Иней

Шолох Юлия

– Нравится? Могу дать одну.
– Предложила Снежка.

– Да нет, зачем она мне.
– Он пожал плечами и вдруг спохватился.
– То есть, нравится, конечно! Классные верёвки.

– Да. Жаль, сразу не наделала. Думаю, вам в походе они бы пригодились.

Шпрот задумался, почесал затылок.

– Да, возможно. Было там пару случаев…

– Расскажешь?

– А!
– Он махнул рукой, и один его глаз словно скосило набок. Наверняка эти пару случаев выставляли Шпрота в обычном, идиотском свете, иначе бы он ни за что не промолчал.

– Как ты вообще сам?

В порядке?
– Спросила Снежка, отводя глаза. И по привычке натянула на лицо прежнюю, ледяную маску.

– Как огурчик.

– Жаль, что ничего не нашли.

– Если честно, - Шпрот быстро моргнул.
– Нифига я не верю, что это вообще имело смысл. Шарашились там в зарослях как стая бабуинов, местную живность пугали. А надо было просто сидеть и ждать, пусть курсанты суетятся.

– А если с курсантами что-нибудь случится? И некому будет бегать искать?

– С курсантами?
– Шпрот задумался. Его лицо постепенно наполнилось беспокойством.
– Да не. Что с ними случится? Эти лбами железо протаранят. Бетон в крошку пережуют и выплюнут. Ничего с ними не будет.

– Отчего ты так уверен?

Напрямую спросить про Ахлейна Снежка не могла, ведь наверняка эту историю уже не раз рассказывали, и в её присутствии тоже, они же все вместе обедали у костра. Шпрот, конечно, наивный, или, скорее, зацикленный на самом себе, но тоже может заметить. Будет неприятно.

– Огонь так говорит. Они пока с Ахлейном обжимались там за кустами, секретничали, прямо радовался за них! Мне Огонь давно уже ни слова лишнего не говорит. Обиделся. Главное, за что? Я ведь ни при чём был, всё как-то само собой вышло.

Шпрот красноречиво протянул к Снежке руки, будто умолял его простить и понять. Она, конечно, ничего такого делать не стала. Ещё не хватало ему потакать! Так он совсем распоясается, и к чему это приведёт, остаётся только представлять и ужасаться.

Думай, Снежка, думай! Как разболтать Шпрота, который болтает о чём угодно, кроме того, что нам нужно?

К её досаде в голову ничего не лезло. Снежка так напрягалась, что почувствовала головную боль. А Шпрот тем временем рассказывал, как они форсировали какую-то бурную реку. И что вымокли с ног до головы и влезли в грязь, и потом воняли как воняет плохая, старая баранина. Или как те деликатесные рыбки, которых подают подгнившими. Или однажды был у него знакомый...

– Вот ты где.

Снежка невольно вздрогнула. Подняла глаза - неподалёку стоял Огонь. Ближе он подходить не стал, облокотился о дерево, сунул большие пальцы рук в шлевки джинсов, недовольно нахмурился и сказал Шпроту.

– Пошли.

– А, сейчас, только дорасскажу, как мы…

– Хватит болтать, я сказал! Пошли!

И Огонь посмотрел на Снежку, как на врага, которого хочется убить.

Первым делом она машинально попыталась нажать кнопку ССС. Но остановилась. Заставила себя остановиться.

Потом встала. Прищурилась. Не вовремя в голове замелькали их последние редкие встречи, всегда случайные. Огонь каждый раз так на неё смотрел, будто Снежка голая. Не в смысле, с желанием, а будто она вышла голой и все её видят, и каждый может даже прикоснуться, а может, и больше.

А какое

право он имеет так смотреть?

И во время всех этих встреч она только пугалась чего-то и дурманила себе мозги. Молчала и считала секунды до того момента, как он уберётся прочь и оставит её в покое. Думала только об этом, ну и ещё о том, как бы никто не заметил, насколько тяжело ей даётся самоконтроль.

Но поддержки ССС больше не было. С неё хватит! И они… они уже не дома, тут нет правил, верно? Она никому ничего не должна.

Снежка задрала подбородок и холодно сказала:

– С какой стати ты влезаешь в наш разговор и командуешь? Мы между прочим общаемся, если ты не заметил.

Получилось негромко, вкрадчиво и даже с оттенком угрозы. Огонь не сразу нашёлся с ответом.

– Что?
– Наконец, рассеяно спросил.
– Повтори.

– Я сказала, мы со Шпротом разговариваем! Если у тебя к нему дело, подождёшь, пока мы закончим.

Шпрот передёрнул плечами.

– Да. Я попозже приду!
– Смело заявил.

Огонь не слышал, он буравил взглядом Снежку, словно хотел её уничтожить. От этого взгляда болело сердце. Снежка вспомнила, как после расставания унижалась, упрашивала его выслушать, чуть ли не умоляла объясниться. Как все свои собранные по крохам силы тратила не на то, чтобы избавиться от власти дяди, а на него, на Огня. Она так в них верила… А он - нет. Странно, что он ещё не завел подружку и не ходит, и не козыряет ею перед Снежкой. Впрочем, это ненадолго. В лагере полно девчонок, которые не прочь были его прибрать к рукам даже когда они официально встречались. И приберут, конечно.

– Э-э-э… С другой стороны, мы и позже можем поболтать. Огонь. Огонь? Ну ладно, я пойду тогда, ладно? Может это и не мне нужно поговорить. Похоже на то.

Снежка слышала, как Шпрот уходит, что-то бормоча себе под нос. Слышала, но ничего не могла поделать - стояла и смотрела в глаза человека напротив. И кажется, начинала его ненавидеть. За всё. За свою преданную веру в него, за свою ненужную любовь. И если уж на то пошло, с какой стати она тратила время, бегала за ним и пыталась что-нибудь доказать? Надо было сразу вычеркнуть его из своей жизни. Вычеркнуть! Да!!!

Снежка невольно ощутила, как на её лице вспыхивает злое торжество.

Огонь, вместо того чтобы развернуться и уйти, словно попёр ей навстречу и тоже разозлился.

Но нет! Снежка больше не собиралась отступать. А как она унижалась в последний раз, на корабле? Когда случайно столкнулась с ним в коридоре, прикоснулась к нему, ощутила знакомый восхитительный аромат его любимой туалетной воды, увидела его лицо непозволительно близко и не успела уйти. Вместо этого жалко расплакалась, и даже ССС не помог. А он просто затащил её в зелёный уголок и смотрел с брезгливостью. Снежка пыталась что-то сказать, объяснить, но не могла найти слов. Её речь звучала как смесь беспорядочных звуков, всхлипов и мычания. Тут, наконец, ССС сработал. И почему-то именно этот случай засел в её голове и мучил больше всего прочего. Когда Огонь её бросил, то по крайней мере сразу ушёл, а тут он стоял, слушал её рыдания, смотрел на её слёзы и наслаждался всем происходящим.