Шрифт:
1.
– С днём рождения, Ирэна! – неслось изо всех уголков фермы. Девушка подозревала – умей животные разговаривать, и они присоединились бы к общему хору, прославляющему вторую дочь хозяев.
Сегодня для Ирэны, как обычно, возвращавшейся из школы, был не самый обычный день. Ей исполнялось шестнадцать, и она официально становилась взрослой. Однако не в глазах родных и близких. Как бы убедить их, что Ирэна действительно в состоянии принимать самостоятельные решения и нести за них ответственность?
Она подошла к крепкому бревенчатому дому, словно вросшему в землю. Бледно-жёлтая
Дом выглядел дорого и добротно. Он воплощал основательность и устойчивость, начиная от двухступенчатого крыльца под металлическим кружевным козырьком и заканчивая медным флюгером в виде белки.
Девушка вздохнула и нервно заломила пальцы. Она любила свой дом. На его чердаке она провела немало счастливых часов. На толстом кряжистом дубе неподалёку от крыльца висели её личные качели, а в саду за домом Ирэна играла всё детство, обрывая сладкую жёлтую малину или кислую глянцевую вишню. В полях фермы среди колосьев и васильков прятались перепёлки, пустельги и луговые жаворонки. В лугах попадалась вкусная земляника, а тропинка в лесу, ведущая к городу, была изучена Ирэной до последнего камушка. Как объяснить, что она готова оставить всё это, такое родное и привычное, ради исполнения призрачной мечты?
Невысокая, плотно сложенная крепенькая девушка в жёлто-коричневой форме и со школьной сумкой, из которой выглядывали книга и скомканная шляпка, вовсе не была мечтательницей. Эта милая, с белокожим лицом-сердечком, усыпанном бесчисленными конопушками, вздёрнутым носом, золотисто-рыжеватой длинной косой, и то ли синего, то ли зелёного – зависело от освещения – глазами, девушка отличалась практичностью. Жизнь на ферме быстро отучает от излишней романтичности. Но у Ирэны имелось заветное желание, и она не мечтала – она просто собиралась его исполнить.
Она замерла у крыльца, не решаясь войти. За предстоящим семейным разговором её ждал тяжёлый разговор. Ирэна считалась отважной девушкой, но в одночасье изменить привычную жизнь и ей было нелегко. Нарядная красная лента в косе, единственная дань празднику, вовремя попалась под руку, и Ирэна принялась её теребить.
–С днём рождения! – хлопнул её по плечу Маркес, один из батраков, знавший девушку с малых лет. – Что приросла? Ты ведь у нас уже выросла, ха-ха-ха!
Ирэна криво улыбнулась неловкой шутке, сказала "спасибо", неуверенно поднялась на крыльцо и, оглянувшись на Маркеса, потянула дверь.
В просторных сенях было светло и пахло травами. Мимо промчалась рослая белокурая девица в праздничном сарафане, балансируя блюдом с горячим, издающим умопомрачительный аромат. Ирэна бросила школьную сумку на лавку, переобулась, ополоснула руки в маленьком рукомойнике, машинально проверила, не переполнилось ли ведро под ним, и прошла к гостиной – самой большой комнате дома.
Стол уже накрывали. Суетилась старшая сестра, ехидничал и шутил один из трёх братьев. Два других брата девушки пока отсутствовали: старший ещё не вернулся из кузницы, а младший – из школы.
–Ирэна, деточка, с возвращением, – заулыбалась высокая и статная рыжеволосая женщина
–Спасибо, мама, – Ирэна сдержала подступающие слёзы. Может быть, она скажет о своём решении завтра? Всё равно до окончания школы ещё больше месяца, и пока её никуда не отпустят.
Нет, никаких «завтра»! Не будет она больше откладывать!
Ирэна накинула фартук и стала помогать – служанка убежала в соседний дом, для батраков, где в честь дня рождения хозяйской дочери уже накрывался богатый, пусть и не столь роскошный, стол.
К исходу часа слуги собрались у себя, а семья Линди – в гостиной. В праздничных одеждах, все сели за стол, где зазвучали поздравления, шутки и истории про именинницу.
Пообедав, приступили ко вручению подарков. Не успел младший брат первым поднести Ирэне небольшую коробку с лиловым бантом, как девушка встала и произнесла:
–Спасибо вам огромное! Я очень-очень люблю вас и очень ценю вашу заботу. Но я прошу об одном-единственном подарке.
–Каком же? – нахмурился отец.
–Разрешите мне уехать в Рамонд!
За столом загудели.
–Зачем? – выделила главный общий вопрос старшая сестра.
–Я… – Ирэна зажмурилась, сделала глубокий вздох, словно перед прыжком в воду, и выпалила: – Я хочу стать актрисой!
Повисла недоумённая тишина. Первой фразой оказалась та, которую Ирэна совершенно не ожидала услышать:
–Деточка, но актрисой можно стать и в Кижельске. Зачем тебе в столицу? – спросила мать.
–Вы… не против? – опешила девушка.
–Доченька, с тех пор, как ты побывала на том спектакле, ты же заболела театром. Или думала, мы не замечаем, что значительную часть своих карманных денег ты тратишь на книги о театрах, актёрах, спектаклях? Как ты зачитываешься пьесами вместо любимых приключений? А как ты радовалась, когда тебя в очередной раз отпускали на новые постановки? Мы догадывались, что ты захочешь чего-то подобного, но почему в столице?
–Там больше возможностей, мама. Больше театров. Если глава труппы Кижельска мне откажет, я уже не попаду никуда. В Рамонде же театров десятки, где-то да пригожусь.
–Ты уверена, что годишься в актрисы? – жёстко спросил отец. – Ты мила, но ведь не писаная красавица. Да и таланта у тебя может не оказаться.
–Не стану актрисой – буду шить костюмы. Пап, я отлично понимаю, что в театре есть не только блестящая сцена, но и пыльное закулисье. Актёры – не единственные, кто нужен театру. Не стану актрисой – буду шить костюмы. Хорошая портниха всегда и везде пригодится. Хочу играть… или хотя бы быть причастной к чужой игре.
–Избаловали девку, – проворчал отец. Ирэна умоляюще сложила руки.
–Папа…
–Это всё усложняет, – заговорила вдруг мама, глядя на мужа.
–Ненамного, – покивал тот каким-то своим мыслям. – Деньги-то есть, что выйдет – другой вопрос… Подождите пару минут, – велел он, выходя из-за стола и жестом маня за собой жену. – Нам с матерью обсудить кое-что нужно.
Родители скрылись за дверью. Ирэна устало опустилась на стул, сжимая пальцы.
–Вертихвостка! – припечатал старший брат.