Иные
Шрифт:
Он остановился.
– Стоп, – приказал он. – Никак не получается. Лучше сделайте пока на этом месте пометку. Закончим сегодня.
Техники, обслуживающие записывающее оборудование, безмолвно подчинились.
Все местные жители, находившиеся в лагере, в последние дни были необычайно молчаливы. До прихода бури Блейз, скорее всего, решил бы, что здесь, на безопасной высоте, вне досягаемости песчаной стихии, люди будут чувствовать себя спокойно.
Только теперь он начал понимать, что очень многим из них, скорее всего, не раз приходилось переживать подобные бури и до этого. К тому же у большинства
– Распечатайте, пожалуйста, текст с последней пленки – я скоро вернусь и заберу его, – попросил Блейз старшего техника, – а потом просмотрю и внесу необходимые изменения. Я имею в виду не столько содержание, сколько сам порядок изложения. Вот, например, то, что я говорил о растениях, которые тянутся к свету, пробиваясь сквозь камни, наверное, лучше перенести в начало и предварить этим мысль о неизбежности роста.
Невысокий седовласый старший техник кивнул.
– Сколько сейчас времени? – спросил Блейз.
– Шестнадцать ноль-ноль, – ответил тот.
– Ну, тогда нам в любом случае пора заканчивать, – сказал Блейз. – Значит, встречаемся завтра в семь утра.
Он вышел из студии. Больше всего ему хотелось упасть на кровать и хоть немного привести в порядок все то множество мыслей, что не давали ему покоя в последние два часа. Но, почувствовав запах пищи, доносящийся из столовой, он понял, что страшно голоден, и поспешил туда.
Не успел он пройти и полпути, как навстречу ему из столовой вышел Полон и быстрым шагом направился к нему.
– Что случилось? – поинтересовался Блейз.
– Вернулся Анджо, – расстроенным тоном начал рассказывать Полон. – И почти сразу снова ушел. А с ним и Данно Аренс. И ни тот ни другой ничего мне не объяснили. Вы были в студии, и Данно велел вас не беспокоить.
– Вы же вроде говорили… – начал было Блейз, но тут заметил в дверях столовой Тони. Когда она подошла к ним, он снова взглянул на Полона. – Вы же говорили, что во время песчаной бури невозможно ни спуститься с горы, ни подняться на нее?
– Так оно и есть, Великий Учитель! – воскликнул Полон. – Поверьте, они рискуют жизнью! Ведь им придется спускаться практически вслепую. Разумеется, почуяв опасность, козлы попытаются затормозить тележку, но вероятность того, что все они – и козлы, и люди, и тележка – опрокинутся и разобьются насмерть, весьма велика. Или, что еще хуже, они могут переломать себе при падении кости и еще долго лежать потом внизу у подножия, медленно умирая. Хорошо, если они просто не задохнутся во время спуска.
Он замолчал и посмотрел на Блейза. Блейз ничего не сказал и лишь бросил вопросительный взгляд на Тони. Та обратилась к Полону:
– Вы не могли бы еще раз сходить в столовую и попросить их прислать обед в мой шалаш? Нам с Блейзом Аренсом нужно переговорить с глазу на глаз.
Полон перевел взгляд на Блейза. Тот кивнул. Полон круто развернулся и пошел обратно по направлению к столовой. Тони жестом пригласила Блейза следовать за ней.
– А ты случайно не знаешь, почему ушел Данно или почему вдруг появился Анджо? – спросил Блейз, как только они оказались в шалаше.
– Нет, – ответила Тони. – Я как раз сама хотела задать тебе этот вопрос. Садись вот сюда – на кушетку.
Они уселись, и Тони сразу наклонилась вперед.
– Я тоже не представляю, зачем появлялся Анджо, – начала она. – Если верить Полону, то шансы подняться сюда во время бури – один против десяти даже для одного Анджо, шансы же без приключений спуститься отсюда для двоих примерно такие же. Полон предположил, что они могли бы двигаться вдоль линии связи, которую техники проложили в первый же день нашего пребывания здесь, чтобы при необходимости без помех связаться с Мордард Крузон, а уже через ее дом по спутнику – с любым местом на Новой Земле. И насколько я знаю, с тех пор как началась буря, Данно довольно активно пользовался этой возможностью.
Она замолчала и вопросительно взглянула на него.
Он кивнул:
– Мне тоже это известно. Но у Данно лучше всего все получается в одиночку. Он так и не сказал мне, куда звонил.
– Кроме того, – продолжала она, – Полон говорил мне, что существуют летательные аппараты, способные подниматься в воздух и во время бурь. Такой аппарат мог бы прилететь за ними к дому Крузонов, забрать, подняться выше уровня бури и доставить их куда нужно. Вероятно, что Данно как раз и договаривался о чем-то подобном. Естественно, для большинства окрестных фермеров иметь подобные летательные аппараты слишком накладно. Но в крупных городах их вполне можно нанять, если, конечно, Данно и Анджо сумели убедить собеседника на другом конце провода, что располагают достаточными средствами.
Она внимательно посмотрела на Блейза.
– Я не стала говорить этого Полону, но думаю, что Данно способен кого угодно уверить в том, что он кредитоспособен, и заказать подобную машину.
Блейз снова медленно кивнул.
Тут как раз принесли обед, и они молчали до тех пор, пока посыльный из столовой не вышел и не задвинул за собой ветки, прикрывающие вход.
– Давай приступай, – предложила Тони, расставив принесенные тарелки на кофейном столике, который поставила между собой и Блейзом. – Я уже ела. Так вот, если ты хоть что-нибудь знаешь и хочешь рассказать мне об этом, ты снимешь у меня с души большую тяжесть. Страшно даже подумать о том, что Данно – да, впрочем, и Анджо – лежит сейчас где-то у подножия этой горы со сломанными руками или ногами, а то и вовсе без признаков жизни.
– Да, – протянул Блейз и приступил к еде. Рот его на несколько минут оказался занят, и это позволило ему некоторое время ничего не говорить, а собраться с мыслями.
Вообще-то такое как раз в духе Данно – отправиться куда-нибудь, ни слова никому не сказав. Но с другой стороны, Данно был человеком весьма осторожным. Если он пустился в опасный путь в таких чрезвычайных обстоятельствах, значит, происходило что-то и в самом деле очень серьезное.
Их сосуществование с Данно началось там, на Ассоциации, довольно давно, и тогда Блейз был чем-то вроде подчиненного, а чуть позднее – ученика. Человека, который лишь выполнял приказы, никогда не обсуждая их, не говоря уже о том, чтобы вообще поставить под сомнение какие-либо поступки Данно. Но со временем положение изменилось на диаметрально противоположное: