Исход
Шрифт:
Никто из них не видел в этот момент Марию Петровну. Несчастная женщина в самом начале боя повалилась на днище, зажав уши. Когда те зомбаки, что уцелели, пошли в атаку, они не заметили ее. И лишь один, почти мертвый, с выбитыми глазами и разорванным брюхом, на ощупь схватил ее за икру. Мария Петровна, которую в прошлой, совсем недавней жизни, так называли только на работе, в ужасе попыталась вырваться, отползти, но зомбак держал крепко. Под руками у Марии оказалась канистра, и она в отчаянии и ужасе принялась отвинчивать крышку. Бензин полился на нее, на зомбака, на трупы,
Пламя вспыхнуло, стремительно побежало по кузову, и его жар сразу почувствовали все. Обиженно рыкнув, зомбак отскочил от Максима — прямо в лужу горящего бензина. С воплем он кинулся через борт, мелькнув горящими подошвами. А потом огонь, перекинувшись на все еще бегущую струйку бензина, нырнул в канистру, и раздался взрыв. Маленькое огненное облако жадно лизнуло всех, кто находился в кузове. Миг — и в кузове не осталось тварей, выпрыгнувших на полном ходу. Перед скорчившимися у кабины обожженными людьми плясало пламя, в котором страшно кричали двое, но кто из них был Марией Петровной, а кто зомбаком, разобрать уже было нельзя.
Максим, одной рукой стиснув карабин, попытался перелезть на подножку, но там стоял Белоглазов. Лицо майора впервые за время их знакомства выражало полную растерянность.
— Иди, иди сюда, сгоришь! — Он подвинулся и потянул к себе Максима. — Живые есть?
Максим не мог ответить и не мог перехватить карабин другой рукой, потому что изо всех сил вцепился в дверь. Пальцы будто свело судорогой. Машину подбрасывало на бордюрах, и пылающий бензин продолжал растекаться по кузову. Жар становился невыносимым. Сквозь кабину, за Спецом, Макс увидел Толика и Кунгура, которые тоже повисли на подножке.
— Тормози плавно! — опомнился Белоглазов. — Всё, накатались!
С мученическим выражением на лице Спец начал понемногу притормаживать, забирая влево, и тут же стало еще горячее. Вспыхнул рукав, и Максим, с трудом оторвав руки от дверцы, спрыгнул. Ноги коснулись асфальта, и тут же его швырнуло через голову, потом протащило несколько метров. Порванная одежда, в кровь стертое плечо, разбитое колено и ободранная щека — можно сказать, легко отделался! Когда Максим вскочил и схватился за карабин, грузовик, медленно останавливаясь, был уже в сотне метров. К счастью, зомбаков поблизости не оказалось. На ходу перезаряжаясь, Максим похромал к Кунгуру, который спрыгнул чуть позже и еще только поднимался. Еще дальше, у самого грузовика, Белоглазов и Спец тушили загоревшуюся на Толике одежду.
— Ну что, все идет по плану? — Майор отшвырнул в сторону прогоревшую джинсовую куртку. — Ни воды, ни еды, все пропало! Придется начинать сначала. Задача номер один: найти подходящее место для обороны!
— Там пожар! — Кунгуров показал на столб дыма, поднимающийся над крышей жилого дома. — На соседней улице, и вроде небольшой. Огонь все-таки.
— В МАЗе бак неполный, —
— Верно. Значит, так: без команды не стрелять! За мной!
Белоглазов помог подняться Спецу и первым потрусил бодрой рысцой к углу жилого дома. Максим, торопясь следом, оглянулся. Улица была пуста, все преследователи отстали. Похоже, хоть в чем-то им повезло. Да еще и день, хоть солнце и клонилось к закату, оставался жарким. Наверное, зомбаки, отчаявшись догнать грузовик, вернулись к воде.
За углом и правда был пожар: в брошенном жильцами доме выгорала квартира на первом этаже. Огонь пытался дотянуться до оконных рам наверху, но пока безуспешно и лишь закоптил стену. Белоглазов остановился, лихорадочно соображая, как это пламя может помочь им в обороне от зомбаков: приближалась ночь.
— Займем соседнюю квартиру, — решил он, наконец. — Огонь и дым будут отпугивать тварей, отбивать наш запах. А мы еще сложим из мебели костер у входа в подъезд, только аккуратно: большой пожар нам не нужен.
— А если ночью весь дом займется? — засомневался Толик. — А дым? Не угорим?
— Пошли на месте разберемся! Прикрой! — Майор распахнул дверь подъезда, отступая на шаг, но их встретила тишина.
Дальше предстояло ломать дверь, и дверь железную. Имея из инструментов только ружья и карабины, бойцы довольно скоро засомневались в успехе.
— Надо инструменты искать. — Толик утер пот с закопченного, грязного лица. — Пройти по квартирам, может, где-то есть открытая дверь…
— Или зайти с другой стороны и через окно! — предложил Кунгур. — Там решетки наверняка, но, скорее всего, слабенькие.
Майор задумался. Все эти действия могли демаскировать группу, а любой выстрел привлек бы зомбаков. За соседним домом раздался взрыв: рванул бензобак МАЗа, о котором уже как-то и забыли.
— Царство Небесное Марии Петровне! — быстро и стеснительно перекрестился Толик. — И Даше, конечно. И всем.
В этот момент дверь в подъезд со скрипом приотворилась. Без всяких команд бойцы метнулись в стороны, кто к дверям, кто к лестнице, и заняли оборону. Но никто не вошел. Вместо этого послышался негромкий голос:
— Здорово! Как поживаете, соседи?
— Кто говорит? — сурово вопросил Белоглазов. — Оставаться на месте! Шаг вперед считаю нападением!
— Служивые, что ли? Народ, я один, и торчу тут на улице, как прыщ на заднице! Давайте лучше войду, чего нам всем палиться-то? Мы же теперь все свои, кто здоровые остались!
— Руки держать на виду! — предупредил майор, хотя и сам не знал, чего именно опасается. — Входи, и чтобы без резких движений!
В приоткрытую дверь бесшумно скользнула фигура в кроссовках, шортах и грязной толстовке с капюшоном. Вновь прибывший имел ядовито-рыжий цвет волос и такую же бородку, тонкую и длинную, с узелком и каким-то колечком ближе к кончику.
— Меня Рыжим по жизни кличут, пусть так и будет, — представился он. — Ух ты, у вас оружие! А у меня только топор, но я его снаружи оставил, чтобы вас не бесить.