Искатель, 2000 №5
Шрифт:
Портнова долго не могла дозвониться или, может быть, долго не могла приготовиться к разговору. Когда я уже заканчивал свою писанину, из смежной комнаты донеслось:
— Петр Михайлович?.. Вы меня даже узнали?.. Ну, ты теперь начальник, вот я и решила на «вы»… К сожалению, по делу… Паваротти хочется послушать. Да… А по-другому? Михалыч… Кстати, от Наташки привет… Ты… Хорошо, подъеду… Сейчас и подъеду. Ладно. Еду, еду!
Ирина вышла к нам с пунцовыми щеками.
— Козел… — с отвращением произнесла она. — Ну и козел…
— Ира… — начал было я.
—
Она мрачно посмотрела на меня, помолчала немного.
— Короче, жди меня… и я, может быть, вернусь, — сказала наконец она, — с билетами.
— Ирина, ты… — опять начал я… и умолк.
— Благодарности — потом, в натуральном виде… — Портнова криво усмехнулась. — Не грусти, Валера! Это все — неизбежные издержки. Как у нас в школе говорят: главное — специальность, остальное — сольфеджио!
И она стремительно ушла, а мы перекурили.
— Вася, — попросил я, — ты бы тоже пока сбегал к своим провайдерам, отнес бы мою дискетку.
— Да, по модему не стоит, — согласно кивнул Федоров, взял дискету и молча вышел из квартиры.
Я посидел, подумал и взялся за телефон.
— Женька? Привет, это Валера Мареев… Вот и славно, что рад, я тоже… Нормально, а ты? В баскетбол еще играешь? Я — нет, я теперь хромый… Не слышал? Это сколько же мы с тобой не виделись? Точно, как тогда, на остановке… Я в «Новостях» читал, ты из своего казино в драму вернулся? Поздравляю. Там народ-то старый остался?.. Ну, это классно. Привет мужикам… и бабам тоже, само собой… Ха-ха! Помнишь? Молодец… А гримеры еще подхалтуривают? Да ты что?! И как? Неужели первое место? Слушай, ты сейчас его не сможешь увидеть? Да, срочно. Обещай, что хочешь… И сколько хочешь, да… Пусть ко мне подъедет… пиши адрес… да… Женька, с меня громадных размеров стакан! Ну, до скорого, надеюсь! Созвонимся… — Я отключился и добавил: — Если живы будем…
Ладно, будем исходить из оптимистического варианта развития событий, решил я и набрал второй номер.
— Алло, Диман?.. Здоровей видали!.. Не оскудел еще люэс на Руси, нет?.. А за вредность?.. Все железки свои тягаешь… Я понимаю… Понимаю… Длинноногие?.. Ах, длинно… длиннорукие, да. Дим, я ведь по делу… Что? Нет еще, слава богу, пока не нарвался… В марганцовку его, как положено… конечно! да… Нет, я насчет того самого, перкутанного… Да ладно тебе!.. Серьезней не бывает… Завезешь?.. Ой, слушай, моя благодарность не будет иметь границ — в разумных пределах… Ты помнишь, как Васька найти? Како-хрен-Трубачева! Федорова! Ну, конечно… Распишем, распишем… живы будем… Все, жду.
Уф-ф… Так, и еще один звоночек… Где же номер? Вот он! Набираем… Длинные гудки. Еще раз… Короткие. И еще…
— Алло?
— Алло! Простите, вы не могли бы пригласить к телефону Юлю?
— А кто ее спрашивает?
— Мареев, она знает.
— Минуточку.
На самом деле пришлось ждать от силы секунд двадцать.
— Алло, Валерий Борисович, здравствуйте!
— Здравствуйте,
— Вы что-то…
— Не по телефону. Записывайте адрес…
…Яс облегчением завершил телефонный марш-бросок и потопал на кухню — вознаградить свою гортань, пока еще осталось пивко.
Скоро начали подтягиваться мои сотоварищи. Первым с победой вернулся Василий.
— Все у порядке, шеу! — усмехнулся он, снимая кепку со своей вечно мерзнущей лысой головы. Лысина у него была необычная: как корова языком слизала волосы ото лба до самой шеи, а вот по сторонам чернявые мелкие кудряшки сохранились. — Твой пасквиль готов к отправке в Интернет, ребята ждут моего сигнала.
— Отлично! — порадовался я. — Отправишь, если мы до восьми вечера не вернемся.
— Херню-то не пори, Валерка! — осерчал мой добрый друг. — Вернетесь, мать вашу!
— Был неправ, — улыбнулся я. — Вспылил…
В эту минуту пришла Юля, я провел ее в более-менее укромный уголок, отослал Ваську куда подальше (он всего-навсего ушел на кухню) и принялся докладывать своей клиентке о последних событиях и делиться своими планами на сегодняшний вечер.
— Вот так, Юленька, — закончил я. — К любому вашему решению я отнесусь с пониманием.
— Валерий Борисович… как вы можете сомневаться! Конечно, я с вами!
— Ну и славно, — только и успел ответить я, прежде чем раздалась очередная трель дверного звонка…
Димка вручил мне два небольших пластиковых флакона, отмахнулся от денег («Должен будешь! Иначе век не зайдешь!»), а потом очень тихо объяснил, как пользоваться его снадобьями. Я открыл было рот, чтобы поблагодарить доброго доктора, но Диман со словами «Жду на преферанс!» исчез за дверью.
Вернуться к Юле мне в ту минуту не удалось — опять пришлось отворять ворота — вернулась Ирина, пунцовая от возбуждения, с веселым огнем в глазах.
— Пляши! Достала! — выдохнула она прямо с порога.
— Как ты сумела? Ай, глазки-то как заблестели! — не совсем шутливо пожурил я.
— Да немного в «Музе» посидели… Держи, Валера, три билета… Чего ты так на меня смотришь? Кто женщину кормит, тот ее и танцует!
— Ирина, ты…
— Молчи… — шепотом сказала она, прижавшись ко мне на мгновение, — только молчи…
И ловко прошмыгнула в комнату.
Я познакомил девушек, а потом созвал «совет в Филях», то есть рассказал о том, как, с моей точки зрения, нам всем следовало действовать в ближайшие часы.
Все согласились с моими предложениями, только Федоров поныл немного — ему тоже хотелось куда-то перемещаться в пространстве.
— Диски мои лучше погляди как следует, — сказал я в ответ на его бурчание. — Сделаешь — в ножки поклонюсь!
Он поворчал еще немного для порядку, и утих.
…Через некоторое время пришел гример от Женьки. Мы выгнали всех из кухни и ванны на час — ровно столько потребовалось этому волшебнику, чтобы сделать из сутуловатого близорукого Мареева какого-то супермена с квадратным подбородком, вроде Шварценеггера.