Исход
Шрифт:
— А я бы их из окна покосил, — вдруг громко сказал Толик. — Из жилого дома. Они же как на ладони.
— Там заложники! — напомнил Белоглазов, но про себя отметил, что идея-то самая простая. — Надо думать о них.
— А если СВД дам, справишься? — Новосиб снова усмехался, глядя на майора. — Доводилось иметь с ней дело? У нас вот опытных снайперов, увы, нет.
— Справлюсь с АКМ, — ответил майор, секунду подумав. — Тут трехсот метров не будет, для автомата нормальная дистанция. А с непристрелянной СВД могут быть вопросы… Но есть проблема:
— А может, и десятеро… С крыши будет виднее. — Новосиб обернулся к водителю: — Вот за этим вроде домом они, да?
— Точно, командир. — Папа Миша, сделав петлю по дворам, вернул короткую колонну почти к тому же месту. — Вроде никого не вижу. Встанем тут?
— Пока встань, но будь готов подхватить нас и ехать. Дверь открывайте! Пойдем-ка, разговорчивый майор, поглядим из-за угла, что там вообще творится, прежде чем в пекло лезть!
Майору пришлось выпрыгнуть из автобуса вслед за Новосибом. Следом двинулись еще несколько бойцов на прикрытие, и без спроса выбрался Спец, которому в грудь тут же уперся ствол автомата.
— Командир! — позвал Спец, и оба начальника оглянулись.
— Пусть идет! — благодушно махнул рукой Новосиб. — Ну, посмотрим…
За углом дома — пара деревьев и кусты. Выглядывая из них, все трое увидели удивительную картину. С крыши универсама вниз, к мутантам, спускалась цепь, к которой была приделана небольшая кошка. На ее острые зубцы странные рыбаки насадили большой кусок свежего, кровоточащего мяса. Самих «рыбаков» виднелось четверо, они крепко держали цепь. Внизу было только три мутанта, и оба они высоко подпрыгивали, толкаясь в воздухе, чтобы первыми добраться до цепи. Когда наживка опустилась достаточно низко, более удачливый сумел вцепиться в мясо, и один из зубцов оказался у него во рту. Торопя друг друга возгласами «подсекай», странные парни потащили цепь наверх, и мутант задергался, пытаясь освободиться. Но крючки держали крепко, и рычащую тварь, которую Белоглазову вдруг стало жалко, подняли почти к самой крыше.
Тут мутант догадался атаковать своих мучителей, но они были готовы. Не успел он оказаться наверху, как стали подниматься и опускаться биты — остального снизу было не видно. Почти сразу тварь замолчала. С крыши вдруг вылетела по высокой дуге пустая бутылка коньяка и звонко хлопнула об асфальт всего в нескольких метрах от наблюдателей. Новосиб и майор переглянулись.
— Вот же затейники! — хихикнул Новосиб. — Догадались, чем развлечься напоследок!
— Если бы только этим.
— А ее, наверное, гоняли, чтобы привлечь их внимание. Они в этом районе, надо думать, уже почти всех переловили. До воды-то далеко.
Между тем с крыши, на радость последнему мутанту, снова спускалась цепь с окровавленным мясом. Майору показалось, что он чует запах шашлыка. В душу закрадывались самые неприятные подозрения — от таких «рыбаков» всего можно ждать. Когда и второй улов скрылся за краем крыши,
— Смотри, майор: а тут по асфальту всюду кости разбросаны.
— Ну, это в Москве теперь дело обычное!
— Обычно кости, и рядом тряпье. А тут — как попало валяются.
— Может, и жрут их, — задумчиво кивнул Новосиб. — Ну что, Белоглазов, дам я тебе АКМ. И людей своих бери, прикроют тебя. Заходите в подъезд, выбирайте позицию — и глуши их там всех к чертовой матери. Все же это полное непотребство. А уж с бабами как получится!
— Нельзя, чтобы «как получится»… — Белоглазов поджал губы. — Надо что-то придумать.
— Человека туда надо, — подсказал Спец. — На крышу. С оружием, чтобы на месте мог поддержать огонь и прикрыть заложниц.
— И как его туда забросить? Катапультой? Хотя… — Новосиб поманил всех возвращаться в автобус. — Если быстро — а нам надо обязательно быстро, я сюда не на рыбалку приехал, уж извини! Так вот если надо сделать быстро — надо, чтобы они сами нашего человечка впустили. Опасно, конечно. Но есть у меня запас: на крайний случай, а не в нарушение сухого закона. Если они все хорошее пойло прикончили, так могу презентовать бутылку дорогого виски.
— А если они не станут его поднимать, если они в этом магазине на год пойлом затарились? — Спецу идея не понравилась. — Может, у них там и виски, и все что хочешь. Тогда просто прикончат.
— Тогда — да. Но такого виски в этой сети никогда не было, — уверенно сказал Новосиб. — Если захотят — поднимут его, ведь если сверху пристрелить, он ее уронит. Тем более, они вконец обнаглели, сами к себе на крышу мутантов тащат. Чтобы им одного человека испугаться? Про снайпера в окне они знать не будут. Так что ищите добровольца, но не из моих. Вы оба не пойдете, это мое решение, спорить с ним не надо.
В автобусе, после краткого изложения майором увиденного, Толик, конечно, сразу вызвался идти. Но Максим положил руку ему на плечо.
— Толь, я тебя прошу. Как друга.
— А чего? Я же… Ну, мне ловчей как-то, не обижайся!
И тогда Максим опустил голову и в самое ухо ему прошептал:
— Там, сзади, во втором автобусе, Лена ревет не переставая, ее уже истерика бьет. Я тебя очень прошу. Мне нужно.
Толик отстранился, посмотрел Максиму в серьезные глаза и усмехнулся.
— Быстро ты! Опасно вот так взять и… Сразу. Но мы ведь теперь одним днем живем, верно? А тогда иди!
— Анатолий! — Белоглазов смущенно кашлянул в кулак. — Я думаю, что… То есть, я не имею права решать, но…
— Пусть идет, Юрий Семеныч! — попросил Толик. — Может, завтра всех нас не будет, а сегодня Максиму надо! И если надо — надо делать! Все получится!
Вскоре Максим получил заветную бутылку виски и разобрал надпись на этикетке: «Glenfiddich». Тридцатилетней выдержки пойло его сейчас совершенно не интересовало, но надо же было сообщить мерзавцам, что принес в подарок. Кроме того, ему вручили снаряженный калашник и магазин про запас.