Интерфейс
Шрифт:
В огромном зале, стены которого были украшены витиеватыми движущимися узорами, находилось с полсотни человек. Мужчины, облаченные в деловые костюмы, женщины в платьях. И ни одного пожилого лица. Уж клиенты такого заведения, как "Маракана", могли позволить себе вечную молодость. Обезличенные БАРы в белых кителях сновали между столиками, разнося приготовленные Молиной блюда и напитки. Единственный робот, обладающий человеческим лицом, с увлеченным видом играл на массивном фортепиано. Правда, он только делал вид, что играет, даже его огромный инструмент был бутафорским. Музыка транслировалась из специального аппарата прямиком в мозг посетителей. При этом клиенты "Мараканы" могли сделать её восприятие
Пройдясь по залу, можно было услышать разговоры посетителей. Где-то о технологичных новинках, где-то о выступлении певцов, где-то о голопредставлениях. Многие приходили сюда специально, чтобы насладиться блюдами Рауля. Слава об искусном поваре уходила далеко за пределы ресторана. В те дни, когда работали другие кулинары, посетителей было наполовину меньше.
Никто и не заметил почтового БАРа, вошедшего в ресторан и направившегося прямиком на кухню.
– - Мистер Рауль Молина?
– - спросил робот, сделанный в виде вытесанного из дерева юноши.
– - Да, -- повар отвлекся от приготовления очередного блюда.
– - Вам посылка.
Повар удивился, не понимая, от кого могло бы прийти это послание. Может, от какого-то приверженца его кулинарного таланта? От женщины, желающей познакомиться? Те времена, когда мужчина должен был делать первый шаг в отношениях, давно прошли. Обычно, если кто-то кому-то нравился, она или он мог просто подойти и сказать об этом, надеясь на взаимность. А тут посылка. Романтичная натура?
Рауль взял небольшую коробочку в руки, покрутил её, прикидывая, что может находиться внутри. Проследил, как БАР покинул помещение и вскрыл коробок.
Но это не было романтическим посланием. Содержимое повергло Рауля чуть ли не в панику. На его лице моментально отразился испуг, пальцы нервно застучали по поверхности коробка. Он оглянулся вокруг, ища взглядом что-то или кого-то, наблюдающего за ним.
Молина не боялся при необходимости вступить в перестрелку. Не боялся, что его поймают. Любые наемники, даже самые искусные, рано или поздно делают ошибки. На этот случай у него была припасена немалая сумма, с помощью которой он надеялся откупиться.
Но содержимое посылки повергло его в шок.
Биолинза.
Подобные применялись в медицине -- для диагностики зрения, в косметологии -- для временного изменения цвета глаз. Полиция и спецслужбы использовали их в качестве биноклей или приборов ночного видения. Молина пользовался биолинзами для получения заказов на убийства.
Его координатор, имени которого Рауль не знал, да и тот не ведал, кем является убийца в обычной жизни, оставлял в банковской ячейке биолинзу с информацией. Имя жертвы, фото, места, где можно найти цель, размер гонорара, желаемый способ ликвидации и прочее подобное. Но то, что биолинза пришла сюда, однозначно говорило, что кому-то известно, чем занимается Рауль, когда не работает в ресторане. Это не мог быть координатор. Он не знал ни этого имени, ни внешности. Тогда кто?
Но с другой стороны -- если бы кто-то вышел на Молину с целью убить, сделал бы это точно не здесь. Биолинза отравлена? Вряд ли. Хотели бы устранить -- выбрали бы способ проще и надежнее. Тем более, Рауль когда-то сделал себе иммунитет к большинству известных ядов.
Что ж, была не была. Посмотрим, что на ней.
Рауль аккуратно
Перед взором Молины сразу же проступила информация, от которой повар чуть не свалился с ног.
В качестве гонорара предлагали пятьдесят миллионов крау.
Это что, шутка? Неужто цель -- Стивен Райз? Или президент "Объединения" Магнус Китинг?
Рауль не представлял себе, что за чью-то жизнь могут давать такую суму.
Ответ был здесь же.
Геннадий Владимирович Борисов. Владелец корпорации "Маджестик".
Конечно же, такой заказ был опасен. Целью был один из самых известных и могущественных людей в мире. Но отказаться от него Молина не мог. Во-первых, пятьдесят миллионов есть пятьдесят миллионов. Во-вторых, быть тем единственным человеком, лишившим жизни самого Борисова, выпадает не каждому.
Подобный заказ доказывал, что он -- профессионал высокого класса. Такое не доверят кому попало.
Одна часть Рауля не могла отказаться от задания. Другая же понимала, что кто-то узнал о том, кем является убийца в обычной жизни.
Внутренний голос советовал найти какого-то беднягу, подделать ДНК, оставить его обездвиженным в своей квартире и устроить пожар, а самому тем временем залечь на дно.
Но Рауль решил, что спрятаться он сможет и позже. Когда Борисов будет мертв, а пятьдесят миллионов найдут его карман.
Была не была.
Нужно связаться с владельцем ресторана и огорчить его сообщением об увольнении.
***
Несколько веков назад, когда Земля еще была в единственном числе, существовало множество человеческих наций. У каждой из них была культурная традиция, описывающая свою нацию с самой лучшей стороны. Мы самые лучшие! Мы самые сильные! Нас невозможно победить!
– - можно было прочесть, посмотреть, уловить в каждом таком произведении. Но с открытием других миров понятие нации стерлось. Хоть все знали, что в Алмунье жили в основном бывшие русские и азиаты, а в Каллисто -- европейцы и американцы, но понятие патриотизма кануло в лету. Были люди, родившиеся в одном из миров и называющие этот мир родиной. Были попытки создать патриотическую культуру в том или ином мире, но они не приживались. Сегодня лучше в Каллисто, там можно быстрее пройти обучение, получить профессию, лучше жить, -- все хотят в Каллисто. Завтра станет лучше в Алмунье -- все захотят в Алмунью. Ну и конечно, почти никто не хотел жить в Патрии. Разве что кроме представителей Нового Ватикана, выстроивших на территории джунглей Амазонки купол для защиты от последствий катастрофы. Существовали те, кто говорил "Миров много, а Патрия одна". Согласившиеся жить в мире после экологической катастрофы. Но подобных были единицы. Мелкие исключения, подтверждающие правило.
Таким когда-то был Алессандро Кассано. Он искренне считал, что Патрию нужно возродить, найти способ очистить природу, воспрепятствовать глобальному потеплению, но его никто не слушал. А тем более, все лучшие ученые, которые могли что-то придумать, уже жили в Алмунье или Каллисто, работая на одну из корпораций. Потом он бросил эту идею, осознав, что один в поле не воин.
Но его проняла другая мысль. Он понял, что параллельные миры опасны. Чем, он не знал, но понимал, что это так. И изо всех сил стремился это доказать.