Исход
Шрифт:
– Госпожа, вы в порядке? – Сюзэн перевела взгляд на говорившего – грубое лицо рабочего было измазано грязью и пылью, разбавленные потом.
– Д-да, - неуверенно кивнула женщина. – Где господин Управляющий? Что случилось?
– Наша работа летит к чертям, госпожа, - невесело усмехнулся рабочий.
– Изиона! – Сюзэн выпрямилась и окинула взглядом взволнованную толпу, выбежавшую вместе с ней из рушащегося дока. – Изиона!
– Он там! – Молодой парень в ужасе указывал на пыльную завесу, скрывающую место катастрофы. – Я видел!
– Так чего же вы стоите?! – Сюзэн сорвалась на крик: - Вы должны спасти
Люди смущённо отводили глаза. Они знали свои обязанности, но рисковать своей жизнью никто не хотел. Сюзэн не замечала, что по её щекам текут слёзы. Она смотрела в суровые лица мужчин и кричала так, словно её душа корчилась в огне:
– ТРУСЫ! Жалкие трусы! Вы не мужчины – вы тупые испуганные бараны!
– Госпожа! – Этот окрик догнал её уже на полпути к докам. Она вдруг поняла, что просто обязана сделать это. Иначе станет незачем жить.
Конструкция под сводом доживала свои последние секунды. Когда-то это была совершенно новая, отлично отлаженная модель погрузочного крана, облегчающего парковку каров на всех уровнях дока. Теперь – всего лишь груда железа, мёртвым грузом осыпающаяся на причал.
Изиону она увидела не сразу – клубы пыли застилали взгляд и набивались в горло. Она почти споткнулась об него, наверное, это было неким знаком свыше…
– Изиона… - Сюзэн закашлялась и потрясла управляющего за плечо. Что с ним? Его оглушило? Он ранен? Нет. Чёрные глаза, расширенные в немом ужасе, тонкая ниточка слюны тягуче стекающая из уголка приоткрытых губ, судорожно вздрагивающие пальцы… Он не мог подняться. И вряд ли понимал, что с ним происходит.
А вокруг бушевала тьма. Железный канат хлестнул пол в каких-то миллиметрах от Сюзэн, обдав её ветром и градом щёбенки, выбитой из бетонной плиты. Но на неё не упал ни один обломок, её не задела ни одна деталь крана. Тонкие пальцы, не державшие ничего более страшного или тяжёлого, чем клавиатура, создали над нею нерушимый щит, неподвластный никаким случайностям.
Сюзэн попыталась сдвинуть с места тяжёлого управляющего, но быстро поняла, что ей не удастся дотащить его до выхода.
– Значит, мы умрём вместе, - решила она, улыбаясь. Разум погас в чёрных глазах, оставив лишь звериную муку, и сведённые судорогой губы мучительно скривились, выталкивая одно короткое слово:
– Не-е-ет…
– Госпожа! – Из тьмы, окружающей Сюзэн вдруг вывалился тот самый рабочий с грубым добродушным лицом. Он без труда поднял Изиону на руки и сказал: - Держитесь за меня!
Вместе они выбрались, наверное, чудом. Вокруг столпились изрядно напуганные и смущённые рабочие. Сюзэн непослушными пальцами поймала человека, спасшего её за рукав:
– Что с ним? Почему он не побежал со всеми?
Изиона лежал на феррокритовой площадке, на его одежде не было крови. Глаза бессмысленно закатились, он прерывисто стонал, загребая скрюченными пальцами песок. Все были в недоумении, никто не мог понять, что случилось с управляющим. Но тут к Сюзэн протолкался щупленький мальчишка в комбинезоне докера. Мимоходом представился:
– Меня зовут Винс. Кажется, я понял.
С этими словами юноша отогнул ворот-стойку бьющегося в конвульсиях управляющего, являя всем собравшимся свеженький след от инъекции. Сюзэн задохнулась от возмущения. Он же обещал! Ещё тогда, ночью…
– Это называется «Трил». Наркотик, и очень сильный. Видите ли, я бывал
– Его превосходительство не наркоман, - ледяным тоном произнесла Сюзэн. Уж ей ли было не знать! На её глазах Изиона пользовался транквилизаторами. Судя по всему, эта штука была сильнее.
– Тогда кто-то сделал инъекцию помимо его воли? – Недоверчиво усмехаясь предположил работяга. По феррокритовому покрытию уже спешили люди в белоснежных одеждах. Рабочих разогнали, но Сюзэн настояла, чтобы ей всё объяснили. Пока ставили капельницу, пока очищали кровь Изионы, старый целитель положил ладонь на шею управляющего:
– Действительно наркотик. – Подтвердил он. – Но знаете, что интересно? Обычно наркоманы реагируют менее бурно. Первая доза по всем признакам.
– Ему могли ввести наркотик насильно?
Целитель с любопытством посмотрел на странную женщину, дико встревоженную, перепачканную в пыли.
– Инъекция – дело секунды. Если вы точно уверены, что…
– Точно!
– Я могу допустить, что, если подойти сзади к ничего не подозревающему человеку, вот так, - целитель продемонстрировал, встав за спиной Сюзэн и вдруг быстро прижав что-то холодное к шее. Женщина дёрнулась испуганно, но в следующий миг врач отпустил её. – Возможно. Но зачем? В том хаосе я бы не стал тратить драгоценные секунды на то, чтобы нашпиговать человека наркотиками…
– Значит, кому-то это было очень нужно.
+++
Изиона покинул медблок только к обеду. Его слегка мутило и раскалывалась голова, всё тело неприятно ныло, казалось чужим. Но ему объяснили, что такая реакция – в порядке вещей.
Началось. Заговорщики принялись выполнять свой план. Как скоро! Эолину не терпится стряхнуть пыль со своих ниточек… Ничего, всегда найдётся желающий за них подёргать. Рождённый рабом повелевать не может.
С этого дня ему придётся действовать гораздо более оперативно, сжигая остатки воли. Он должен предупредить очень многих людей и раздать последние инструкции. Но одно облегчало задачу – с принцем всё будет в порядке. Лига защитит его от любой угрозы. Нужно было ещё раньше… Изиона пошатнулся, на миг потеряв равновесие на гладких ступенях лестницы, но вдруг чьи-то железные пальцы сжали его предплечье и развернули назад. Прищурившись, господин управляющий всматривался в смутно знакомое лицо – золотые волосы, голубые глаза…
– Эстор-наблюдатель третьего уровня Амадо, - представился тот. – Надо поговорить…
+++
Зал Встреч в Башне Света был поистине величественным! Он подавлял своими холодными, белоснежными колоннами, стройными рядами возвышающимися над маленькими людишками. Необыкновенная акустика делала громоподобным любой звук, даже почти неразличимый – он эхом отражался от блестящих мраморных плит пола, от сводчатого потолка, украшенного великолепной росписью… Но центром зала, безусловно, можно было считать пятидесяти ступенчатую лестницу и трон, возвышающийся на самой последней площадке. У Сюзэн даже не возникло никаких сомнений по поводу удобного кресла с высокой спинкой, хоть оно и не было изукрашено бриллиантами и самоцветами… Лестница едва заметно светилась молочным светом, словно по ступенькам танцевал отблеск звёздного пламени.