Исход
Шрифт:
– Конец связи, «зебра».
Рука лейтенанта, сжимавшая микрофон, дрожала. Он схватил ее другой рукой, но ничего не помогало. Крупная дрожь била обе руки.
– Адреналин. Это будет мой первый бой, – пояснил Ларин. – Мы прибыли сюда из соседнего города два дня назад и еще не успели поучаствовать, да и, честно признаться, особого желания нет.
– Я понимаю.
– Может быть, вы поведете людей?
– Я все-таки пилот, а не пехотинец. Давай сделаем так: если мне покажется, что правильнее сделать так, а не иначе, я тебе скажу, и ты примешь решение.
– Идет.
– А теперь дай мне рацию, я попробую вызвать авиацию для уничтожения противника.
Лейтенант ушел отдавать последние распоряжения танкистам, построившим свои танки в походную колонну. На танки и бронетранспортеры запрыгивали люди, как ни странно, места хватило всем, и вскоре от лагеря ничего не осталось.
Жак собрался с мыслями и вызвал операционный штаб, который проводил подобные операции.
– Говорит майор Жак Дарваш.
– Я вас знаю, что вы хотите?
«Мог бы и представиться, – подумал Жак. – Я-то тебя не знаю».
– В квадрате «двенадцать» движется вражеская колонна…
– Мы уже засекли их и постараемся уничтожить, хотя сил у нас мало, и они мешают нам пройти, но все равно – спасибо. Конец связи.
74
Колонна двигалась осторожно, объезжая каждое дерево. Танкисты помнили, что на броне у них сидит пехота, и, если свалить дерево, то мало не покажется, свои удавят.
Подъезжая к городу, Жак увидел, что в небе разгорелся бой. То ли «ковейхи» отгоняли «МИГСы» от колонны в лесу, вышедшей из двенадцатого квадрата, то ли «МИГСы» закрывали колонну, в составе которой находился сам майор, от «ковейхов», или это вообще не имело никакого отношения ни к одной из колонн, Жак этого не знал.
Но бой от этого не был менее жарким. Горящие обломки машин сыпались в лес с небес с обеих сторон. Трассы снарядов, дымные следы ракет и противоракет говорили, что в ход идут все виды оружия и защиты от него.
Применялись все возможные тактические приемы: крутые виражи, развороты машин на месте, атаки из положения на спине. Жак, в отличие от своих новых друзей, по-настоящему знал, как тяжело приходится сейчас пилотам машин, какие перегрузки сваливаются на людей. Бой закончился внезапно, машины просто разошлись в разные стороны.
Передний танк резко качнулся на своих гусеницах, высоко подняв свою корму, да так, что несколько человек упало с брони, и остановился.
– Стенли! Чтоб тебя! – закричал один из упавших, снова забираясь на броню. – По морде захотел?!
– А ты сначала меня достань, – сказал в ответ Стенли, задраивая люк под дружный хохот остальных солдат.
– Все равно получишь!
Жака не интересовала шутовская потасовка солдат, машины остановились на окраине города, гораздо интереснее ему было узнать причину самой остановки.
– Где мы встанем?
– В городе, – ответил лейтенант. – Просто я опре-деляю, кому куда встать. Чтоб без суеты было.
Ларин набрасывал примерные места, где должны были встать танки, делая одному ему понятные пометки. Майор решил
– Ты действительно думаешь, что они пойдут в город?
– А что?
– Не проще ли им будет просто сровнять его с землей, а не лезть на рожон в уличных боях?
– Действительно… – согласился лейтенант. – Вот видишь, я продолжаю мыслить категориями прошлого, что они нас будут захватывать. Но все равно несколько машин придется оставить в городе… для виду, – и он стал стирать ранее сделанные пометки.
– Они наверняка пойдут с востока, а мы могли бы встать где-нибудь здесь, – предложил Жак. – Ваши товарищи – по другую сторону предполагаемого прохода.
– Зачем?
– Устроим им своеобразную баню – перекрестный обстрел. А если они встретятся с кем-либо из нас лоб в лоб, то другой может быстро прийти на помощь. Ну как мой план?
– Не знаю, но мне нравится. Я сейчас посоветуюсь с другими мобильными группами… Связист!
– Я здесь! – гаркнул связист из-за спины Ларина, следовавший за ним по пятам.
– Дай сюда. «Скала», «скала»…
Пока лейтенант вел переговоры, Жак решил сходить по нужде. По-«легкому» облегчиться, конечно, можно было бы на колесо, к тому же многие верили, что это приносит удачу. Откуда пошла такая традиция, никто не знал. А вот по-«тяжелому» лучше найти подходящий кустик за деревом, чтоб никто не видел – тоже традиция.
Майор притоптал заполненную ямку ногой. И только теперь обратил внимание на непонятное копошение впереди. Подкравшись поближе, он увидел, как несколько человек закапывали в землю какой-то цилиндр. Подобравшись еще поближе, он опознал в нем первую ступень твердотопливного двигателя ракеты противокосмической обороны.
– Мужики, вы что делаете?! Вы же подрываете оборону Земли!
– Не кипятись, – подошел один из техников и добавил: – Майор…
– Что вообще происходит?
– А это ты у во-о-он того спроси, – техник показал на своего начальника. – А мне работать надо, а то ходят тут всякие…
Жак немедленно отправился к указанному лицу. Рабочие уже заканчивали засыпать и теперь приводили этот участок леса в первозданный вид, каким он был до вмешательства человека.
– Господин полковник, я майор Жак Дарваш, пилот…
– Оставим формальности. Полковник Янек Болдуин. Что вы хотели?
– Зачем вы закапываете ракеты? Они же нужны для защиты от налета шердманов!
– Давайте я вам сам все объясню, а то я чувствую, что иначе мне от вас не отделаться. Давайте пройдемся.
– Давайте…
Рабочие закончили все свои работы и вереницей пошли к следующему месту закладки. Полковник с майором пошли за ними.
– Сделайте милость…
– Мы закладываем фугасы. Следующего налета нам не пережить, мы успеем сделать только один залп, на перезарядку времени у нас уже не будет. Потому командование решило, что пропадать такому добру неразумно, и велело нам сделать из ракет мины. Когда попрут шердманские танки, мы их того… – полковник сымитировал руками красочный взрыв. – Взорвем ко всем чертям!