Информатор
Шрифт:
– Ты здесь уже бывала? – поинтересовался Хьюго.
– Было дело, пару лет назад. Провели с приятелем недельку у друга в кондоминиуме.
– Сплошной секс?
– Опять ты за свое! У тебя что, все мысли ниже пояса?
– Ну, если подумать, то придется дать утвердительный ответ. Войди в мое положение: Пиппин только месяц, а это значит, что у нас с Верной уже месяца три не было нормальных отношений. Есть подозрение, что она отказала мне на несколько недель раньше положенного срока, хотя это спорный вопрос. Как ни велико желание вернуться назад и наверстать,
– Все это неведомые мне материи.
Милю-другую Хьюго пытался смотреть на дорогу, но потом веки отяжелели, и он снова стал клевать носом. Лейси покосилась на него и улыбнулась. За девять лет службы в Комиссии у них с Хьюго набралась дюжина совместных дел. У них получалось работать рука об руку, они друг другу доверяли, и оба знали, что о любой его попытке взбрыкнуть – пока что таковых не отмечалось – будет немедленно доложено Верне. С Хьюго Лейси работала, а с Верной сплетничала и совершала покупки.
Сент-Огастин считался старейшим городом Америки: это здесь высадился и начал исследовать новый материк Понсе де Леон. Город с богатой историей, излюбленный туристами, был усеян историческими зданиями и древними дубами, заросшими бородатым мхом. Уже на подъезде к нему движение замедлилось из-за тормозивших перед достопримечательностями туристических автобусов. Впереди, по правую руку, над городом возвышался кафедральный собор. В памяти Лейси все это было очень свежо. Неделя со старым другом получилась катастрофической, хотя сам Сент-Огастин вспоминался с теплым чув- ством.
Вместе с катастрофой – одной из многих.
– Кто этот загадочный анонимный источник, с которым у нас здесь встреча? – спросил Хьюго, еще раз протирая глаза. Он больше не собирался засыпать.
– Пока не знаю. Откликается на «Рэнди».
– Не напомнишь, зачем нам понадобилась тайная встреча с человеком, скрывающимся за кличкой и еще не подававшим официальной жалобы на кого-то из самых наших уважаемых судей?
– Не могу объяснить. Просто я три раза беседовала с ним по телефону, и он показался довольно серьезным малым.
– Отлично! Когда ты в последний раз говорила со стороной истца, не показавшейся воплощением серьезности?
– Доверься мне, ладно? Майкл велел ехать, мы и поехали. – Майклом звали директора КПДС, их босса.
– Ну, конечно. Что там за предполагаемое неэтичное поведение?
– По словам Рэнди, это что-то крупное.
– Никогда о таком не слыхал!
Они свернули на Кинг-стрит и поползли с черепашьей скоростью в сторону центра. Была середина июля, все еще высокий сезон на севере Флориды. Туристы в шортах и сандалиях бродили по тротуарам без видимой цели. Лейси припарковалась на боковой улице, и они влились в толпу. Засев в кафе, они убили полчаса на листание глянцевых брошюр агентств недвижимости. В полдень, как им было сказано, они нашли ресторан-гриль «Лука» и попросили столик для троих. Заказав чай со льдом, они стали ждать. Прошло полчаса,
Как юристы они высоко ценили время, но как расследователи научились терпению. Эти две роли часто вступали в конфликт.
В два часа дня они сдались и вернулись к машине, раскалившейся хуже сауны. Стоило Лейси повернуть ключ зажигания, как ожил ее мобильный. Звонили с неизвестного номера. Она схватила телефон.
– Да?
– Я просил вас приехать одной, – сказал мужской голос. Это был Рэнди.
– Что ж, вы вправе недоумевать. Мы как будто должны были встретиться в полдень, для ленча?
Пауза, потом голос ответил:
– Жду вас на городской пристани для яхт, это в конце Кинг-стрит, в трех кварталах. Пусть ваш знакомый где-нибудь погуляет, а мы поболтаем.
– Послушайте, Рэнди, я не коп и не сильна в разных шпионских штучках. Мы встретимся, поздороваемся и все такое, но если я через минуту не услышу вашего настоящего имени, то уйду.
– Логично.
Лейси нажала на отбой и пробормотала:
– Логично…
У пристани для яхт кишели прогулочные суденышки, отплывали и швартовались рыбаки. На длинном понтоне шумела толпа туристов. Ресторанчик с открытой верандой над водой делал тройную выручку. Экипажи арендных яхт драили палубы и наводили блеск для завтрашних клиентов.
Лейси шла по центральному пирсу, высматривая человека, которого никогда прежде не встречала. Впереди, рядом с бензопомпой, стоял стареющий пляжный завсегдатай. Увидев ее, он неуверенно помахал рукой и кивнул. Лейси тоже кивнула и не стала замедлять шаг. Ему было лет шестьдесят, на обильную седую шевелюру была нахлобучена панама. Шорты, сандалии, кричащая рубаха в цветочек, типичный бронзовый загар, затвердевшая морщинистая кожа человека, злоупотребляющего солнцем. Авиаторские темные очки. Улыбаясь, он шагнул ней навстречу.
– Вы, наверное, Лейси Штольц.
Она ответила на его рукопожатие.
– Да, это мое имя. А ваше?
– Меня зовут Рэмси Микс. Рад познакомиться.
– Я тоже. Мы договаривались встретиться в полдень.
– Прошу прощения, нелады со шлюпкой. – Микс указал на большую моторную яхту, покачивавшуюся на краю пирса, – не самую длинную в гавани, но все равно впечатляющую. – Может, перейдем на нее, там и поговорим?
– На борту?
– Ну да. Там можно будет пообщаться с глазу на глаз.
Уединиться на яхте с совершенно незнакомым человеком? Это показалось ей неважной идеей, и Лейси заколебалась. Не дожидаясь ее ответа, Микс спросил:
– Кто тот чернокожий парень? – Он смотрел в сторону Кинг-стрит. Оглянувшись, Лейси увидела Хьюго, прикинувшегося членом шествовавшей к причалам группы туристов.
– Мой коллега, – ответила она.
– Вроде телохранителя?
– Мне телохранитель ни к чему, мистер Микс. Мы не вооружены, хотя мой друг может за пару секунд макнуть вас в воду.