Индекс убийства
Шрифт:
Сила тяготения на Луне требовала от землянина повышенного внимания к своим движениям, пока не успели выработаться определенные рефлексы. Инерция воды здесь была ничуть не меньше, чем на Земле, поэтому, когда стакан остановился на уровне губ, слабая гравитация не смогла удержать жидкость. Йетс шепотом выругался, все посетители смотрели на него. Официант, несший с кухни две тарелки с десертом, поставил их на ближайший столик и молча подал мокрому клиенту салфетку.
Йетс искоса посмотрел на девушку с калейдоскопическими линзами - она смеялась, а заметив его взгляд, притворно
Денек выдался не из лучших.
Теперь мысли Йетса переключились на девушку. Ей надо побольше улыбаться. Улыбка так красит её, смягчая и гармонизируя черты лица.
Фигура у неё тоже ничего. Платье из черной ткани с беспорядочными белыми полосками хорошо подчеркивало её грудь. Да все её тело являло собой великолепный ансамбль - стройные ноги, высокий бюст, а кроме того, отличное состояние мускулатуры. Сэм подумал, что вряд ли находился бы в такой прекрасной форме, если бы даже провел на Луне столько же времени, сколько она.
Движения этой девушки, плавные и медленные, свидетельствовали, что она уже привыкла к низкой гравитации. С ленивой грацией подносила она ложку ко рту, не проливая ни капли. Будь её движения хоть чуточку быстрее, суп бы непременно расплескался. Йетс как раз проделал только что подобный опыт со стаканом.
Официант поставил десерт перед высоким бородачом, который даже ухом не повел, думая о чем-то своем. Его безразличие к еде выглядело снобизмом. Может быть, там у них, откуда он прибыл, принято так вести себя в ресторанах? Черт его знает, откуда он приехал!
Внезапно Йетс вспомнил, что этот бородатый парень не посмотрел в его сторону, когда он выплеснул на себя воду. Его глубоко посаженные глаза во время этой комической сценки неотрывно смотрели в стену. Бородач либо был чересчур рассеян, либо обкурился наркотиков, либо - что вероятнее всего - просто спятил.
– Позвольте, сэр, - почтительно произнес официант по-английски с французским акцентом, ловко выдернул у Сэма из руки мокрую салфетку и заменил её новой, прежде чем тот вспомнил, что в данный момент он просто посетитель ресторана, а не офицер Безопасности.
Йетс невольно задумался, сколько ещё языков может знать этот араб. Ну, английский тут необходим, поскольку здесь часто бывают дипломаты, наверное, ещё и…
Внезапно официант закашлялся, обрызгав при этом Йетса и, видимо, перепугав его соседа-коротышку: тот моментально отъехал на стуле к каменной стене - части несущей конструкции пещеры.
Араб прикрыл рот мокрой салфеткой, в его глазах мелькнул ужас. Йетс с недоумением посмотрел на него, потом деликатно отвернулся. Кажется, у этого парня сегодня тоже плохой день. По крайней мере, другие посетители не таращатся на него, как…
Пятна на скатерти были алыми, капля, которая с кашлем попала в стакан Йетса, растворялась, образуя маленькие красные водовороты.
Йетс был высок - шесть футов, два дюйма, и поэтому когда он вскочил, отшвырнув стул и стол в разные стороны, то сумел дотянуться и поддержать падающего официанта. Тот снова закашлялся, изогнулся, вскинул руки, как бы отталкивая Сэма, но это была уже судорога. Отброшенная салфетка взлетела
Стул Йетса перелетел через проход, всполошив шестерых индийцев, которые затараторили что-то на родном языке. Они явно не понимали, что происходит.
Сэм Йетс тоже этого не понимал. Он видел только, что официант уже мертв, хотя его тело ещё изгибалось, упираясь ногами в стол, за которым сидели девушка и бородач.
Йетс прослужил три года в армии США, два из них - в Центральной Америке, когда президент Стюарт посчитал, что в мире станет безопаснее, если в каждой никарагуанской хижине будет по американскому солдату. Сэм видел, как подобным же образом, выкашливая кровь, умирают люди, которым пуля пробила оба легких.
Но он не слышал выстрела. Мультизвуковая пуля в этих тесных туннелях произвела бы страшный шум. Наконец официант окончательно рухнул, опрокинув столик, тарелка с супом медленно по дуге полетела в сторону. Черноволосая девушка неуклюже увернулась от падающего тела. Рот её был открыт, но она не кричала, а лишь машинально подняла руки, словно хотела защититься от Сэма, которого приняла за убийцу человека, корчившегося сейчас на полу в кровавой агонии.
Бородатый мужчина медленно повернул голову к Йетсу. В глазах его не было ни одной мысли, казалось, его разум не участвует в этом движении.
Но Сэму Йетсу некогда было наблюдать за реакцией посетителей. Он лихорадочно осматривал ресторан. С этой стороны никто выстрелить не мог. Значит, пуля прилетела из-за входной двери или…
Двое европейцев, сидевших около двери, в панике вскочили с мест. Когда Сэм отвернулся, один из них уже нажимал на кнопку, открывающую аварийный выход. Завыла сирена. Сигнал должен быть подан на ближайший патрульный пост.
Дверь, на которую напирали снаружи, открылась не сразу. В проходе столпились стоявшие в очереди люди, на их лицах было написано любопытство.
Нет, из коридора никто не стрелял. Звук выстрела перепугал бы этих зевак до смерти.
Йетс не успел задержать европейцев, но особо не огорчался, ибо был убежден: они бежали не потому, что были убийцами - просто их, как и всяких нормальных людей, напугал вид легочного кровотечения. Конечно, они могли понадобиться в качестве свидетелей, но их будет легко найти по отпечаткам пальцев на обеденных приборах. А возможно, они и сами свяжутся со Службой Безопасности после того, как придут в себя и сообщат о происшедшем в своем посольстве.
Нельзя винить их в том, что они перепугались. Руки Йетса были алыми от крови, вытекшей из легких официанта.
Из кухни после включения сирены никто не выбежал. Наверное, там нет никого. Человек - слишком редкое и поэтому дорогое существо на Луне, обслуживающего персонала здесь немного. Официант вполне мог выполнять обязанности и кассира, и повара.
Дверь в коридор не выпускала клиентов, пока они не оплатят счет, и одновременно сдерживала очередь. Что поделаешь, на Луне даже дипломатам приходилось принимать пищу уровня четырехзвездочного ресторана в помещении, соответствующем по размерам обыкновенной земной забегаловке.