, пронесся вперед несколько метров. Но когда из развороченного живота посыпались внутренности, он жалобно взвыл, рухнул и уже через несколько шагов зарылся мордой в песок.
— Алекс, выстрел!
Я поспешно перезарядил ракетницу, высунулся из кузова. Справа показался другой охотник, который скакал параллельно «Джаггеру». Барнс тут же открыл по нему огонь из пулеметов, но было видно, что пули просто вязнут в толстой шкуре. И тогда сержант взял ниже, по ногам…
Хлопнуло. Вторая ракета попала в переднее плечо. Охотник завалился на бок, рухнул. Я еще успел отметить, что он снова поднялся на ноги.
Я снова подобрал «LR-20», дал короткую очередь. Щелкнуло.
— Бабуины! — зарычал я, торопливо меняя батарею. — Да их тут никак не сотня!
Вскрикнул Ферт.
Тварь умудрилась зацепить его хвостом вокруг правого плеча и подтащить к борту. Сразу две конечности ткнулись ему в слабо защищенное предплечье.
Медик заорал, выронил винтовку, кое-как ухватился рукой за бронещиток, а другой… Штык выдвинулся легко и непринужденно, именно им и махал сержант, надеясь попасть по хвосту, чтобы перерубить его. Удалось, но не с первого раза. Я лишь чудом ухватил его за ногу и резким рывком, дернул на себя, не дав ему вывалиться под колеса.
Твари вились над нами как огромные жирные мухи.
Рухнул «Дефендер». Кислота прожгла броню сразу в нескольких местах и десантник не выдержал. Внутренняя связь то отключалась, то вновь работала. Но тяж уже почти не кричал, только стонал от невыносимой боли. Помочь ему было просто невозможно.
Я мельком глянул на спидометр.
Шестьдесят.
Раттлер просто выжал педаль в пол, и сейчас джип чертыхался по кочкам, но в скорости не снижал. Майор лавировал между камнями и выступами просто мастерски — джип лишь пару раз скользнул бортом о камни. Сшиб переднюю фару.