Шрифт:
Пролог.
Где-то в пространстве космоса.
Дальний темный космос бескрайний и пустынный. Глядя на ночное небо, начинаешь сомневаться, что это так, из-за россыпи мерцающих огоньков. Но когда оказываешься с бесконечностью один на один, сразу ощущаешь, что вокруг на многие километры ни единой живой души, и даже звезды, которые так ярко светят нам с неба, на самом деле не так уж близки. Тогда чернота безлюдного, бескрайнего космоса начинает вползать к тебе в душу, замораживая все чувства,
Именно в таком дальнем уголке космоса, в пустоте, словно погибший, но от этого не менее величественный, кит, приткнулся огромный космический корабль. Он не гордо курсировал, покоряя бескрайнее пространство, а безжизненно застыл в вакууме, тускло отражая лишь свет далеких звезд, мерцающих в темноте космоса. Ни отсвет работающих двигателей, ни огни иллюминаторов – ничего не нарушало черноту вокруг. Корабль был мертв. Он терпеливо ждал, когда чей-нибудь маршрут будет пролегать поблизости, чтобы наконец оказаться обнаруженным. Чтобы любое живое движение всколыхнуло темноту его души.
Среди многочисленных обитателей космического пространства: пилотов межзвездных маршрутных кораблей, астероидных шахтеров, инженеров техобслуживания станций, и многих других работников, чья профессия была связана с постоянным пребыванием в космосе, были и те, чьим занятием было бороздить бесконечное пространство в поисках легкой наживы. Даже новый мир, усовершенствованный с помощью дружественной расы хитонцев, не смог подавить некоторые черты, присущие человечеству.
Некоторые романтически-настроенные бездельники, направились по стопам диких земных предков, подавшись в космические пираты. Один из таких, видавший виды, кораблей оказался в этом уголке космоса абсолютно случайно.
Судно было не новое, местами отремонтированное вручную, с использованием частей и обломков с других кораблей и разного металлолома. На одном из бортов красовалось, криво намалеванное белой краской, название – “Корсар”. Вероятно кто-то достаточно начитанный предложил вариант названия для корабля, но, скорее всего, большинству обитателей судна значение этого устаревшего слова было неведомо.
По меркам космоса “Корсар” завершил гиперпрыжок слишком близко к неизвестному кораблю. Сканирующие пространство датчики взвыли, от чего капитан пиратов резко подскочил со своей койки и выбежал из каюты, направляясь на мостик. Несший вахту новичок, нервно обернулся на вбежавшего командира, но продолжил энергично нажимать на кнопку отмены сканирования, попутно другой рукой запуская процесс остановки двигателей корабля.
– Подвинься, малой, – сказал капитан, занимая кресло за пультом.
Вахтенный вскочил, уступая место старшему по статусу пирату. Командир приник к экрану, на который выводились результаты сканирования.
– Да тут у нас неожиданная удача! – не удержался он от радостного возгласа и, повернувшись к юноше спросил: – Все никак не запомню, как тебя зовут, юнга?
– Змей… ээ, Тим. Тим Дар, капитан, – отрапортовал малец и испуганно взглянул на капитана. На судне он находился совсем недавно и не имел
– Смотри, Тим, – пират по-отечески положил руку на плечо юнге. – Посмотри на данные – этот корабль огромен, и он не двигается. Судя по сигнатуре, его двигатели давно не запускались, и он не излучает. Что это значит?
Капитан выразительно посмотрел на Тима, но тот абсолютно не понимал, куда клонит пират.
– Это значит, – невозмутимо продолжал командир “Корсара”, – что мы наткнулись на заброшенный, мертвый корабль. Вполне возможно, что до нас его никто не находил. А это значит – пора на абордаж!
Последнюю фразу он громко крикнул по общекорабельной связи. На “Корсаре”, кроме капитана и новичка Тима по прозвищу “Змей”, было еще три человека. Командира этого пиратского судна звали Дик Хэнк, причем никто так до сих пор и не выяснил, что из этого имя, а что фамилия, поэтому его кто-то звал Дик, а кто-то Хэнк – капитану было все равно.
Насколько Тим успел понять, с заброшенными кораблями у пиратов был особый разговор. Тут требовалась осторожность. Такое дело могло обернуться ловушкой, а то и более опасным мероприятием. Конкурентов в данном “бизнесе” хватало, так что пираты готовились к высадке основательно: усиленные непробиваемыми пластинами скафандры, по два комплекта оружия, крюки, сети и даже сканирующий робот. Правда последний был давно списанным ботом-разведчиком и часто “глючил”, но других вариантов у пиратов не было, и они пользовались тем, что было в наличии.
Когда Змей прибежал к стыковочному шлюзу, на ходу пристегивая шлем скафандра, абордажная троица уже была на месте и нетерпеливо переминалась с ноги на ногу. Кроме скафандров, у каждого была вместительная сумка, которая крепилась ремнями к плечам. Самый высокий в команде – Дылда, протянул Тиму одну из таких сумок, показав, где пристегивать. Рядом с левым магнитным ботинком Митяя, главного в команде, скрипел сервомоторами развед-бот, готовясь ринуться на палубу молчаливого корабля как верный пес, прикрывая своего хозяина.
Стыковку обозначил небольшой толчок, но пираты удержались на ногах, благодаря мастерству капитана и все еще исправной автоматике их посудины. Клайв немного помедлил, затем открыл шлюзовую дверь, пропуская бота в стыковочный коридор.
Электроника корабля-призрака была отключена и внутри не было атмосферы, это стало понятно по тому, что створки шлюза, к которому пристыковался “Корсар”, были открыты. Митяй жестами указал Тиму следовать замыкающим, а пираты продолжили двигаться друг за другом, входя в темноту мертвой громадины и держа оружие наготове.
Проникнув внутрь, пираты разбрелись в разные стороны, включив нашлемные фонари, чем издалека стали похожи на одноглазых глубинных рыб. Все трое держали в руках оружие, поэтому Тим тоже достал свой пистолет из боковой кобуры. Около него остановился Митяй и руками указал на свой шлем, а потом постучал кулаком по нему. Змей не сразу понял, но потом догадался, что забыл включить связь. Проделав нехитрую процедуру, он тут же услышал эмоциональную речь Митяя, состоящую преимущественно из ругательных слов, и не только на общем языке.