Исцеляющее сердце
Шрифт:
— Господин, можно я дам вам совет?
Я поднял на дворецкий свой заинтересованный, но все еще источающий гнев взгляд.
— Не торопитесь со всем этим… Даже такой простак как я видит, какая яркая искра сияет между вами. Не давайте ей угаснуть такими поспешными решениями.
Выдохнув и отхлебнув коньяка, я повернулся к Хансу.
— Друг, я понимаю твое волнение за меня, но я уже все решил. Лучше закажи трех жеребцов для отъезда леди Клары и наших гостей, а мадам Розе передай просьбу собрать в корзину побольше продуктов. А еще… — я украдкой протянул дворецкому конверт
Тихонько угукнув и услужливо поклонившись, Ханс оставил меня в своем кабинете за дальнейшими приготовлениями.
Как же не хочется расставаться с Кларой… Прямо сейчас прижал бы ее к стене и не отпустил бы, когда вдоволь не насладился нашими объятиями… Только вот та, к кому я питаю такие прекрасные чувства, видит во мне лишь чудовище.
Она заслужила искренней и взаимной любви, а я… Мне уже ничего не страшно…
Когда я, занимаясь своими делами, шел по одному из коридоров особняка, я, разумеется, наткнулся на Клару. Чтобы сдержаться и не сорваться на откровенный гнев, я ускорил шаг и, не поворачиваясь к ней лицом, разговаривал максимально холодно.
— Уильям, пожалуйста, постой! — крикнула супруга, спешно перебирая ногами в длинном платье. Дабы дать ей догнать меня, я притормозил и стал ждать что она скажет дальше.
Отдышавшись, она задала ненавязчивый вопрос о моем самочувствии.
Она, должно быть, издевается? Как я должен себя чувствовать после того, как близкая моему сердцу девушка смешала меня с грязью?
Слегка прикусив губу чтобы успокоиться, я выдал ей холодный ответ.
— Спасибо, нормально. А теперь извини, но я немного занят, — я нагло соврал, но желания продолжать беседу не было никакого.
Пока Клара обдумывала мой ответ, я уже успел уйти из поля ее зрения, а после и вовсе ушел к себе в кабинет, где продолжил оформление документов. Дел было невпроворот и я надеялся, что работа с бумагами подарит мне успокоение. Но на самом деле было только хуже: этот противный шелест, пробирающий до мозга костей, просто сводил меня с ума, лишая возможности трезво мыслить. Пришлось успокаиваться любимым коньяком — от его вкуса даже ярость утихнет…
За это отец и почитал этот напиток… Будучи еще ребенком я не понимал его увлечения, пусть он и пил не так часто, как я. Зато теперь я очень даже его поддерживаю…
Спустя время в дверь послышался знакомый стук. Похоже Кларе никак неймется поговорить со мной по душам.
Что ж, я ее за язык не тянул.
— Войдите, — произнес я сквозь зубы, не отводя взгляда от уже опостылевших документов. Словно желая привлечь мое внимание, Клара подошла к столу и громко кашлянула в кулак.
Вздохнув и слегка скривив губы, я поднял глаза навстречу знакомому изумрудному взгляду.
Обычно эти очи меня сводили с ума, но сейчас я почему-то ощущал лишь презрение и ярость…
— Ты что-то хотела?
— Уильям, мне не по себе, — откровенничала супруга. —
Здесь она не ошиблась. От одной лишь мысли о вчерашнем ярость начинала разгораться сильнее. И сейчас в присутствии Клары становилось лишь хуже.
Недовольно пшикнув, я перевел взгляд на уже знакомую бумагу, которую недавно оформлял для супруги.
— Как будто жуткому клыкастому чудовищу положено вести себя как-то иначе, — пробубнил я, продолжая выписывать ручкой буквы.
Супруга замолчала, а ее изумрудные глаза как-то странно забегали из стороны в сторону. Похоже до нее потихоньку доходит осознание своего поступка.
— Уильям, я немного не понимаю.
Эх, нет, не доходит… Придется объяснить.
— Все ты прекрасно понимаешь, Клара! — стукнув по столу, перебил я супругу. — Я вчера гулял у пруда и нечаянно подслушал, как вы с братом обсуждали план побега. И во время этого разговора ты сказала… Сейчас процитирую, — кашлянув в кулак, я специально исковеркал себе голос для максимальной наглядности. — «Ты прав, жуткие клыки и вправду делают его чудовищем…»
Лицо гостьи озарилось волнением и легкой паникой. Ну, видимо, теперь она все поняла.
— Уильям, ты все неправильно понял! Я имела в виду другое!
О, теперь и оправдываться начала. Как предсказуемо.
— Я пока не совсем оглох и прекрасно все слышал, Клара, — я нагло прервал ее исповедь, ибо на иное уже можно было не рассчитывать. — Конечно, я привык к подобному отношению в свою сторону, но от тебя я подобного не ожидал. Я доверял тебе и даже по глупости думал, что ты не такая, как другие люди… Еще никогда я так не ошибался… — выдержав паузу, я с безразличием протянул супруге подписанную бумагу. — Возьми.
Дрожащими руками она подхватила документ и стала вглядываться в буквы.
— Что это? — пожала она плечами, видимо не до конца понимая что написано на бумаге.
Еще раз вздохнув, с тем же невозмутимым взглядом разъясняю супруге свою мысль.
— В этом письме говорится, что я добровольно отказываюсь от исполнения тобой долга, отмеченного в указе Императора. К завтрашнему дню сюда доставят тройку лошадей и ты, Ноа и Лэйла сможете отправиться куда хотели.
— Но… Уильям… Я же… — от услышанного на глаза супруги нахлынули слезы, а сама она стала запинаться и глотать слова.
Часть меня так и хотела подойти к ней, обнять, а после украсть поцелуй. Но разум тут же вспоминал как она своими же устами назвала меня чудовищем, отчего страсть мгновенно улетучилась, а сочувствие сменилось холодом и презрением.
— Насчет расторжения брака, правда, придется повременить, иначе у Императора возникнут подозрения. Но не переживай, я постараюсь решить этот вопрос как можно скорее.
Перепуганная супруга отбросила бумагу обратно на стол.
— Незачем это делать, Уильям! Я же не отказывалась! Мне наоборот здесь нравится!