Исход
Шрифт:
– Точно? – спросил басовито еще кто-то из приустающих.
– Точно! Видела я их подле отца Михаила… когда своего Тимофея к нему несли. Помощниками его звались! Не иначе втерлись к святому в доверие обманом и извели его волшбой злой!
– А я слышала, что он когда на капище велесовом был, опал словно мертвый, несколько дней лежал! А потом восстал! Не иначе Нечистый его своим слугой сделал дабы он христианские души губил! – вторил истеричке еще один женский голос.
– Так его же после этого монахи наверняка проверяли…
– И что с того, что проверяли?!
–
– А кто сказал, что он был одержим бесами?! Слугой он стал Сатаны!
– Так вскрылось бы…
– Ой ли?! Сатану не зря Лукавым зовут! Смог одурачить святых отцов!
Толпа загудела еще сильнее.
– Дурачье! – воскликнула Матрена.
Было видно, что говорить ей физически больно, вот и кровь из разорванной губы вновь потекла.
– То не поп людей лечил от чумного мора, а Елисей!
– Что ты такое говоришь, прислужница Сатаны?! Отец Михаил святой человек и исцелял молитвой благостной, да святой водой!
– То и говорю, что вы дурачье! Разве заболел бы сам монах чумой, если бы творимая им святая вода действительно бы являлась чудодейственной?!
Это заставило людей невольно задуматься, а Матрена продолжала «жечь глаголом»:
– Это Елисей лекарство готовил…
– Глупости это все!
– Тогда почему с нашим побегом перестали люди выздоравливать?!
– А сбежали тогда почему?!
– Потому и сбежали, что выяснилось бы, что так называемая святая вода ничем не лучше обычной воды из колодца или реки. А попам это разве понравится, что не их якобы святость лечит, а Елисей?!
– А он тогда откуда эти знания получил, что смог лечить то, что монахи не могут исцелить!?
«Молчи!» – хотел сказать Алексей, чувствуя, что Матрену в запале спора, понесло куда-то не туда., опять же сказывалось пережитое нервное потрясение, так что женщина потеряла всякую осторожность.
Несмотря на то, что рот ему не заткнули кляпом, вырвалось только неразборчивое бормотание.
– То знания старые! Прежними богами нам данные! Сам Велес отметил его на том капище!
– Нечестивцы! Язычники поганые! Души наши погубить возжелали чрез волшбу поганую!
– Это вы нечестивцы и дурни! Сами вспомните, не после ли того, как отказались мы от веры предков своих, нас стал терзать постоянный мор?! Это все греки к нам принесли, коих чума самих постоянно донимает за грехи их развратные, коими они и Русь испоганить пытаются! Ну а ты, вспомни клуша, после чего заболел твой сын?! Не после ли того, как сходила с ним в церковь с крестоцелованием в надежде как раз уберечься от мора?!
– Это к чему это ты ведешь?!
– К тому, что попы на самом деле не лечат нас, а заражают! Вспоминайте же! Вот у нас например в деревне мор начался именно после того как монахи принесли и заставили целовать якобы чудотворную икону. И все бы перемерли, если бы не Елисей и лекарства, что он изготовил!
Собравшиеся снова загудели как растревоженный пчелиный рой.
– Так зачем это им?..
– А кто их ведает?! Опять же, не хуже меня знаете, что церковники за царя стоят, ибо, по их мнению, всякая власть от бога даже если правитель
И снова гул. Но тональность несколько изменилась. Многие тогда пострадали от того террора, что устроил Иван Четвертый.
Неизвестно до чего бы дошло дело, но тут во двор ворвались всадники. Видимо кто-то успел метнуться к церковникам и те отправили «группу быстрого реагирования».
В общем вскоре Алексей оказался запретным подземной камере одного из городских храмов. Наговорила Матрена на десять расстрельных статей, так что ничего хорошего Алексей для себя не ждал, так что просто без сил валялся на гнилой соломе мучимый тошнотой и острой головной болью.
20
Людоедствующую банду Кривого выловили довольно быстро, что и неудивительно если подумать, город все-таки не так уж и велик и спрятаться в нем довольно сложно, все у всех на виду особенно если специально станут за округой присматривать. Ну и власти, когда хотят, способны действовать достаточно эффективно. Ну а после того, как людоедов поймали, устроили над ними скорый и праведный суд, приговорили к смерти, да и казнили прямо при всем честном народе, особо не извращались, а просто поотрубали всем головы, разве что главаря подвергли колесованию.
Вот только народу в этот момент было совсем не до кровавого зрелища. Брошенные в запале Матреной слова стали распространяться среди людей словно заразный вирус, ну и как водится, мутируя от носителя к носителю, так что вскоре принял совсем уж убойный вид.
– …То попы злокозненные нас заражают…
– …Извести нас царь московский через попов своих решил…
– …Вода та не святая, а наоборот поганая, сбрызнут ею и заразят…
– …Сатане попы на самом деле служат и по ночам нечистому молят крест верх ногами перевернув!..
– …Извести люд новгородский хотят…
– …Как приняли христианство, отказавшись от веры дедов наших славных, так и захирели…
– …Ведь как раньше сильны были! Сам Царьград дань князьям русским платил. Степняков в кулаке держали, пикнуть не могли. А теперь что? Захирела держава, терзают ее поганые, людей угоняют без счета, а мы и сделать ничего не можем, сами теперь дань платим…
Публичная казнь людоедов при стечении большого количества народа стала ошибкой властей не только из-за стремительного распространения опасных слухов, но и из-за случившегося по этой причине массового заражения от присутствовавших в толпе больных чумой.