Иные
Шрифт:
После второго Костиного восстания все представители подвида homo passionaris были сочтены крайне опасными, и активно обсуждался вопрос об их тотальном уничтожении. Тим чудом спас свой экспериментальный материал. Но это было, пожалуй, единственное, что осталось. В остальных резервациях их ликвидировали. Так что современные homo passionaris, играющие в обществе столь заметную роль, в основном потомки Тимкиных «подопытных кроликов».
Вот уже двести лет никто больше не говорит ни о какой политике тотального уничтожения. Мы наконец поняли, что homo naturalis, Иные и Высшие — лишь три части целого, осколки,
Я поднял голову от магнитной карточки. Рядом со мной стоял Алеша, мой слуга, и протягивал мне кружку.
— Ваше молоко, ваби.
ГЛАВА 5
Выбор
Иной с отвращением смотрел на эту парочку. Высокий широкоплечий парень. Блондин. И светловолосая девица с короткой стрижкой. Одеты оба вызывающе, несдержанно. Джинсы, джинсовые куртки нараспашку, цветные. У него — голубая, под джинсы, у нее — бирюзовая. Рубашки навыпуск с расстегнутым воротом. У девицы на руке тяжелый золотой браслет с изумрудами. Балует господин! На куртках — нашивки. У нее — красная полоска ткани слева на груди, у него — красная с тонкой белой полосой. Наполовину Высший. Этого еще не хватало! На голове — лента для волос. У него — красная с белой полосой, у нее — красная. Нет, нашивки, ленты — это положено. Но рубашки навыпуск! Но цветные джинсовки! Глаза бы не видели!
— Дери, ваши магнитные карточки! — приказал Иной и взглянул в окно. Там, на маленьком горном аэродроме, стоял только что прибывший вертолет.
— Возьмите, ваби.
Парень протягивал ему магнитные карточки. Сразу две. Так. Екатерина Поплавская и Николай Поплавский. Сервенты. Носят фамилию господина. Интересно, кто из Поплавских? Иному было известно двести четырнадцать Иных с такой фамилией и сорок три Высших. Иные отпадали, у них не бывает сервентов. Значит, кто-то из Высших пожаловал.
— Дери, как зовут вашего товаби?
Девица вздрогнула и побледнела. Наглый, злой взгляд. Конечно, господин, наверное, не называет ее «дери». Все ласково да по имени. И сажает с собой за один стол. Бывает такое. Сам видел. Все равно что крысу пустить по столу гулять. Он бы еще слугу посадил рядом с собой! Ладно, дери, придет господин — будет Катенькой величать.
— Христиан. Христиан Поплавский, ваби, — вежливо сказал парень. Ну, хоть этот поспокойнее!
Иной еще раз взглянул на его повязку. Наполовину Высший. Обманчивое, значит, спокойствие. Ты за этим и обязан красную с белым ленту носить, чтобы тебя каждый патруль останавливал. И не воображай, что это Орден Золотого Руна. Homo passionaris, и к тому же с примесью крови Высших, — зверь очень опасный и совершенно неуправляемый. Наверняка шляется без разрешения. Хотя если со знаками отличия — значит, и с разрешением. Повязку ведь и снять можно. Чтобы приняли за homo naturalis. Да только кто же тебя спутает? Этот наглый взгляд и резкость манер!
Иной вновь посмотрел на карточку. Да, указано имя хозяина. Теперь стали указывать. Христиан. Очень молодой Высший. Младше пятидесяти лет. Причем Высший от рождения. От этого всего можно ожидать. Тоже, наверное, по поводу самолета. С тех пор, как несколько
Так. Дальше. Разрешение на передвижение. Северная Америка. Ничего себе! Совсем с ума сошел этот Христиан! Хотя, конечно, Высшие с рождения все чокнутые. То бишь дальновидные. Мыслят на двести лет вперед. А несчастному Иному придется ждать двести лет, чтобы убедиться, что приказ его господина двухсотлетней давности вовсе не был абсурдным, а наоборот — очень разумным. Но все же, все же… Распустил ты своих сервентов, ваби Христиан. Они мне всех homo naturalis испортят!
Иной внимательно посмотрел на сервентов и начал сканирование. Они застыли перед ним в послушной готовности. Уж слишком послушной для homo passionaris. Эти терпеть не могут сканирования. Особенно от чужого. От своего товаби еще могут вытерпеть. Раз в месяц. По расписанию…
Точно! Стенка. Защита от сканирования. Товаби поставил. Сам homo passionaris этого сделать не в состоянии. Ну, это уж слишком! Интересно, что у них здесь за дело…
Но додумать Иному не дали. На пороге появился Высший и решительно вошел в комнату. Сервенты повернулись к нему и одновременно поклонились. Резко. Импульсивно. Иной последовал их примеру со всей возможной сдержанностью и почтительностью.
— Рад приветствовать в моем доме Христиана Поплавского. Добро пожаловать, ваби.
Высший быстро и весьма поверхностно проскани-ровал его сознание.
— Садись, Дик. И вы, ребята, садитесь.
Сервенты плюхнулись на кожаный диван, и девица развязно положила голову на плечо парню. Высший сел рядом с ними. И тут Иной заметил, что Христиан очень похож на своего сервента, только, пожалуй, чуть ниже и волосы еще светлее. Точнее, сервент похож на него. Сын, значит.
«Патологическое отвращение к представителям подвида homo passionaris является чувством внеразумным и недостойно Иного, — услышал у себя в голове Дик мысль Христиана. — Дик, тебе лечиться надо».
«Надо так надо, ваби. Вы Высший. Ваша воля. Но ставить сервентам защиту от сканирования крайне опасно».
«От меня у них нет защиты».
«А если они убегут, ваби? Это же homo passionaris!»
«Ну, вот мы и вернулись к тому, с чего начали. Глубокий вдох, Дик. Вот так. Все».
Дик терпеть не мог, когда Высшие копались у него в мозгу. Ощущение не из приятных. Но долг Иного — подчиняться Высшему. И если последнему угодно что-то изменить в сознании первого, обязанность первого — позволить ему это сделать.
Иной посмотрел на отвратительную парочку. Гм… И вовсе она не отвратительная. Красивый парень и симпатичная девушка. Низшие, конечно. Ну и что? Низшие тоже необходимы. Нормальные низшие.
— Нам нужно осмотреть горы в этом районе, — вслух сказал Христиан.
— По поводу самолета?
— Да. Я хотел бы знать, кто был на борту.
— Высший Дэн Шварц, двое его сервентов — Алекс и Энн, Иной Пит Уэйс, пилот Билл Лайт, мой дери, и слуга Высшего Луи.
— Какие между ними были отношения?