Исцеляющее сердце

Овсянникова Екатерина

Пока что в голову не пришло ничего лучше, чем заключить Клару в свои объятия. Прижать ее к стене и не выпускать, пока мы оба вдоволь не насладимся друг другом… Так я в итоге и поступил и, судя по настроению возлюбленной, идея пришлась ей по вкусу.

Ниннэ подтвердила мои догадки: желание возлюбленной и вправду избавило меня от проклятия. Только вот клыки не до конца спрятались, но, думаю, со временем эта проблема решится. Еще беловолосая целительница заметила необычный факт — часть дара богини каким-то неведомым образом осталась при Кларе!

Отразится ли это как-то на ее

судьбе? Этого нам, к сожалению, понять не удалось. Но я искренне надеюсь, что это принесет любимой лишь хорошее!

Обещание я свое сдержал: как только выдалась возможность, мы с супругой сразу же отправились на пикник и рыбалку. В этот раз она явно улучшила свои навыки и теперь удила, как прошаренный рыбак. Как Клара потом призналась — прочитала в одной из книг несколько советов. Интересно, что еще она узнает из моей библиотеки?

Пока я разбирал остатки документов у себя в кабинете, любимая обнаружила в одном из ящиком подозрительно знакомую папку. Взглянув на содержимое, я окончательно убедился в своих догадках. Именно здесь хранились досье на всех моих почивших жен.

— Думаю, надо отправить это в императорский архив. Больше мне отсюда ничего не понадобится, — произнес, спрятав папку обратно в ящик.

Проклятия больше нет, а хранить эти документы я больше не вижу смысла. Не собираюсь же я, в конце концов, хоронить еще и Клару…

Чуть позже я проводил возлюбленную в новую, специально обустроенную спальню. С момента ее выздоровления после проклятого укуса я постепенно обустраивал этот уголок, пока вот сегодня Ханс не дал добро на заселение.

Много лет эта комната пустовала за ненадобностью, но теперь, похоже, она нам еще как пригодится. Что же мы будем за супружеская пара, если каждый из нас будет одиноко спать в своей комнате?

Лично я за совместные ночи! Осталось лишь узнать мнение Клары…

Дабы раззадорить интерес супруги, я игриво вел ее вперед, закрыв ей при этом глаза. Словно в детстве, когда мы иногда играли с отцом в прятки!

Реакция у ней была забавная — таких выпученных глаз я еще не видел. Видимо, она совсем не ожидала подобного. В чем-то я ее понимаю — Клара с детских лет не жила в роскоши, да еще и слизняк Райнольд внес свою лепту… Вот теперь она и удивляется подобному дорогому интерьеру! И все же оформление комнаты несомненно пришлось ей по вкусу — в этом мы вновь убедились, оставшись наедине. Помню, как подкрался к ней сзади и одарил ее шею поцелуем… Как гладил ее плечо, постепенно освобождая его из плена красивого платья… Как направил ее лицо к себе и впился в желанные уста, жадно похищая из них сносящие голову стоны удовольствия.

Руки словно сами подхватили возлюбленную, а непослушные ноги, слегка заплетаясь, потащили нас в кровать.

Я словно забыл, что мир вокруг существует. Для меня сейчас есть лишь она и больше ничего мне не надо!

Глубокой ночью в свете яркой полной луны я мягко поглаживал каштановые локоны своей супруги, что мило сопела под теплым мягким одеялом. Душа моя так и ликовала от осознания, что наконец-то все плохое позади! Рядом со мной любимая женщина, которая теперь не исчезнет и не умрет…

Уже с нетерпением я ждал нового

дня, который обязательно привнесет в нашу жизнь что-нибудь новое! Иначе просто и быть не может!

Глава 28

Клара

Как мягко… Я будто спала на облаке! Безусловно, я догадывалась, что дорогие кровати могут быть очень удобными, но эта превзошла все мои ожидания.

Вся эта шикарная обстановка, конечно, была мне непривычна… Но как же она все же волшебна! Так и хочется находиться здесь почаще, что я, непременно, буду делать по возможности. Марс как раз сейчас активно осваивает дом — уже без угрызений совести гуляет по коридору и соседним комнатам! Глядишь скоро в кровати будем спать втроем, ха-ха!

Утром после завтрака Ханс на маленькой подушечке принес необычное украшение, похожее на широкое золотое кольцо. И все бы ничего, но, кажется, я видела на нем имя нашего кота.

— Я же обещал заказать Марсу именной ошейник, — гордо ответил супруг на мой немой вопрос. — И раз мы не хотим сдавливать его чудесную шерстку на шее, то у него будет именное украшение на лапе!

Дальнейшие несколько минут нашей жизни ушли на то, чтобы поймать шустрого Марса и нацепить ему на лапу подготовленный Уильямом подарок. Рыжий питомец сначала недоуменно болтал своей потрепанной лапой, но, кажется, со временем привык и уже через пару минут наш пушистый друг спокойно ходил по комнате, гордо приподняв голову.

Украшение явно пришлось ему по вкусу!

— Ну вот, теперь я спокоен, что в случае чего рыжий обязательно вернется в наш дом! — рассуждал Уильям, игриво поглаживая Марса вдоль пушистой холки. Питомец довольно прогибался под его рукой, словно направляя движения супруга. — Выгравированный на украшении адрес приведет нашедшего его человека к нам. Для любого будет честью вернуть рыжего в дом лорда целым и невредимым!

С лица Уильяма не сходила улыбка. Кто бы мог подумать, что такие обыденные с виду вещи так будут его радовать? А сколько всего еще нам предстоит пережить вместе…

Супруг потом ушел по делам в свой кабинет, а я же занялась досугом. На мольберте стоял недорисованный портрет Уильяма. Набросанный силуэт словно недовольно взирал на меня, осуждая свою художницу за незаконченный рисунок…

Решено!

Схватив краски и кисть, я принялась за дорисовку своего творения. Попозировать мне сейчас супруг не сможет, так что буду вспоминать его облик в своем воображении…

К обеду я прилично продвинулась в создании портрета и, надо признать, получалось совсем даже неплохо!

Что ж, можно с уверенностью сказать, что позировать супругу теперь не обязательно! Даже немного жаль… Можно было бы снова повторить его подготовку образа…

Примерно через час после обеда ко мне в комнату постучался Ханс. ВОзникнувший на пороге мужчина в костюме был словно каким-то растерянным…

Неужели что-то случилось?

— Леди Клара, лорд Уильям ожидает вас в своем кабинете для важного разговора.

Голос его был в меру твердым, как и положено дворецкому, что еще больше нагоняло жути на сердце.