Иной
Шрифт:
Честно говоря, не могу припомнить, когда кто-то мог позволить себе наказать меня. Раньше это казалось немыслимым, настоящим бредом, учитывая моё положение. Но теперь я студент. Вот же чёрт.
И я даже ни в чём не виноват! Но кричать об этом бессмысленно: в первый раз что ли живу? А то я не знаю, что в учебных заведениях всем плевать на твои оправдания. Да уж, надо было уйти из аудитории, пока была возможность.
— Извините, мадам Либби, — выдавил Райан.
— Что, по-твоему этого
Райан глянул на Жозефа и надулся, как гигантский хомяк.
— Н-ничего важного…
Жозеф фыркнул. Тоже мне, как будто он здесь тот, кто имеет право это делать.
— Хочешь сказать, вы сломали окно просто так? — бровь ректора поднялась дугой; женщина выглядела так, будто всё, что она слышит, полная чушь. — И кто из вас это был? Ах, нет, я могу угадать. Жозеф, не так ли? Вы бы не пробили окно грубой силой, а с вашей магией я знакома. Что сподвигло тебя использовать усиление, чтобы ломать имущество Типрихса, а, молодой человек?
Судя по лицу Жозефа, он прикусил щёку изнутри. Какое-то время мадам Либби настойчиво на него смотрела; наконец он не выдержал:
— Это не ваше дело.
Удивительная смелость. Да ты мудак, Жозеф Ванс, иначе и не скажешь.
Мабон Либби чуть не подавилась от его наглости. Она глянула на него, будто убеждаясь, что ей не послышалось, и покачала головой. Как я и думал, рановато драку прервали; может, я и не очень уверен в Райане, но хорошенько дать по морде Жозефу бы не помешало. В некоторых случаях после этого и мозги на место встают; по крайней мере, в моём прежнем «трудовом коллективе» воспитание новичков так и работало.
Да и не только новичков.
— Что на счёт остальных?
— Я спал, мадам Либби, — ответил я. — Меня разбудил только звук разбивающегося окна.
— Ну конечно, — пробурчала мадам Тинбоу. — Да кто в это поверит?
Мабон Либби подняла руку, давая знак, чтобы её подчинённая замолчала.
— Я могу в это поверить. Альберих плохо выглядит. К тому же, ещё при поступлении нас уведомили о серьёзных проблемах со здоровьем. И это не говоря о коме. К тому же, если бы Альберих участвовал в драке…
Я бы помер, да? Или я бы валялся в реанимации? Альберих же такой слабак, давайте посмотрим, что будет, если кто-то мускулистый ему врежет! Репутация, конечно, работает на меня но всё равно несколько обидно.
— А что на счёт Обеля? — поинтересовалась мадам Тинбоу. — Он тоже был внутри. К тому же, в отличие от Альбериха, он сильный маг.
Спасибо большое, женщина, которая преподаёт мне магию. Я, конечно, всё понимаю, но нельзя как-то помягче?
Серьёзно, что не так с магией Альбериха? Может, всё и правда было так плохо, но что-то я не заметил, чтобы новому телу было тяжело подстраиваться под колдовство.
Что-то все эти упоминания бесталанности младшего Эльдалиэвы порядком меня утомили.
— Меня не было внутри, когда они начали
Я кивнул, чтобы подтвердить, что это чистая правда.
Мабон Либби задумалась.
— Даже не знаю, что с вами делать? Обель, Альберих, почему вы их не остановили? Почему не отправились за помощью? Должна сказать, все четверо меня разочаровали. Жозеф, как тот, кто причиним наибольший ущерб, ты получаешь две недели отстранения.
Две недели? Я даже не представляю, смог бы я отделаться этим, если бы разбил старенькое окно в школе, в которой я учился много-много лет назад! И почему Жозефу так повезло? Кто там его родители, интересно?
— Что на счёт остальных? — недовольно процедила мадам Тинбоу. — Они не могут просто уйти. Все виноваты!
Вот так всегда.
— Я не знаю, — ректор качнула головой; вдруг, будто что-то вспомнив, она порылась в стопке писем и выудила лист грубой, зернистой бумаги, исписанной размашистым почерком. — Впрочем, у меня есть что-то идеальное. Пара дней общественных работ вам не повредит, дети.
Я моргнул. Общественные работы? Что, будем красить стены и подметать дорожки?
Судя по лицам Обеля и Райана, они тоже не поняли, о чём речь. Только мадам Тинбоу глянула на бумажку в руках ректора и протянула:
— Это из школы Эйльхай? Вы отправите им, — она презрительно скривилась. — Кучку нарушителей?
— Моё решение будет окончательным. Это мягко и определённо послужит уроком хорошего обращения с имуществом академии, — заявила Мабон Либби. — Вы, студенты, можете собирать вещи: следующие три дня вы проведёте в стенах школы Эйльхай в качестве волонтёров от Типрихса. Обычно мы отправляем отстающих студентов, но в этот раз ситуация особенная.
Конечно, ведь обычно дерущиеся подростки хотя бы уходят куда-нибудь перед мордобоем.
— Так это тоже отстранение? — спросил Райан.
— Вроде того, — согласилась ректор. — Зато у вас есть шанс принести пользу. Но не думайте, что это не отразится на вашей характеристике; это наказание будет учтено.
Чего? Ну и ладно, чёрт с ним; как будто кто-то надеется, что я получу хороший диплом. Впрочем, меня до сих пор интересует возможность занять ректорское кресло, так что стоит разузнать, что там с этими характеристиками, и на что они влияют.
Но наше с Обелем участие и правда преувеличили… Не остановить драку и разбить гигантское окно это не одно и то же!
Озвучив наказание, ректор выгнала нас из кабинета. Жозеф тут же куда-то сбежал; очевидно, собрался одиноко отбывать свои две недели позора. Оставшись втроём, мы отправились к выходу из здания, вышагивая по просторному коридору главного корпуса.
— Ну так, — я глянул на Райана. — Кто виноват, и что случилось?
Райан поджал губы.
— Мне жаль, что вас тоже наказали. Жозеф, он… Это мы во всём виноваты.