Инфо
Шрифт:
– Привет, Лех, – сказал Максим, не оборачиваясь. – Поможешь?
Голос его звучал спокойно до неестественности.
– Что случилось? – спросил Алексей, хватая перевязочные материалы из распахнутой настежь огромной аптечки.
Но метнулся не к раненой незнакомке, а к Юджину, по разодранному рукаву которого расплывалось алое пятно. Лютнист попытался отмахнуться:
– Да ничего особенного. Леш, это подождет…
– Сорвалась операция, – процедил сквозь сжатые зубы раненный. – Они нас там словно ждали… Черт!
– Ты тоже там был? – с явным
– Он вытащил Струну, – поделился Мечник.
Бросил короткий, полный тревоги взгляд на беспамятную девушку.
– Прекрасно, – вдруг обозлился Алексей. – Ты, Юдж, прямо герой.
– Лёш, не сердись, – мягко попросил Лютнист, подставляя плечо.
Взору Книжника открылась широкая и длинная ссадина, неровная и грязная. Леша матюгнулся себе под нос.
– Ну, вообще-то герой не он один, – заметил парень, которого Максим уже закончил шить и теперь перевязывал. – И кое-кто пострадал куда больше.
– Вы тут все герои, – огрызнулся Алексей, не отрываясь от промывания. – Камикадзе.
– Э, – парень растерянно заморгал, убирая золотисто-рыжие пряди, упавшие на лицо. – Мы тут, что, по-твоему, в игрушки играем?
– Лучше бы в игрушки, – кивнул Леша. – Может быть, тогда от вашей дури страдали бы только вы.
– Лёш, ты не понимаешь, – запоздало попытался вмешаться Юджин, воспользовавшись тем, что раненный парень на мгновение потерял дар речи.
– Я уже не уверен, что хочу понимать, – признался Алексей. – И знать не желаю, где они были и что делали. Но я не хочу, чтобы ты, Юдж, позволял себя в это впутывать.
– Эти самые они, вообще-то, такие же твои братья, как и Лютнист! – вдруг обиженно выпалил парень.
– Яр, Лёш, прекратите, – попросил Юджин.
Глаза у него сделались несчастные и тоскливые. От этого взгляда Алексей почувствовал укол совести, что еще больше его разозлило.
– С такими братьями врагов не надо, – буркнул он прежде, чем заметил, как угрожающе выпрямился Максим.
В следующую секунду Мечник огрел Книжника невесть откуда взявшимся прикладом, и мир потемнел окончательно.
"Стоп. Не правда. Какой приклад? Никто меня тогда не бил, мы просто сильно поспорили с Ярославом и…
Но почему тогда так раскалывается голова?"
Алексея вздернули на ноги и поволокли. Он послушно пошел за влекущей его силой, не в состоянии даже открыть глаза. Голова невыносимо болела, его мутило и шатало. Немели руки в слишком тугих наручниках.
Внезапно земля ушла из-под ног, и Леша рухнул лицом вперед. Его подхватили в последний момент, не дав разбить и без того поврежденную голову, но он сильно ударился коленями. От новой боли в голове чуточку прояснилось, и глаза распахнулись сами собой.
Сквозь мутную пелену дурноты, Алексей разглядел огромное помещение, похожее на ангар для самолетов или какой-то цех. Однако ни самолетов, ни каких-либо станков не было видно – только разнокалиберная техника,
– Эй, пациент, долго отдыхать будем? – кто-то дернул его за плечо, вынуждая подняться.
Пятки холодило от металлического пола сквозь тонкие носки. Леша не помнил, когда и где потерял вторую кеду, и сейчас это заботило его меньше всего. Он заморгал, с тупым бесстрашием рассматривая лицо парня, который не позволял ему упасть обратно. Это был тот самый подставной медик, с которым разговаривал Эрик…
Где Эрик?
Алексей попытался оглядеться, слишком быстро повернул голову. Его тут же повело, желудок подскочил к горлу.
– Стоять, не падать! – весело скомандовал парень, еще сильнее стискивая руку на Лешином плече. – Ты начальству нужен живым.
– К-кому?
– Хэй, Койот, тебя можно поздравить? – женский голос показался Алексею слишком пронзительным.
Он сгорбился, прижимая голову к плечу в надежде закрыть хотя бы одно ухо.
– Поздравь, – откликнулся «медик».
В суженом поле зрения Алексея появилась девушка, похожая на росчерк черной туши – тонкая, с резкими чертами лица, яркими губами и смоляной косой, достигающей поясницы. Она приблизилась вплотную, жадно и нарочито откровенно поцеловала парня в белом халате, игриво растрепала его и без того всклокоченную шевелюру. И вдруг шагнула к Леше так близко, что он с отчетливой ясностью разглядел желтые крапинки в ее злых, синих глазах.
– Это… – девушка тут же удивленно отступила на полшага. – Это же…
Алексей понял, что она узнала его, хотя сам он готов был поклясться, что видел ее впервые.
– Красивый правда? – с гордостью заявил Койот, не замечая замешательства девушки. – Только малость пришибленный. Это потому что я его пришиб!
«Медик» рассмеялся собственной шутке. Потом добавил:
– Прикладом приложил и переборщил малость. Ничо, оклемается.
От воспоминаний об ударе голова вспыхнула новым приступом боли. Алексей покачнулся, зажмурился, прогоняя накатившие слезы. Пока он стоял погруженный в себя, вокруг что-то неуловимо изменилось. Стихли посторонние разговоры и смешки, люди в форме перестали беспорядочно толпиться, выстроились в шеренги. Койот отпустил Лешу и подобрался. Только девушка осталась стоять в прежней, расслабленной позе.
И в воцарившейся тишине Книжник услышал шаги.
Кто-то неторопливо шел мимо рядов людей и техники. Каблуки слегка стучали по металлическому полу ангара. Он приближался.
Алексею вдруг стало холодно. Он увидел неприметный черный мешок, брошенный кем-то прямо под колеса одной из машин скорой помощи. Продолговатый большой мешок с молнией по всей длине. Рядом с ним остановились мужские туфли из черной кожи.
– Лемур? – спросил кто-то бесцветным голосом.
Один из форменных присел перед мешком. Вжикнула молния.