ИНФРА
Шрифт:
Хруст.
Боль.
Стена. Потолок. Стена.
Тьма.
Задействована способность Уробороса.
Ключевой момент не выбран.
Откат на изначальную точку.
«Ага».
В этот раз Автандил успел прочитать весь текст.
Он никогда не думал, что будет рад вкусу хлебно-молочной водички.
Он отставил тарелку в сторону и проговорил.
–
Женщина, что успокаивала Спиридона, выронила из руки деревянную ложку, а затем грубо схватила своего старшего сына:
– Зачем? Зачем ты заставил его выучить такую фразу? У тебя глупые шутки сын!
– Я ничего, хнык, не делал! Я не знал, что он умеет говорить что-то, кроме «мама». Отпусти меня, мне больно!
Женщина ослабила хватку на мальчишке, отпустила его и в один шаг приблизилась Автандилу.
– Что у тебя за способность? – процедила она.
– Я знаю будущие события, что произойдёт в России, – медленно, стараясь не оговориться, проговорил мальчик.
– Хорошо. Я выполню твою просьбу, – удивительно быстро согласилась женщина.
Однако спустя два часа она вернулась с той, кого Попов знал: Ольгой Александровной Петренко.
– Привет, мальчик, у тебя есть способность? – с ангельской улыбкой на лице спросила предательница.
– Нет, – помотал головой юноша в детском теле.
– Врёт, – сказала мать.
– Вижу, – усмехнулась Ольга Александровна. – Он в курсе того, зачем я тут. по страху в глазах вижу.
А дальше всё примерно повторилось.
Разве что этапа с «Подружкой» не было и Джефферсона сменил другой «сенатор» гораздо раньше.
Даже предсмертная речь и способ убийства Томом были выбраны те же самые.
«Ненавижу», – были последние мысли Автандила в этой жизни.
Задействована способность Уробороса.
Ключевой момент не выбран.
Откат на изначальную точку.
Просто вода, капля молока, хлеб.
«Сойдёт. Надо найти другого человека, чтобы суметь связаться с властями. Пока я хотя бы какие-то даты помню».
В депо было не так уж мало взрослых.
Однако обращаться к ним за помощью после предательства мамы было страшно. Очень страшно.
Несколько дней он всё же бродил и изучал общество.
Но это лишь привело к наказанию, как только мама заметила.
Его запирали в «квартире» несколько недель подряд.
По ночам обычно Автандил спал очень крепко, но в какой-то из дней ему приснился кошмар о бытности «образцом Х-3», и он проснулся.
Он только краем глаза заметил, как из детского закутка вышел широкоплечий мужчина.
«А
Хотя мать ли Анна Ивановна Попова для Автандила? Вопрос.
Он и отец были блондинами. Причём Авто был ещё и голубоглазым.
«Родительница» была тёмно-русой и кареглазой. Спиридон так вообще был смуглым. Да и на отца не похожим.
В первой жизни, насколько он помнил, соседи эту темку мусолили не раз.
Однако Автандил точно не мог быть в этом уверен. Но всё же надеялся, что он приёмный. Вот только отцу тоже чужой или всё же ему родной?
Учитывая характер Анны Ивановны, перерожденец сильно сомневался, что она бы взяла сына своего мужа, скорее уж чужого подобрала бы.
С другой стороны, насколько он знал, на дошкольника семье полагались лишние крупы, молоко и прочее продовольствие.
Так что ради такого варианта его и могли держать при себе. А потом использовали в качестве размена для Зоны Обучения.
После таких мыслей Автандил обрёл цель: поймать отца. Тот уже дано скрылся из виду.
Это было проблемой, так как тот спал в депо три-четыре часа, работал на двух работах, а в нужное время юноша в теле ребёнка спал почти всегда.
Тело точно было слабостью Попова. Хотя и разум сильной стороной Авто не считал.
После заката он почти автоматически вырубался, а просыпался немного после восхода. Ещё и днём спал.
Почти два месяца он пытался не спать, дожидаясь отца, и почти два месяца план терпел крах.
Но уже решив плюнуть на это, ему повезло: наевшись цветов акации и некой белковой субстанции насекомого происхождения, ночью ему приспичило на горшок.
И, сделав дело, он не лёг спать, а сел ждать.
Когда его почти сморил сон, он почувствовал, что его потянуло вверх.
Аввакум Автандилович Попов даже при скудном питании оставался богатырём. Огромный мужчина, который почти касался потолка своей головой, обладал не очень длинной светлой шевелюрой и такой же по длине бородой.
Ни байкером и ни попом при этом он не был. Просто он жил по полгода до следующей стрижки машинкой.
– Ути-пути-пути! Милой мой сыночек-крокодильчик, Автондильчик! – начал катать на огромных руках родитель свою деточку.
«Так это мне не снилось, что великан меня подбрасывает перед съедением», – пронеслось в голове у юноши в детском теле, во время приступа щекотки, когда Аввакум начал дуть ему в живот, хотя больше щекотала его шелковистая борода.
– Стой… ха-ха-ха…. па… ха-ха-ха… па! – попытался пробиться к разуму отца Автандил.