Ирис и Дэн
Шрифт:
– У тебя есть парень?
– Нет, парня нет. А что? Хочешь попробоваться на эту роль?
– Да уж, ты не из скромниц. В общем-то, было бы неплохо попробовать узнать друг друга получше.
– Наверно. Что же тебя интересует? Хотя, давай, лучше я начну. Откуда ты? Чем занимаешься?
– Я из Техаса. Но учусь в Калифорнии. Изучаю базы Верна. Этот год последний, потом пойду уже по распределению. – Базами Верна в наше время назывались военные пространства, попадающие под наблюдение чужеродных спутников, получившие название в честь профессора Джеймса Верна. – А ты?
– Живу и учусь
– Так, ты еще и художница. Хотя, если бы я умел рисовать, ты бы стала моей музой и была бы на всех моих картинах.
– Фу. Какое однообразие, – иногда приятно болтать ни о чем, тем более, если ты и так каждый день под гнетом своих серых и мрачных будней.
Так мы проговорили около двух часов, после чего мне стало холодно, и я захотела поплавать, чтобы согреться. Спрыгнув с камня, обошла водопад и поплыла вдоль него. Эрик последовал за мной.
Как же здорово, когда к тебе проявляют столько интереса и ты кому-то очень симпатична, тем более, когда этот кто-то тоже нравится. Я, видимо, была в этот момент как ребенок, который никогда не ел шоколада, но вдруг оказался на шоколадной фабрике. Вдруг появилась возможность попробовать что-то, о чем так много слышала, но никогда не видела воочию. В этот момент я забыла о том, что хотела вызвать ревность у Дэна, мне просто было хорошо здесь и сейчас. Забыла настолько, что даже не замечала его, а он все это время ждал.
Я и Эрик плавали наперегонки, шутили, смеялись. Он периодически подплывал совсем близко и обнимал. Вроде бы все как у всех, но в то же время как никогда раньше и не со мной.
Мы вышли из воды, договорившись встретиться еще раз завтра вечером. У меня было прекрасное настроение, хотелось подбежать к Дэну и сказать ему: «Вот видишь, как это замечательно! Когда мужчина и женщина вот так общаются. Когда их ничто не сдерживает. Когда все просто. Я хочу, чтобы и ты был таким!» И снова поймала себя на мысли, что именно Дэн должен был быть на месте Эрика. Но как ему это объяснить, как заставить понять и прочувствовать? Увы, ответа не было.
Подойдя к моему андроиду, села рядом с ним и заметила странность – его глаза уже не были такими яркими как несколько часов назад, тогда спросила:
– С тобой что-то не так? Ты плохо выглядишь…
– Со мной все в порядке, я исправен и готов следовать дальше.
– Давай лучше посидим здесь и поговорим.
– А ты разве не наговорилась? – Дэн как никогда был тихий и словно расслабленный.
– С тобой, нет. Скажи, что для тебя Я?
– Ты не что, а кто. Что – это я. Давай с тобой договоримся об одной вещи. Мы больше не будем разговаривать как два человека. Ты должна быть свободна от меня, но пока это невозможно. Я лишь помеха в твоей жизни, и три года назад ты была совершенно права. Я прошу прощения, Ирис за то, что позволил себе вторгнуться в твой разум. Это неправильно.
– О чем это ты? Такие выводы из-за того, что я поплавала с парнем, которого почти не знаю?
– Я видел тебя с ним, и я вижу тебя с собой. С ним ты смеешься, глаза блестят, со мной же ты надеешься
– Что ж… Я с тобой не согласна. Да, ты андроид, но особенный, почти человек и …
– Не надо иллюзий, Ирис. Я не человек и никогда им не буду, ни на «почти», ни на сколько. Моя особенность – это моя боль, которую я испытываю каждый день. Мое молчание убивает тебя, я вижу, я все вижу. Давай больше не будем об этом.
– И ты не хочешь дать нам ни единого шанса? – тогда действительно стало больно, ведь от меня отказывался тот, кто был всем, кто был для меня Вселенной.
– У нас не может быть шансов. Когда вернемся, я отправлюсь в AS, – Android Systems, компания по производству андроидов, – и запросить чистку системы. Меня перенастроят и перезапустят. Так будет лучше нам обоим.
– Я поняла. Ты решил сдаться, даже не попробовав. Тогда давай тоже договоримся об одной вещи. Пока мы здесь, мы будем вместе как люди, переедем в другой отель, зарегистрируемся под другими именами. Пойдем туда как пара, все равно никто не поймет, что ты андроид. Попробуем снять всю эту официальность с себя. А если ничего не получится, то все будет так, как ты хочешь. И других вариантов я не рассматриваю!
– Но это глупо. Неужели ты этого не понимаешь? Нет, я не пойду на такое.
– Я приказываю тебе.
– А я отказываю тебе. Если ты хочешь, чтобы мы были как два человека, разве между нами не должно быть равенства? Получается, ты принуждаешь меня делать то, чего я не хочу.
– Так значит, ты этого просто не хочешь? – получается, от меня отказался даже Дэн – Ладно! Делай, как считаешь правильным для себя. И кстати, я вовсе не считаю тебя неравным себе. Просто, очень хотелось… хотя, не важно… уже не важно… Пойдем в номер.
И почему в моей жизни всегда так? Как только происходит взлет, то заканчивается он обязательно падением и долгим заживлением после него. Видимо судьба. Не дано мне быть кем хочу и быть с тем, с кем хочу. Но ничего, придется плыть по течению, пока что-нибудь не изменится в очередной раз. Конечно, головой я понимала, что любить машину нельзя, но сердце диктовало другое. И кем же я стану, если буду слушать только разум? Не той ли самой машиной?
Дни шли, я встречалась с Эриком. Мы гуляли, много говорили, узнавали друг друга. Он оказался весьма необычным человеком, разносторонним и невероятно обаятельным, но что-то мешало мне с ним сблизиться, и это «что-то» всегда ходило позади нас. Я не могла просто так выбросить Дэна из сердца.
Однажды я попросила своего телохранителя:
– Можно хотя бы один день ты не пойдешь с нами? Ты же получил всю информацию об Эрике. Он не шпион, не киллер и не маньяк-убийца. Так почему бы нам не побыть вдвоем? Когда ты рядом, ничего не получается, я не могу расслабиться, не могу понять своих чувств к нему.
– Выходить за пределы отеля одной нельзя.
– Тогда внутри отеля, например в моем номере? Как тебе?
– Хорошо.
– Большое тебе спасибо! Только не очень-то подслушивай нас за стенкой, – так и хотелось уколоть его хоть чем-то, вызвать на эмоции.