Ишмаэль
Шрифт:
– Доктор Маккой?
Послышалось отдаленное звучание фортепиано, и Ухура поняла, что Маккой все еще в баре. Когда они уходили, доктор сидел за столиком в углу и молча пил бренди. Очевидно, гибель Спока нанесла ему гораздо более глубокую рану, чем он сам предполагал.
– Маккой слушает, – как это случалось с ним и раньше после приема солидной порции спиртного, Маккой говорил с сильным акцентом.
– Доктор, это лейтенант Ухура. У нас произошло столкновение с неизвестными. Тоннель номер десять, ответвление номер сто
Последовала недолгая пауза, после которой Маккой ответил:
– Хорошо, – и отключил свое переговорное устройство.
Ухура криво улыбнулась и дотронулась до быстро растущей опухоли на скуле.
– Ты разбила мое сердце, – пропела Ухура голосом известного исполнителя строчку из популярной песенки, рассмешив Зулу, – но все же я не умру, – закончила она своим обычным голосом.
Ухура отбросила за спину спутавшиеся черные волосы и набрала код «Энтерпрайза».
– Это Ухура и Зулу. Ввиду чрезвычайных обстоятельств просим продлить время пребывания за пределами корабля до пяти часов.
– Зедрокс, – Маккой швырнул на маленький столик полупустую пластиковую капсулу. – Это современный эквивалент отравленной иглы.
Кирк наконец оторвал взгляд от маленького овального предмета, сделанного из мягкого пластика, из которого торчала крошечная, как шип розы, иголка. Кирк посмотрел на неподвижно лежащего Трэ. Фиолетовый круг вокруг сморщенного рта старика постепенно исчезал, переходя в обычную слегка зеленоватую окраску кожи, а дыхание стало ровнее. На мониторе, расположенном над кроватью, все показатели приблизились к нормальным для вулканца цифрам.
«И все равно старик выглядит очень слабым», – подумал Кирк, глядя на тонкое лицо, обрамленное белоснежными волосами.
Маккой продолжал говорить:
– Конечно, ввозить это запрещено, но доставить сюда контрабандным путем, особенно если есть связи в официальных кругах, ничего не стоит.
Две большие таблетки трепидола нейтрализовали действие алкоголя, но все равно в его речи присутствовал сильный южный акцент.
– Ты имеешь в виду представителя Империи Клингонов? – спросил Кирк, взглянув на вошедшую несколько минут назад Марию Келлог.
Ее темные волосы были небрежно заплетены в косу, свободно свисающую между острых лопаток. В остальном она выглядела как обычно, несмотря на то, что из-за срочного вызова Марии пришлось встать в половине пятого утра. Но командир базы должен быть всегда готов вскочить по тревоге таков недостаток этой работы.
Она пожала плечами.
– Представитель империи сказал, что на базе находятся семьдесят пять граждан мужского пола, которые находятся под его юрисдикцией, но не в прямом подчинении. Он пообещал мне навести справки.
Маккой неопределенно хмыкнул и отправился изучать данные анализов Трэ. Он вставил в свой шприц ампулу
Келлог подошла к кровати вулканца.
– Меня удивляет то, что они пытались убить его в коридоре, когда гораздо проще сделать это в спальне или кабинете, – заметила Мария.
– Ты так думаешь? – засомневался Кирк. Командир базы задумалась.
– Ну, может быть, не в спальне, но в кабинете наверняка.
– Ты думаешь в этом кабинете можно кого-нибудь убить, ничего не повредив при этом? Убить вулканца в собственном кабинете, да так, чтобы никто ничего не заметил? – Кирк дотронулся ногтем до капсулы с зедроксом.
– Думаю, они просто хотели выяснить, что ему известно о работе Кхлару и каких результатов тому удалось добиться. Клингоны должны были доставить его на допрос. Зулу и Ухуру спугнули их, и в панике клингоны попытались убить Трэ. Кстати, Кхлару уже сообщили о покушении на его коллегу?
– Боюсь, ему уже давно обо всем известно, – печально заметил Маккой.
– А я так не думаю, – сказала Келлог. – Вчера в 15.00 Кхлару отозвали в Клинжай. Это произошло как раз через час после того, как капитан Кирк попросил разрешения отложить вылет «Энтерпрайза» с базы на сорок восемь часов. Кхлару клингоны держали взаперти, не позволяя ни с кем общаться до тех пор, пока в три часа утра его не увез крейсер «Шин чар», совершающий челночные рейсы.
– Любопытно!
Кирк удивленно посмотрел на вулканца, так как не ожидал, что тот уже способен говорить. А Трэ давно пришел в себя. Его темные глаза казались утомленными, но взгляд был совершенно ясный.
– Что любопытно? – спросил Кирк.
– Указанное время, – заговорил Трэ. – Капитан, историка всегда интересует точное время события, даже если в этот момент покушались на его собственную жизнь. Кхлару говорил мне, что его сюда послали на пять лет, и на этот период освободили от всех обязательств перед империей. За это время никакое сообщение не успело бы дойти отсюда до Клинжая. Так что его мог отозвать только сам представитель империи.
Неожиданно для всех Трэ приподнялся на кровати и сел.
– Полагаю, что я неправильно оценил свою позицию в конфликте между федерацией и империей Клингонов, – тихо заметил он. – Пойдемте!
Кире удивленно уставился на протянутую ему хрупкую руку с голубыми венами.
– Но куда?
Трэ удивила недогадливость Кирка, и он недовольно сжал губы.
– Конечно же, в мой кабинет. Нам есть о чем потолковать, – тихо добавил Трэ.
Глава 10
– Эрон! – крикнул вошедший в дом Ишмаэль.
После их возвращения из Сан-Франциско прошло уже три дня. Ишмаэль снял тяжелую от воды куртку и стряхнул дождевые капли с длинных волос.