Искатель, 2014 № 07
Шрифт:
— Больше на пляже в тот вечер вы никого не видели?
— Не знаю. Вроде нет.
— А почему вроде?
— Ну-у… Мне показалось, что кто-то из кустов за нами подглядывал.
— Показалось?
— Я не знаю. Может, никто и не подглядывал. Ощущение такое было. Я всегда чувствую, когда мужики на меня пялятся.
— Может, это Стас на вас пялился?
— Он на Светку пялился.
— Значит, вам показалось, что какой-то мужчина наблюдал за вами в тот момент?
— Что вы привязались? Да!
Глава 50
— Павел, я сейчас подойду! — увидев входящего в кафе Посохина, крикнул Манукян. — Подожди чуть-чуть. С экономикой только разберусь немножко.
Хозяин «Магистрали» снова склонился над толстой тетрадью, разложенной на стойке бара.
Майор сел за столик и осмотрелся. Посетителей было немного, но у них у всех был заказан знаменитый и недешевый манукяновский шашлык. Запах жаренного на углях мяса кружил голову. Посохин сглотнул набежавшую слюну.
Манукян закрыл наконец тетрадь и сунул ее под стойку. Подойдя к майору, он протянул крепкую волосатую руку.
— Здравствуй, Павел! Что тебе принести? Что будешь кушать?
Привстав, Посохин поздоровался со старым приятелем и помотал головой.
— Ничего. Надо поговорить.
— Со мной?
— С тобой. Кристину позови, пусть за стойкой похозяйничает.
— Серьезно говорить будем?
— Серьезней не бывает.
— Подожди немножко.
Манукян отправился в подсобку, и вскоре в зале появилась Кристина. Она помахала Посохину рукой и встала за стойку бара. Хозяин «Магистрали» снова подошел к майору и опустился напротив него на стул.
— Какое дело у тебя ко мне? Не стесняйся, говори напрямик.
— Разговор предстоит неприятный, Карен. И для тебя, и для меня.
— Тем более обойдемся без фиглей-миглей. Мы же с тобой не женщины, чтобы ходить вокруг да около.
— Отлично! — Посохин, не мигая, смотрел на Карена. — У тебя были намерения приобрести участок земли в сквере возле Центрального пляжа?
— Были, — Манукян ответил на вопрос без промедления. — Пока хотел взять в аренду, со временем собирался выкупить, если дело пошло бы как надо.
— Но Квасова перешла тебе дорогу?
— Перебежала, как черная кошка.
— Знаешь, какие слухи в городе появились?
— Какие?
— Что это ты ее на тот свет отправил.
Манукян несколько раз потер толстыми пальцами гладко выбритый подбородок, словно хотел удостовериться в его идеальном состоянии.
— Ты тоже так считаешь, Павел?
— А ты как считаешь, я служу закону?
— Не сомневаюсь ни на секунду.
— То есть ты считаешь, что я честно выполняю свою работу?
— Конечно.
— Так, может, ты позволишь честному полицейскому разобраться, откуда у этого слуха ноги растут?
— Что тут разбираться? Я тебе сразу
— Татьяне Горобцовой он кем приходится?
— Отцом приходится. Но она здесь ни при чем. Уверен на все сто! Они друг с другом уже много лет не ладят.
— А ты знаешь, что Квасова этот участок за взятку получила?
— Конечно!
— А ты смог бы торги выиграть, если бы они состоялись?
— Разумеется! Мои условия были бы самыми выгодными для нашего Бирючинска.
— Откуда ты знаешь?
— Я гражданку Квасову знаю.
— Где ты был тридцатого мая с девятнадцати до двадцати трех часов?
— Само собой, здесь был. Но тебе нужно, чтобы кто-то это подтвердил, я так думаю. Подожди чуть-чуть. Может, вспомню кого-то из посетителей, кто у нас в то время кушал.
— Кристина, подойди сюда на минутку, — позвал Посохин. Он был уверен, что Карен никогда не станет впутывать дочь в сомнительные дела. Поэтому ее можно было рассматривать как самого надежного свидетеля. Правда, не для следствия, а для него, Павла Посохина, лично. Но сейчас именно это и было наиболее необходимым.
Поправив стягивавший ее роскошные волосы бордовый пластмассовый обруч, девушка подошла к майору.
— Вы что-то хотите заказать, Павел?
— Нет. Скажи, пожалуйста, ты тридцатого мая вечером работала с отцом?
— Да. Я каждый день здесь, вы же знаете.
— Он в тот вечер никуда не отлучался?
— Это какой был день? Понедельник?
— Угу.
Кристина на некоторое время задумалась.
— Нет, не отлучался. Я, правда, его подменяла два раза.
— На сколько?
— Один раз минут на пять — папе в туалет нужно было. И потом еще на двадцать минут, чтобы он поел.
— В какое время он ел в тот вечер?
— Как всегда, в десять.
— Когда он снова вышел в зал, кто-нибудь там был?
— Да.
— Сколько человек?
— По-моему, шестеро. Но почти две недели прошло, я могу ошибаться. Обычно в это время у нас сидит человек пять — семь. Больше очень редко. А чтобы меньше, я такого совсем не помню.
— Был среди них кто-то из знакомых?
— Папа не хочет, чтобы я общалась с посетителями, а тем более с ними знакомилась. Я могу только их внешность описать. Помню не всех, но двух мужчин я запомнила, они часто здесь бывают.
— Кто это был, Карен?
— Не понимаешь кто?! Скорее всего, эти два барана! Карманов со своим Васюном.
— Кристина, опиши обоих.
Девушка сделала подробное описание. Карманов и Табанин полностью под него подходили.
— А когда отец уходил на перерыв эти двое уже были в зале?
— Да.