Иномирец
Шрифт:
Разрываю дистанцию. Нужно подумать.
В плане силы и скорости я его превосхожу, но он это компенсирует огромным опытом и сильными артефактами. На расстоянии он тоже опаснее, чем я.
Его атаки могут разорвать меня на куски, в то время как от моих он защищается артефактом. Что же делать? Как ни посмотри, я проигрываю.
— Парень… — прервал его крик мои размышления. — Я давно так не веселился, но нам пора заканчивать!
Он хищно, точно как зверь, улыбнулся.
Замечаю как формируется какое-то огромное заклинание огня. Он собирается
Выпускаю весь водород из кольца. Этого хватит, чтобы стереть даже воспоминания о каком нибудь не особо крупном поселке. Вижу активацию его заклинания и поджигаю водород.
Ирион:
— Быстро поднимайте второй барьер!
Вверх устремляется цилиндрообразная энергетическая стена поддерживаемая всеми магами в том числе и мной.
Купол над ареной с громким звоном разбился вдребезги выпуская наружу огромный огненный столб. Они там хоть живы оба?
Макс:
Чудовищный жар, внешний слой брони плавится. Печати уже не справляются, а я ведь в вакууме. Чувствую, как кожа прикипает к металлу. Как же больно…
Внезапно чувствую мягкую прохладу. Печати стали сильнее? Нет, бред. Это жар снаружи спадает. Каким-то чудом я ещё в сознании…
Стою по голень в жидком стекле. И вижу как маги воды и воздуха пытаются остудить всю эту массу.
В мою сторону бегут несколько магов.
Вокруг тьма начинает сгущаться, а глаза открывать все трудней. Приплыл, черт возьми…
Глава 22. На вольные хлеба
1
— Булат прием, что видишь? — раздался в рации голос Беркута.
— Это Булат, вижу двоих в гнезде на крыше. Ещё один с пулеметом на козырьке. — отвечаю, сжимая рукоять верного ВСС.
— Это Якут, вижу троих у главного входа, беру на себя.
— Это Хруст, вижу троих у входа, их видит Якут. Еще один у задней стены, беру на себя.
— Это Булат, беру на себя снайперов.
— Это Беркут, беру на себя пулемётчика. Потом прикрою Якута, работаем тихо. Ну, с богом.
Глубокий вдох, жду три секунды. Стреляю.
Пораженный дозвуковым 9x39 бронебойным патроном винтореза, первым падает ИГИЛовец у задней стены, где Хруст уже прирезал своего.
Второй начал оборачиваться и тоже схлопотал пулю, оставшись на крыше.
— Это Булат, у меня минус два.
— Это Хруст у меня минус один.
— Это Беркут, у нас минус четыре, пока все тихо. Хруст, проверь у черного входа.
— Принял.
— Булат, тоже двигай к черному входу, прикроешь Хруста.
— Принял.
Быстро спускаюсь с пригорка, поросшего сухим кустарником, и тихо, по слепым зонам окон, иду к зданию старой метеостанции заброшенного аэропорта, стоящего в сирийской степи. Холодный ветер пробивается в швы экипировки, въедаясь в кожу. Прохожу вдоль обшарпанной кирпичной стены.
— Хруст на связи. У черного входа чисто, был небольшой геморрой, но обошлось. — раздался
Выхожу за угол, где у двери, присев над трупом террориста, меня жестом подзывает Хруст.
— Булат на месте, можем начинать.
— Принято. Работаем на счёт три.
— Раз.
Мы приготовились, Хруст вытащил муляж гранаты.
— Два.
Серега приоткрыл дверь и закинул в главную рубку муляж.
— Три.
Мы врываемся. Под ногами лежат, прикрыв головы руками, трое. По пуле на одного. Хруст влетает в подсобку и с ТТ убивает еще двоих. С другой стороны уже чисто.
Серый вышел из подсобки, потрясая большой чугунной жаровней.
— Эй, смотрите какая ляпота! Сегодня плов сготовлю!
Я улыбнулся, глядя на этого шута горохового.
— Быстро вы их командир, — ухмыльнулся я Беркуту.
— Вы и сами хороши, — отзеркалил ухмылку он, но тут же посерьезнел. — Заложники должны быть в подвале. Заходим тихо, по одному. Якут, дуй на крышу и сообщай обо всех изменениях. — Дождавшись кивка Якута, Беркут открыл дверь и тихо начал спускаться по лестнице. Я за ним. Хруст замыкающий.
Внизу никакой двери. Мы заходим держа оружие наготове. Перед нами около пятнадцати человек, что сжались в углу дрожа.
— Спокойно, свои. — холодно сказал командир.
Тут один неприметный мужичок в углу крикнул:
— Слава Аллаху! — и кинул гранату.
Рефлекторно стреляю ему в голову. Тело неуклюже падает на пол.
Считанные мгновения до взрыва.
Краем глаза вижу, как Серега бросается на гранату.
Взрыв.
— Серый!!!
2
Просыпаюсь весь в поту, глазами уставившись в белый потолок. Пытаюсь тут же вскочить, но скручиваюсь от жуткой боли, пронзившей каждый сантиметр тела.
— Что парень, кошмар приснился? — знакомый голос.
— Не твое дело, старый. — закряхтел я, поворачивая голову к собеседнику.
Магистр, весь бледный лежал на соседней койке.
— А сам-то, бледный как смерть, — усмехнулся я, глядя на магистра.
— Что я? Тебя вовсе еле от доспеха отодрали, сам я не видел, но говорят живого место на тебе не было. Весь в ожогах, металл к телу прикипел, но маги Жизни утверждают, что ты был еще в сознании к их приходу. Три дня тебя латали, считай заново родился.
— А с тобой что сталось, болезный?
— Магическое истощение. Когда наши заклинания столкнулись, я все силы направил на щит, но он продержался секунд пять, затем ядро опустело и я потерял сознание.
— Как смог выжить?
— Артефакт включить успел. Купол еще минуты три после прихода лекарей держался. Куда интереснее другое: почему тебя не вытащил с арены амулет, еще после первого моего удара.
— Сейчас, думая об этом, это действительно странно. Тогда, в пылу схватки у меня не было времени подумать об этом, но пленка артефакта должна была порваться на моменте удара щитом. — бросил я, поворачиваясь на спину.