Инферно
Шрифт:
Она понизила голос и использовала аргумент, с которым ее учителю математики мужского пола не поспорить.
– Простите, но сейчас такое время месяца и…
– Достаточно! – отрезал он, потянувшись за журналом, в котором фиксировались все выходящие, на столе. – Не хочу слышать ничего личного.
Он быстро заполнил форму и вырвал листок.
– Не задерживайтесь, Мисс Кеннеди.
– Спасибо, - взяв листок, она тихонько вышла из кабинета и направилась в туалет. Она могла бы уже исчезнуть, но не хотела, чтобы ее поймала одна из школьных камер. Хотя она знала
Она вошла в первую кабинку туалета и переместилась в недружелюбный офис Сраоша.
Темный и мрачный, он был оформлен в серо-коричневые цвета. Совсем не привлекательно. Но кажется, ему так нравилось. В отличии от офиса, Сраоша был абсолютно красив, он стоял ожидая рядом с окнами до пола, смотря в ничто. Буквально. Там было совершенно темно… будто они затерялись в космосе. Единственный тусклый свет исходил от янтарной лампы наверху.
Высокий, гибкий, совершенный, Сраоша был так красив, что было тяжело смотреть на него. Его длинные светлые волосы совершенно струились по телу. Черты лица казалось были созданы с невероятным совершенством, чтобы придать ему ангельский и захватывающий дух вид. Впервые, он позволил ей увидеть его глаза. Они переливались зловещим зеленым светом. Одетый в древние боевые доспехи, он привлекал внимание и вызывал уважение… даже у нее.
– Ты звал меня?
Сраоша медленно моргнул перед ответом.
– Настало время.
Эти два слова она боялась больше всего. Ее последний приказ.
– Мы не можем убить его. Не сейчас.
Сраоша приподнял бровь, словно сомневаясь в ее разуме, из-за того, что та посмела спорить с ним.
– И какая причина сегодня?
– Старший Малачай все еще жив. Если я убью Ника, у Адариана не останется слабых мест, и не будет причин сдерживаться, ведь лишь Ник может ослабить его. И мы оба знаем, что сама я с Адарианом не справлюсь, - у нее были шрамы в доказательство. – Так что если ты не скрываешь оружие, о котором я не знаю, или не хочешь помочь мне в сражении, то нам придется ждать, пока Ник исполнит свое предназначение и убьет своего отца.
– И тогда у него будет сила отца, и его способности в придачу к тем, что у него уже есть. Думаешь, тогда ты с ним справишься?
Нет. Против него она была еще более бесполезна, чем против его предшественника.
Но смерть была не единственным вариантом.
– Он может заслужить прощение, - в отличии от своего отца и остальных, у Ника было чувствительное сердце, и он знал настоящую любовь. Мог пожертвовать собой.
Знал преданность.
Никто из прежних Малачай даже не знал о существовании подобных слов.
Сраоша усмехнулся.
– Ты позволяешь чувствам ослеплять тебя. Как и раньше.
Правда. У нее был отличный шанс прикончить Адариана, когда тот впервые сбежал из Нижнего Мира, но вместо того, чтобы нанести удар, она пожалела убивать его. Даже сейчас она помнила его жалкое состояние. Его хозяин Нойр сильно пытал его. Слабый и искалеченный, Адариан едва мог сам стоять, и она отказалась
Как воин, которым учил быть ее отец, она дала ему шанс восстановиться перед битвой.
И это была ее главная ошибка.
Если бы она избавилась от него, когда он сбежал, то ее браться все еще были бы здесь…
Живые и невредимые. И она была бы дома с семьей все это время. А не застряла бы в этом чистилище.
– Я выучила свой урок и больше не совершу подобной ошибки.
Сраоша нахмурился.
– Нет? А мне кажется, что это ты и делаешь. Думаешь, я не вижу твою любовь к демону? – он буквально выплюнул последние слова.
Пристыженная, Никода отвернулась.
– Я не забыла свой долг, - да и как она могла? Она оставила свое истинное имя, и приняла священное имя, чтобы никогда больше не идти на поводу у эмоций. Никодами звали меченных слуг, у которых не было семейных связей. Они жили лишь для того, чтобы исполнять высшие приказы и сохранять баланс сил. В отличии от Хтониан, которые могли убивать богов, и должны были приглядывать за ними, никоды были рождены их собственностью.
Они были избранны.
И в отличии от Хтониан, они следовали строгим правилам, и существа, перед которыми нужно отвечать.
Ей нельзя было обмануть своего руководителя, но все же Сраоша был не прав относительно Ника. Она чувствовала это всей своей сущностью. Ник не был им врагом.
По крайней мере пока.
Сраоша шагнул вперед и возвышался над ней. Акт запугивания, который сработал бы на нее, родись она человеком или от более слабого существа.
– Ты отказываешься убить его, Билам?
Она смотрела на него, не дрожа и не съеживаясь.
– Я отказываюсь давать свободу в этом мире старшему Малачай, особенно учитывая то, что мы не знаем, заведет ли он другое дитя. Ник единственный, кто может ослабить его. И единственное существо, способное убить полного сил Адариана, заключены в месте, из которого нам его не вызволить. Для этого нам придется разжечь пожар, к которому мы не готовы.
Сраоша вдохнул сквозь зубы. Выражение его лица говорило, что он был буквально в секунде, чтобы ударить ее.
– Отлично. Приведи его к отцу, и мы убьем обоих. Это твой приказ.
Блин, из его уст это звучало так легко.
– Но…
– Никаких но! – огрызнулся Сраоша. – Я тебе достаточно ясно предупредил, чтобы ты больше не шла на поводу у своих юных эмоций. Им манипулирует кто-то еще. Мы лишь предполагаем, что они работают по приказу Атраментейша, и прежде чем они возьмут свое оружие под контроль, мы должны его уничтожить.
Эти слова разожгли ее гнев.
– Ник мальчик, а не вещь.
Сраоша недоверчиво приподнял бровь.
– Мне послышалось неподчинение?
– Нет, сэр, - это было возмущение и невероятный гнев на то, что он был таким недальновидным в этом плане. Ее учили тому, что нельзя убивать невинных, которые возможно когда-нибудь поступят неверно.
– Остерегайся этого, ты должна помнить свое место, никода. Я принял тебя, когда у тебя никого и ничего не было. Забыла, как я нашел тебя?