Incomplete
Шрифт:
— Просто ты зациклен на его уходе, — я повернулся к ней лицом и приподнял бровь, ожидая, что она продолжит.
Сара всем своим видом показала, что она раздражена, потому что ей приходится объяснять мне, по ее мнению, элементарные вещи.
— Я говорю о том, что ты винишь его в уходе и больше ни о чем не думаешь. Но ведь было не только плохое, понимаешь? До его ухода. Он был твоим другом, а сейчас ты тут сидишь и дуешься из-за того, что он ушел, забывая о том, что хорошего было до ухода, — сказала и встала с дивана, отвечая
И тут-то я и задумался… За что мы платим деньги нашему мозгоправу, если Сара сейчас парой фраз заставила меня посмотреть на ситуацию с другой стороны. Я, как и ребята, не видел ничего вокруг, кроме обиды. А у нас же были всякие времена и переживали мы их вместе с Аароном. Я нахмурился от этого нового взгляда на ситуацию. Честное слово, мне только осталось самому копаться в себе для полного счастья. И так проблем выше крыши. В общем, пока я ненавижу Аарона, так легче, а как найду весло, чтобы разгрести первостепенное дерьмо, так и покопаюсь в своем.
Тем временем Стефани и Аарон принесли знаменитую лазанью Грин, которую сестры готовили только по особым случая. Мой живот тут же заурчал, требуя еды. Да, я специально не ел весь день, чтобы в меня больше вместилось.
— Сара, кушать! — крикнула Стеф и села напротив меня в кресло, рядом с ней присел и Аарон, мимолетно коснувшись коленки девушки, и я сощурил глаза.
Их телячьи нежности — что-то с чем-то. Это как смотреть на то, как твои родители обжимаются. Я передернул плечами.
— Тебе что, холодно? — добродушно поинтересовался Стюарт.
Стефани тем временем разложила еду по тарелкам.
— Нет, все идеально, — сказал я, и как раз в этот момент зашла Сара, широко улыбаясь.
— Оливия заедет за мной через час, — сказала та, на что Стеф фыркнула.
— Кто такая Оливия? — спросил я с набитым ртом, искоса глядя на Сару.
— Моя девушка, — ответила та гордо.
Я только хмыкнул и покачал головой. В этом была вся Сара.
— Да-да, в один прекрасный день ты придешь домой с огромным мистером пипстером между ног и скажешь называть тебя Риком, — очень эмоционально и активно жестикулируя, выпалила Стеф, от чего вилка улетела со стола.
Сара молчала, спокойно пережевывала еду и затем сделала глоток содовой. О, я прекрасно знал, что значит это молчание. За Сарой всегда остается последнее слово. Всегда.
— Тебя просто нужно хорошенько оттрахать, Стеф. И ты перестанешь быть такой ханжой. Аарон, — обратилась она к молодому человеку, — пора переходить к действиям.
Я видел, как Аарон пытался не засмеяться, в то время как Стефани пыталась прийти в себя.
— Мы… Это не… Какого…? — старшая Грин сделала глубокий вдох.
— Моя личная жизнь не касается никого кроме Аарона. — Холодно произнесла Стефани.
Сара кивнула и отправила еще кусочек лазаньи в рот.
— Так же, как и моя, сестренка.
Пока девочки спорили,
— Сейчас двадцать первый век, Стеф. У любви нет пола, — сказал я.
— То есть, ты сможешь замутить с мужиком? — тут же спросил Аарон.
Я задумался.
— Ну, к своей заднице я его не подпущу.
— А так — пожалуйста?
Я улыбнулся и пожал плечами, от чего Стюарт, запрокинув голову назад, расхохотался.
— А помнишь, когда Эван замутил с трансом? — сквозь смех спросил он.
Я в этот момент пил газировку и от смеха выплюнул все на стол и себе на футболку, вспоминая эту историю.
— О, боже! Вы должны рассказать нам, — тут же оживилась Сара.
Аарон начал рассказ.
— Мы только приехали в Чикаго, еще до того, как встретили вас. Никого не знали и решили отправиться в ночной клуб. Перед сходом напились дешевой водки, от которой чуть не потеряли зрение, — Стюарт посмотрел мне в глаза, и моя улыбка была зеркальным отражением его. Мы оба в деталях вспомнили тот вечер и ощущения.
— Так вот, зашли мы в клуб. И вы же знаете Эвана с его девизом?
— Ртом можно делать столько офигенных вещей, так зачем разговоры?
Хором проговорили мы.
— Форд тут же двинулся в толпу тел, искать себе даму на вечер.
Я ухмыльнулся, Аарон всегда был таким джентльменом.
— Увидел свою добычу и спустя пару песен он приволок ее уже к нам за столик.
— Первым заподозрил неладное Трев, — продолжил историю я, — он тогда наклонился к нам и спросил, бывают ли у женщин такие огромные кадыки.
— О, нет, — еле сдерживая смех, проговорила Стеф и закрыла рот рукой.
— О, да! Мы втроем уставились на то, как Эван и эта «девушка» самозабвенно целуются напротив нас. И тут Эван засовывает руку девице под юбку, отрываясь от ее губ, и ошарашено спрашивает: «Ты что, таскаешь с собой пушку?». И тогда у нас начался истерический смех. Эв, завизжав, как отшлепанная сучка, подорвался с дивана и выбежал на улицу. Мы, смеясь, пошли за ним и ждали, пока его выворачивало за углом клуба. Потом сели в Бэтси и уехали. Он никогда не был столь несчастным, реально. Первый раз его таким видели.
— Не могу поверить, — вытирая слезы от смеха, еле выдавила из себя Сара, — теперь понятно, почему он при первой встрече облапал меня.
— И меня, — сказала Стеф и мы снова взорвались от смеха.
А стоило мне вспомнить лицо Эвана и то, как он хотел помыть рот хлоркой, как смех накатывал все с новой и новой силой.
Так мы и провели остаток вечера за разговорами и воспоминаниями о прошлом. Все то напряжение, которое я чувствовал в первые минуты, ушло бесследно вместе с последним кусочком лазаньи. Сара вскоре уехала со своей девушкой (черт, ведь совсем недавно у нее был парень) а я остался.