Инструмент
Шрифт:
— И тогда — полный расчет?
— Полный.
— Ну что ж, по крайней мере вы не перевели на деньги их любовь и нежность.
— Нет, перевел. Это равняется нулю. Если уж на то пошло, они мне сами задолжали за любовь и нежность, которую я расточал им до восьми-девяти лет. С этого возраста я стал разбираться в себе и в своих родителях.
— Почему они вас не любили?
— Потому что я им мешал. Ничего не купить, никуда не поехать.
— И вы чувствовали себя лишним
— Да. Банально, но так это и было, миссис Фелпс. Некоторых детей лупят, меня никогда не лупили. Жестоких, изощренных наказаний, как выражаются юристы, тоже не помню. Всегда я был обут, одет, сыт. Моему отцу и в голову бы не пришло преступить закон, запрещающий жестокое обращение с детьми. Но он не стеснялся транжирить деньги, угождая своим низменным инстинктам.
— На женщин?
— Нет. Угождал своему дурацкому вкусу в живописи. Он искал поклонения и скупал картины неизвестных художников. Да разве я вам не рассказывал?
— Нет, не рассказывали.
— Так вот, мой родитель пользовался известностью среди всяких мазил и невежд, потому что покупал у них картины. Вместо того чтобы тратиться на то, что было нужно мне.
— Например?
— Ну… не послал меня за границу.
— В восемь-девять лет?
— Нет, когда я был постарше. В двенадцать-тринадцать. Я хотел съездить в Англию и поговорить с Джорджем Бернардом Шоу.
— Это в двенадцать-то лет?
— Да. К двенадцати годам у меня уже было написано семь или восемь пьес.
— Могли бы съездить в Англию и попозже.
— Да, мог, но мне уже не хотелось поговорить ни с Шоу, ни с Марджори Доу.
— А она кто такая?
— Мистер Шоу и Марджори Доу. Это так у меня с языка сорвалось, — сказал он.
— Да, у вас привычка говорить первое, что придет в голову. Я часто это замечала. Некоторые словечки лучше бы держали при себе.
— Невозможно. Художник во мне требует выражения.
— Да? Я не знала, что вы еще и художник.
— Художник, миссис Фелпс. Не живописец. Вы, конечно, слышали выражение «художественный темперамент», его применяют не только к тем, кто занимается изобразительным искусством.
— Слышала, не слышала… хватит. Столько от вас всего наслушаешься за день, да еще такой тихий, как воскресенье. Что вы хотите на ужин? Я вечером уйду, но приготовлю до ухода.
— Хочу ваших изумительных сандвичей с языком.
— Никогда я вас не кормила сандвичами с языком.
— Ну, тогда с этим самым…
— Приготовлю вам холодный ростбиф с картофельным салатом.
— Несколько ломтиков я оставлю Эду Кроссу.
— Совсем это ни к чему. Эд Кросс здесь только пьет кофе.
— Надо же ему перекусить, когда он привезет вас
— А зачем ему это знать?
— Затем, что со временем я продам ее и хочу, чтобы Эд получил комиссионные. А новую буду покупать там, где посоветует Эд. Он отказался от денег за то, что помог мне получить права, так вот, пусть знает — я этого не забыл.
— Откуда вам известно, что Эд комиссионерствует?
— Я родом из маленького городка, миссис Фелпс. Привык собирать сведения где придется.
Она посмотрела на него долгим взглядом.
— Хм! Собираете сведения? Они не всегда надежны, учтите это.
— Так, процентов на семьдесят пять. И конечно, в какой-то мере я полагаюсь на свое воображение. — Он ответил улыбкой на ее взгляд. — А тут процент надежности еще выше.
— Как бы оно вас не подвело, — сказала она.
— Думаю, что не подведет, — сказал он. — А теперь у меня к вам есть один вопрос.
— Пожалуйста.
— На моем месте вы женились бы на Хелен Макдауэлл?
— Ни на чьем месте я бы не женилась на Хелен Макдауэлл. А почему вдруг такой вопрос? Не собираетесь ли вы жениться на ней?
— Ну, а пригласили бы вы ее на моем месте выпить кока-колы?
— Что вы ходите вокруг да около?
— Намеренно. Начинаю с вопроса о женитьбе, потом беру другую крайность. А как быть в промежутке? Ну, поставьте себя на мое место.
— На ваше место. Вот приготовлю вам ужин — холодный ростбиф и картофельный салат. Если все останется нетронутым, я очень удивлюсь, когда приду домой. Это будь я на вашем месте. Когда проголодаешься, может, и потянет на филе миньон. Но ваше филе миньон в Рено, штат Невада. Так что ешьте холодный ростбиф и салат из картофеля.
— Пожалуй, я согласен с вами. Только вот не получилось бы у меня несварения желудка от холодного ростбифа с картофельным салатом — не вашего, а того, что на почте.
— Если бы вы были женаты, несварение желудка получилось бы у вашей супруги.
— Пока мы не увязли во всяких иносказаниях, скажите, почему Хелен не замужем?
— Тут я сдаюсь. Спросите кого-нибудь из ее поклонников, вы же любите собирать всякие сведения где придется. Если женщина не очень осмотрительна, мало ли что с ней бывает.
— Не рекомендуется пить у помпы общественного пользования?
Она кивнула:
— Есть такое мнение. Один мой знакомый говорит, что можно подхватить ветрянку. Заражался ли кто-нибудь ветрянкой от Хелен, не знаю, но и не поклянусь, что этого никогда не было. Господи! Да один человек в Куперстауне схватил ветрянку у своей жены.