Иные Миры
Шрифт:
Ждать пришлось больше часа, думал сгорю ко всем чертям к тому времени. Господа в начале немного позагорали, потом немного выпили и закусили и только после этого ринулись в реку. Белояра Дмитриевна показала всем свою удаль и довольно быстро оторвалась от многочисленных воздыхателей. Как я и полагал, боясь испортить дорогостоящие артефакты она оставила на себе лишь минимальный набор: изящный браслет — накопитель и кольцо с лечебным плетением. Решив передохнуть Белояра перевернулась на спину, раскинув руки и ноги. Я тем временем, как бы невзначай, оказался рядом с ней. Как только щуп
Моей целью был накопитель. Дотянувшись до него, я на максимуме своих возможностей стал закачивать в него энергию. Белояра не сразу заметила мой щуп, на водной поверхности он был почти невиден, а когда увидела, то было уже поздно. Переполненный накопитель разорвало в клочья, кисть руки была оторвана, а мелкие осколки камней прошили всю левую половину головы и груди. Сработало лечебное плетение и на этот раз я уже поглощал энергию, не давая сработать плетению в полную силу. Белояра барахталась в кровавой воде и из последних сил пыталась удержаться на поверхности, чтобы не захлебнуться. Со всех сторон к ней плыли на выручку, но несмотря на все их старания не успели — госпожа Баженова пошла ко дну.
На берег вышел ниже по течению, бросив плот на реке. Состояние мерзкое. Вроде бы и виктория, да вот только настроение хуже некуда. Как добрался до своего летнего домика не помню. Очнулся — в раках бутылка шустовского коньяка, на столе авоська с фруктами и сладостями, а на пороге Ерофей Гаврилович.
— Случилось что? На тебе лица нет.
Молча достаю стаканы и разливаю коньяк. Пьём не чокаясь. Перед глазами кровавая культя руки и испуганные глаза девчонки. Разливаю ещё. Пасечник удивлённо покосился на меня, но выпил, занюхал конфеткой и крякнул.
— Ты бы бросал, Илья Алексеевич, всякую дрянь пить, — и открыв окно крикнул. — Софья, готовь закусь! Мы сейчас будем…
Прихватив с собой коробку конфет, отправился вслед за Ерофеем Гавриловичем. Софья сработала оперативно и стол уже ломился от разнообразной закуски. Вручил ей коробку.
— Я сейчас, — и пасечник скрылся в погребе, немного погремев он вытащил довольно объёмный жбан. — Нектар богов — медовуха!
Сидели до самого позднего вечера. Я больше молчал, а пасечник балагурил без остановки. Софья сидела рядом и как — то жалостливо поглядывала на меня. Раза два мой организм пытался вырубиться в самый неподходящий момент, спасался прогоном жизненной энергии, но рано или поздно всё заканчивается и почувствовав, что уже на совершенном пределе, не попрощавшись отправился спать.
Утро добрым не бывает… Активировал лечебное плетение и волна свежести тут же пронеслась по телу. В голове немного прояснилось. Какого хрена я так вчера ужрался? Одно хорошо — никаких кровавых мальчиков (то бишь девочек) перед глазами. М — да… а психика у меня с вывертами. Одно дело убивать откровенную сволочь и совсем другое дело отправить на тот свет молодую и симпатичную девушку… Ну ничего, пройдёт и это…
Ерофей Гаврилович обнаружился на завалинке. Софья отпаивала его огуречным рассолом. Подлечил и его.
— Хорошо вчера посидели, — пасечник благодарно кивнул. — Я думал ты быстро угомонишься, медовуха она ведь штука
— Да так, неприятности…
— Я так и подумал. Отпустило?
— Вполне.
До самого обеда выгонял из себя остатки дури, нарезая круги вокруг пруда. Как только сели за стол у калитки образовался посыльный с приглашением от Святогора Силантьевича. М — да… всё — таки умудрились как — то отыскать меня. Неприятное известие. Смоляков приглашал посетить его дом завтра ровно в 11 часов. Деваться некуда, придётся идти. Смущало не только, что меня нашли, но и то, как «вовремя» подоспело приглашение, в аккурат после вчерашних событий. Складывается такое впечатление, что за мной непрерывно следят…
Весь день и вечер занимался артефактом, подаренным мне Смоляковым. Очень занимательная вещица. Ни с чем подобным я ещё не сталкивался. Сколько ни вглядывался в рунную вязь плетений, понять принцип работы артефакта так и не смог. Такое ощущение, что в основе этого конструкта применены совершенно иные принципы магического конструирования. Судя по всему, вещь действительно очень древняя. Попробовал применить свой способ откачки энергии из накопителя — номер не прошёл. Сработала защита и я потерял доступ к накопителю. Нет, вернее не так — первое мгновение у меня получилось качнуть энергию, а потом артефакт перешёл в режим «гибернации» и перекрыл к себе доступ. Мощная вещь! Такую с наскока не возьмёшь! Ничего, думаю, что за время учёбы в корпусе мне удастся совладать с ним.
На следующий день ровно в одиннадцать я был в уже знакомом мне рабочем кабинете Святогора Силантьевича. На этот раз меня встречал не только хозяин дома, но и его дочь — Елизавета Святогоровна.
— Добрый день, Илья Алексеевич! — протянул мне руку Святогор Силантьевич. — Я понимаю, что вы уже заочно знакомы, но официально всё же не представлены. Прошу любить и жаловать, моя дочь Елизавета.
— Рад вас видеть в добром здравии, Елизавета Святогоровна! — я едва дотронулся до её кончиков пальцев.
— Я должна поблагодарить вас, Илья Алексеевич. Лишь благодаря вашему вмешательству мне удалось выжить. Знайте, я всегда буду помнить об этом и отныне вы всегда можете рассчитывать на мою поддержку, — и немного замявшись Елизавета продолжила. — Пользуясь случаем прошу извинить меня за былую излишнюю резкость по отношению к вам.
— Ну вот и лады! — улыбнулся Святогор Силантьевич, приглашая всех к кофейному столику, возле которого уже суетился нубиец Хамза.
Дождавшись пока все не возьмут по чашечке кофе он продолжил:
— Я опять вам должен, Илья. Как это у вас получается? Поверьте, мало кому удаётся добиться моего признания долга, а у вас это получилось дважды.
— Последний случай касался лично меня, — попытался я возразить.
— Да, я в курсе. Но в то же время, такая развязка уберегла Елизавету Святогоровну от повторных нападок.
— Если вы обо всём заранее знали, то почему сами не решили проблему?
— У нас не было доказательств, всё на уровне косвенных улик, но их в обвинение не запишешь.