Into the Void
Шрифт:
– Спасибо, – поблагодарила она ведьму.
– Будь осторожнее и смотри под ноги.
Несомненно, у по природе любопытной Сандры оставалась еще уйма вопросов, но из вежливости девушка посчитала, что отложит их на другое время – есть дела и поважнее.
Поворот с дорожки. Слегка примятые кусты. Звуки насекомых. Они пришли к озеру.
Девушки осмотрелись. Сандра давно здесь не была, а Юзефина здесь впервые, но ужасались этим местом равнозначно. Ведьма, словно настоящий следователь, прошлась по месту преступления, нашла кровавые следы и осколки бутылок, изучила гнилой причал, хотела также поинтересоваться у Сандры глубиной озера, но дочь Фридриха снова оказалась
– Сандра, – окликнула Юзефина юную девушку, возвращая ее из мира раздумий.
– Да-да…
– Ты изучала покромсанные мертвые тела, я не поверю, если тебя ужаснет кровь на земле.
– Смерть… это не та вещь, к которой человек может привыкнуть.
Голос Юзефины вновь придался мраку:
– Большинству людей просто не отведено столько лет, чтобы привыкнуть.
– Ведь шли дожди. Дожди шли не один день, почему тут кровь? Она ведь давно должна была смыться, и на земле бы остались одни бутылки от медовухи. Сколько должно было быть этой крови, чтобы оставить отпечатки спустя два дня дождей?
Стоя рядом с девочкой и понимая ее все больше, Юзефина нашла в глубине души своей ту чудом уцелевшую крупицу людской доброты, которую даже и не предполагала обнажить когда-либо вновь. Они не были близки, не были друзьями, не было у них и взаимной симпатии, но они были людьми. Людьми, которым пришлось пережить что-то нечеловеческое.
Юзефина нежно положила свою ладонь на правое плечо Сандры и произнесла, как можно мягче:
– Мы найдем того, кто это сделал.
«Эти глаза… – думала Юзефина, когда девочка подняла голову и посмотрела на нее. – Две лазурные жемчужины, окутанные печалью и блеском надежды. Она еще мала, но уже далеко не ребенок».
Мала, но уже далеко не ребенок – прямо как та истощенная нищая девчонка с волосами цвета пепла и серыми глазами, из которых словно выгасили всю энергию вместе с цветом.
Настала пора заняться ритуалом. Подготовка к процессу не заняла много времени и сил: шесть белых свечей расположились в правильный шестиугольник ближе к концам матерчатой пурпурной ткани, закрытая книга лежала вне шестиугольника на ткани, а стеклянная колба с травой стояла как можно дальше от этого всего.
– Как это будет проходить? – с опасением спросила Сандра.
– Ну, если вкратце, то я совершу ритуал по нахождению магии в этом месте. Само по себе все должно быть безопасно: если тут не было задействовано колдовства, проклятья и прочей дьявольской мути, то ничего не произойдет, и я ничего не почувствую. Если же тут что-то было, то мы наглядно поймем это по свечам.
Сандре не было, чего сказать.
– Да, как-то совсем не кратко объяснила, но смысл понятен. Мне нужно, чтобы ты отошла.
Сандра спряталась за кустами, она и моргнуть не смела, чтобы не пропустить ни малейшей детали того, что делает Юзефина. Ведьма села на колени, открыла страницу примерно в начале старинной книги, положила в центр шестиугольника небольшую порцию засушенных трав из баночки, а затем ее ладони принялись двигаться в воздухе, вырисовывая пальцами странные линии и узоры.
Губы ведьмы что-то шептали на неизвестном языке, и Сандру пробирала дрожь от происходящего. В ладонях Юзефины начали появляться искры, которые в мгновение ока переросли в полноценное пламя. Небольшие огненные сферы пылали в руках ведьмы, а затем сливались в одно целое. Властительница огня, опустив голову, прошептала заклинание вновь, и пламенная сфера, словно звезда с неба, либо, говоря более просто, обычный мяч для игр, запустилась к засушенной траве и деликатно ее зажгла.
По всему озеру распространились
– Ну что? Что-нибудь стало понятно? – громко спросила Сандра у Юзефины, перекрикивая сильный ветер.
В воде у пирса что-то начало двигаться. Озеро стало бушевать. Юзефина подняла голову в напряжении, и Сандра поняла, что сейчас произойдет что-то непредвиденное.
Волнение девушек и озера достигло пика, когда из бурлящей воды появилась темная рука, а следом за ней показалось все тело.
Черная тварь была невысокой, примерно ростом с Сандру. Она стояла на двух ногах и могла напоминать человека, но была абсолютно нагой. Темно-синяя кожа на животе и бедрах была гладкой, а остальная поверхность покрыта чешуей. Непропорционально огромные руки – самые длинные и мускулистые части тела – свисали к земле, растопыривая когтистые пальцы, соединенные плавательными перепонками. Ноги, согнутые в коленях, были оснащены большими плоскими стопами, пальцы которых также соединялись перепонками, как у амфибий. На боках шеи и торса виднелись отверстия, похожие на жабры рыб.
Голова чудовища ужасала своими размерами и острыми зубами, которые скорее напоминали длинные тонкие лезвия, вылезающие из десен. У дьявола из озера не было ушей и носа и, похоже, что они ему и не нужны были. В его бело-желтых, словно поганка, глазах не было ничего. Выпуклые овальные глаза были просто пусты, но разинутая зубастая пасть и высунутый змеиный язык, слюнявящий поверхность, судили о том, что отродье жаждет крови. Оно жаждет убийств и плоти своих жертв.
– Сука! – взбешенно крикнула Юзефина, быстро вставая на ноги. – Сандра, – обратилась она к юной девушке, – тебе нужно бежать. Живо. Сандра, ты меня слышишь?
Но дочь охотника не слышала её. Сандра упала на землю и тяжело дышала, находясь на грани панической истерики. Дух её перехватило, и на то, чтобы найти храбрость даже для двух слов, сил не хватало. Ноги совсем не слушались. «Что это со мной?» – спрашивала она себя, но страх полностью овладел её телом, не позволяя найти ответы ни на этот вопрос, ни на вопрос о том, что это за страшная тварь перед ними.
– Чёрт… – прикусила губу ведьма.
Тем временем чешуйчатый, зубастый, чёрный монстр уже приближался к девушкам. Пасть его раскрылась шире, и чудовище издало вопящий, скрежещущий крик. Оно встало на четыре конечности и ринулось прямо на Юзефину.
– Трахайся оно всё конём.
Юзефина сложила руки так, будто держала шар, и в пространстве между ладонями образовалось огромное скопление огня, сжатого до размеров пушечного ядра. Огонь, прямо как при ритуале, но объёмнее.
– Кь-хя-я-я-я-я-я-я-я! – кричала в неистовом безумии тварь из озера, уже выставляя когти и клыки, чтобы вцепиться в сладкое тело ведьмы. Однако всё, что оно в итоге смогло поглотить, – это нещадный удар пламенной сферы по чёрной шее.
Чувствуя невыносимую боль, чудовище ухватилось огромными руками за свою шею, обожжённую до мяса и всё ещё пылающую. Глаза отродья выпятились ещё сильнее из глазниц и залились кровью, а пламя продолжало сжигать жабры, а вслед за ними и внутренности монстра. Оно кряхтело и стонало в агонии, отчего его ярость росла в геометрической прогрессии, двигая его к тому, чтобы встать на ноги и сожрать Юзефину от мозга до костей.