Интересные времена
Шрифт:
– Кто-кто?
– Так их зовут. В нашем деле имя не последняя штука. Серебряная Орда.
Ринсвинд оглянулся. Некоторые сереброордынцы пригрелись на солнышке и задремали.
– Серебряная Орда… – протянул он. – Отлично. То есть по цвету их волос. То есть у кого есть волосы. Значит, с этими… с этой Серебряной Ордой ты намерен ворваться в город, поубивать стражников и обчистить сокровищницу?
– Ага, вроде того, – кивнул Коэн. – Само собой, всю стражу убивать не понадобится…
– В самом деле?
– Жалко времени.
– Ну да, разумеется, надо оставить
– Я к тому, что они там будут заняты, революцией и всем прочим.
– Так у них там еще и революция? О боги.
– Говорят, кое-кто видел знамения, – сказал Коэн. – А еще говорят…
– Знамения, революция… А живут-то они когда? – удивился Ринсвинд.
– Мой тебе совет – оставайся с нами, – сказал Чингиз Коэн. – Рядом с нами тебе ничто не угрожает.
– О, вот в этом-то я как раз и не уверен, – оскалился в жуткой ухмылке Ринсвинд. – Совсем не уверен.
«Когда я один, добавил он про себя, со мной случаются только обычные ужасы».
Коэн пожал плечами и оглядел полянку. Его взгляд упал на фигуру худого, сухонького человечка. Тот сидел немного в стороне от остальных и читал какую-то книжку. Лицо Коэна просветлело.
– Ты только посмотри на него, – благодушно-покровительственно, словно говоря о собаке, научившейся новым фокусам, сказал он. – Вечно сидит, уткнувшись в книжку. – Он повысил голос. – Эй, Проф! Иди-ка сюда, объясни волшебнику, как добраться до Гункунга.
Он вновь повернулся к Ринсвинду.
– Проф расскажет тебе все, что ты хочешь знать, потому что он знает все. Я тебя оставляю с ним, а мне надо поговорить со Стариком Винсентом. – Он махнул рукой, словно отгоняя какую-то мысль. – Не то чтобы у него какие-то проблемы, – с вызовом сказал он. – Так, память немного сдает. Из-за этого по дороге сюда он заварил небольшую кашу. Я все твержу ему: Винсент, говорю, насилуют женщин, а поджигают дома…
– Насилуют? – не понял Ринсвинд. – Что-то тут…
– Ему восемьдесят семь, – перебил Коэн. – Только не вздумай пойти и грубо разрушить невинные стариковские мечтания.
Проф оказался высоким, похожим на палку человеком с дружелюбно-рассеянным выражением лица и легкой бахромой белых как снег волос, благодаря которым сверху он очень напоминал ромашку. Его облик определенно не соответствовал общим представлениям о кровожадном разбойнике – даже несмотря на то, что одет он был в слегка великоватую кольчугу, а со спины у него, закрепленные ремнями, свисали огромные ножны. Меча в них, впрочем, не было. Вместо меча из ножен торчали разнообразных размеров свитки и кисти. Кольчужная рубаха Профа была снабжена нагрудным кармашком. Из кармашка выглядывали цветные карандаши в кожаном чехольчике.
– Рональд Спасли, – представился он, пожимая руку Ринсвинда. – Эти господа очень льстят мне, отзываясь о моих познаниях. Итак, ты хочешь попасть в Гункунг, верно?
Ринсвинд как раз размышлял об этом.
– Ну, пока что я хочу узнать дорогу в Гункунг, – осторожно сказал он.
– Понятно. Ну что ж, в это время года я двигался в направлении заката, пока не закончатся горы и не начнется аллювиальная равнина с драмлинами и прекрасными экземплярами
Ринсвинд изумленно вытаращился на него. Указания разбойников обычно звучат в духе «двигайся прямо, пока не пройдешь горящий город, как пройдешь всех граждан, подвешенных за уши, поверни направо».
– Драмлины… Как-то угрожающе звучит, – осторожно заметил он.
– О, право, бояться не стоит, это не более чем постледниковые холмы, – объяснил Профессор Спасли.
– А как насчет этих самых валунов? Они что, так названы, потому что случайно-рассеянно падают тебе на…
– Это всего лишь валуны, движимые ледником и переносимые им на большие расстояния, – терпеливо растолковал Профессор Спасли. – В самом деле, беспокоиться абсолютно не о чем. Ландшафт начисто лишен какой-либо враждебности.
Ринсвинд ему не поверил. Самая простая почва ударяла его очень сильно и много раз.
– Однако, – продолжал Профессор Спасли, – Гункунг на данный момент несколько опасен.
– Да неужели? – Ринсвинд скривил губы в усталой улыбке.
– Это не совсем осада. Все просто-напросто ждут, когда император умрет. Имеет место то самое, что у них здесь называется, – он улыбнулся, – «интересные времена».
– Ненавижу интересные времена.
Прочие члены Орды разбрелись кто куда. Кто задремал, остальные жаловались друг другу на боли в ногах. Издалека доносился голос Коэна:
– Смотри, вот это спичка, а это…
– Знаешь, для варвара ты выражаешься очень интеллигентно, – заметил Ринсвинд.
– Право, я ведь начинал вовсе не как варвар. Раньше я был профессором, преподавал в разных Школах. Поэтому меня и зовут Проф.
– И что ты преподавал?
– Географию. А еще меня очень интересовала ариентология [16] . Но я решил бросить преподавание и зарабатывать на жизнь мечом.
– После того как всю жизнь учил детишек?
16
Ариент – принятое в Анк-Морпорке название Противовесного континента и близлежащих островов. Дословно означает: «место, откуда происходит золото».
– Согласен, это потребовало некоторого изменения перспективы.
– Но как же лишения, ужасные опасности, ежедневная близость смерти? Наверное, ты тоскуешь по прошлому…
Глаза Профессора Спасли радостно заблестели.
– Так ты тоже участвовал в учебном процессе?
Ринсвинд оглянулся на чей-то крик и увидел двух воинов Орды, склонившихся нос к носу и оживленно о чем-то споривших.
Профессор Спасли вздохнул.
– Я пытаюсь научить их игре в шахматы, – сказал он. – Эта игра помогает понять ум обычного ариентира. Но, похоже, у моих друзей начисто отсутствует понятие того, что ходы надо делать по очереди. А их представление о гамбите? Они думают, что гамбит – это когда ферзь с пешками всем кагалом кидаются вперед и поджигают ладьи противника.