Искатель, 2000 №5
Шрифт:
— Располагайтесь, пожалуйста, Валерий Борисович, — улыбнулась порозовевшими губами Юля. — Вам кофе или чай? А может, вы голодны?
— Благодарю, кофе будет вполне достаточно, — улыбнулся я в ответ. — Был бы весьма признателен, если бы смог, пока вы заняты, посмотреть ваши семейные фото.
— Конечно, вы ведь не знали Стасика. — Она опустила голову, вынула из шкафа несколько маленьких одинаковых томиков и протянула мне, а сама уплыла на кухню этакой русалкой…
Я тряхнул головой. Седина
На обложках всех альбомов красовалась одна и та же симпатичная картинка: слившиеся в поцелуе влюбленные. И впрямь собрание сочинений! Впрочем, теперь это, скорее, архив…
Я раскрыл первый томик. На меня смотрели Юля и обнимающий ее длинноволосый брюнет. Оба молодые, улыбающиеся, оба «джинсовые». Дальше: какая-то вечеринка, все смеются, на стене — самодельный плакат с человечками, держащими, словно пики, зеленые елочки с долларовой «хвоей», и зелеными же словами: «В Новом году живи богато, // Бакс — оружие плутократа!» Я невольно хмыкнул: можно даже угадать, какой это примерно год…
Потом начались обычные снимки: лыжники, заснеженные улицы, лес, пляж. И везде — та же чета.
Следующий том составители посвятили свадьбе главных героев. Более-менее обычные снимки.
А вот уже Юля и Стасик где-то далече.
— Анталия, — пояснила бесшумно подплывшая с подносом хозяйка. — Мы тогда Леньку бабушкам сбагрили, а сами на недельку туда махнули. Вот ваш кофе, Валерий Борисович. Сливки, печенье… А заодно и фотки досмотрим, хорошо?
— Да-да, спасибо, Юля.
Мы уселись за небольшой столик и предались «кофейной церемонии».
Кофе удался, тем более что я не сноб и предпочитаю со сливками. Под печенье с кунжутом я любовался фигуркой Юли, то лежавшей у кромки прибоя, то выходящей из пены морской, то выглядывающей из-за пальмы.
— Хорошо мы тогда отдохнули… — мечтательно протянула молодая вдова. — Так хотели еще в Хургаду выбраться…
Я поспешно проглотил кусочек печенья и быстро спросил, не давая разговору свернуть в опасное русло:
— А есть какие-то недавние снимки Станислава? Крупным планом, желательно.
— Совсем свежих, по-моему, нет, — извиняющимся тоном ответила Юля. — Он все нас с Ленькой фотографировал. Хотя… давайте посмотрим, — она отставила чашечку.
Порывшись среди оставшихся томиков, хозяйка протянула мне раскрытый альбом.
Со снимка на меня взглянул Стас, с улыбкой держащий в руках афишу: «Валерий Меладзе. Только два дня». У Станислава здесь была негустая бородка, волосы стянуты в хвост. Лицо получилось четко. Надо скормить Приятелю…
— Вы не могли бы мне одолжить этот снимок?
— Я вам его подарю. Мне тоже Стас здесь нравится, и я сделала штук пять.
Оставалось лишь два вопроса. Ну что ж, начнем с первого.
—
— Сто долларов в день?
— Да. И двойной тариф в случае… осложнений.
— Хорошо, конечно…
Мне понравилось, как она это произнесла. Не приходилось сомневаться: ей действительно не жаль денег на розыски убийц мужа.
— А теперь, с вашего разрешения, я хотел бы осмотреть квартиру.
— Пожалуйста, Валерий Борисович.
В спальне, на кухне и местах общего пользования я не нашел ничего примечательного. Мне понравилось это уютное семейное гнездышко. Единственный недостаток — первый этаж и, как следствие — решетки на окнах.
Уже собираясь уходить, я спросил:
— Не осталось ли каких-то деловых документов Станислава? Контракты, переписка… Конфиденциальность, естественно, гарантирую.
— Дома — нет, — развела руками Юля. — Может, у него в офисе… Посмотреть?
— Если вас не затруднит. Найдете хоть что-то — звоните, — я протянул визитку. — Мне же, тем временем, пора. Благодарю за гостеприимство.
— Да что вы, не за что… Пожалуй, я с вами отправлюсь, прямо сейчас к нему на работу и поеду. Подождите меня одну секундочку… — Девушка сунула мою визитку в сумочку, а сама на двадцать-тридцать секундочек исчезла в ванной.
Мы вышли из квартиры, и Юля опять принялась возиться с запорами. Я спустился к выходу из подъезда.
Наружную дверь удерживал в распахнутом состоянии белый кирпич, а внутреннюю я открыл сам и отступил в сторону, готовясь пропустить вперед даму. Дама как раз бросила в сумочку ключи и вжикнула «молнией».
Хорошо, что мы живем в век прогресса. Если бы не эти новомодные взрыватели с пятисекундной задержкой…
В общем, полыхнуло и громыхнуло здорово. Не повернись я на звук Юлиных каблуков, как бы еще поживали мои глаза… Не располагайся квартира Судаковых слева от входа, за лестничным маршем, и не будь в их двери так много замков…
— Юля!
— А-а…
Я, забыв о своей хромоногости, одним прыжком оказался с ней рядом. Юля, по счастью, была лишь оглушена… Хотя, если вдуматься — каковы твари, эдакую золотую рыбку глушить вздумали!
— Юля, вы в порядке?
— Д-да…
— Тогда убираемся отсюда. И мой вам совет: не торопитесь денька два-три возвращаться. Переждите у мамы… нет, лучше у подруг, хорошо? Идемте, идемте, живее!
Выходя из подъезда, я отметил, что кирпич исчез.
Раньше я не любил «кирпичей» на дорогах. Теперь, кажется, моя антипатия распространится на все кирпичи вообще.
Посадив Юлю в третье по счету из остановившихся такси и взяв с нее обещание не терять со мной связи, я приступил к работе — то есть и сам укатил домой на четвертой машине.