Искатель боли
Шрифт:
Наместник с неудовольствием глянул на меня и напряженно помассировал пальцами виски. Похоже, мое общество действовало ему на нервы похлеще, чем шальная муха, жужжащая посреди ночи в спальне. Наша прошлая встреча оставила сугубо негативные впечатления, и ничего хорошего старик от меня попросту не ожидал.
— И чего же вам нужно? — Немного настороженно спросил императорский ставленник, заранее пытаясь выискать подвох в еще не высказанных словах.
— Поскольку я всего лишь простой сын кузнеца и не ношу на груди красочного герба, — преувеличенно скорбно начал излагать я, — то не
— Побыстрее, Данмар, — не впечатлился моими речами старик, — у меня мало времени, и я не хочу его тратить на болтливых юнцов.
Ох, Ворган ты мой! А сильно на меня взъелся этот дедок. Мне раньше казалось, что он всегда старается быть тактичным и вежливым, а тут даже не потрудился изобразить вежливость. Ну ладно, как-нибудь переживу…
— Как пожелаете, Ваша Милость!
Я почтительно склонил голову, а когда разогнулся, то в моем взгляде не осталось и намека на веселье или потеху. Хозяин кабинета эту перемену заметил и неосознанно напрягся.
— Я хочу официально вызвать Мэрака Иматироса на Поединок Жизни.
Наместник, услышав мою просьбу, ненадолго завис. Он ждал какого-нибудь продолжения, потому что мои слова без дополнительных пояснений казались ему бредом умалишенного, но мне к сказанному больше нечего было добавить.
— Ты не похож на идиота, Данмар, — сказал наконец чиновник, сверля меня пристальным взглядом. — Скорее наоборот. Ты походишь на хитрого и изворотливого сурка, который всегда роет из своей норки запасной выход. Так что же ты задумал?
— Всего лишь собираюсь отплатить одному зарвавшемуся Магистру за попытку отправить меня на тот свет, только и всего, — невозмутимо пожал я плечами. — Пока он не предпринял еще одну.
— Ты, Аколит воздуха, пропустивший за два года в Дивинатории больше занятий, чем посетил, бросаешь вызов Магистру огня? — Решил уточнить наместник, будто в моих словах могла быть сокрыта хоть какая-то двусмысленность.
— Все именно так, Ваша Милость. Не думал, что вы так пристально следите за моими успехами в обучении, — не удержался я от колкости. — И я не хочу делать из этого события представление. Оно касается только главу рода Иматирос и меня, поэтому, я прошу закрытого поединка.
— К сожалению, вынужден отклонить вашу просьбу, Данмар, — с нескрываемым удовольствием хмыкнул пухлощекий чиновник. — Я, как представитель императора, обязан лично засвидетельствовать исход поединка и его честность. Но у меня совершенно нет на это времени… Могу лишь только направить от вашего имени домину Мэраку вызов, а остальные моменты вам придется регулировать с ним самостоятельного.
Злопамятный старик понял, что мне по какой-то причине нужно, чтобы наша схватка прошла без свидетелей. А потому решил сразу же дать мне понять, что не намерен участвовать в моих аферах, что бы я там не замышлял.
— Вы немного недоговариваете, Ваша Милость. — Подбавил я в голос издевательских ноток. — Вероятно, вы слишком устали и забыли о своем праве назначить вместо себя наблюдателя.
— Ну почему же забыл, — в тон мне отозвался наместник, — просто у меня нет походящих кандидатур.
— Хм-м, я понял вас, господин, — понятливо кивнул я. — В таком случае, что вы скажете, если поиском займусь лично я? Уверен, в Махи найдется достаточно высокородных, которые согласятся на роль секунданта в этой схватке.
— Данмар, давайте говорить начистоту, — устало выдохнул старик. — Я ведь прекрасно понимаю, что вы задумали какую-то хитрость, а быть может даже и подлость, желая свести счеты с домином Мэраком. Вы сейчас наверняка предложите кого-нибудь из своих близких знакомых, которые объявят поединок «чистым» при любом раскладе.
— Вы смеете упрекать в отсутствии чести аристократические дома, Ваша Милость? — В поддельном удивлении вскинул я брови. — Хотел бы я посмотреть на того дворянина, что отважится на подобный шаг из-за одной только дружбы с каким-то сыном кузнеца. А если схватку вызовется судить Таасим Атерна, его вы тоже обвините в пристрастности?
— Я лишь озвучиваю свои умозаключения, — холодно отрубил чиновник, не рискуя дальше развивать свою мысль.
— А с чего они у вас возникли? — Я склонил голову набок, вкрадчиво заглядывая в лицо собеседника. — Разве я хоть чем-то запятнал свое имя? Был уличен в каких-либо незаконных деяниях? Или, может быть, вы поймали меня на лжи?
Хозяин кабинета стиснул челюсти, понимая, что ему нечего ответить на мой резонный вопрос. Ведь действительно, в чем бы я не оказался замешан, помимо бездоказательных подозрений у него на меня абсолютно ничего не было. А значит и законных поводов отказать в моей просьбе он не имел. Что ни говори, а бюрократическая машина в Исхиросе работала исправно. Империя переживала сейчас пик своего рассвета, и за работоспособностью институтов собственной власти следила очень пристально. По крайней мере, я так думал.
— Вы подозревали меня в покушении на свободу высокородного наследника, — принялся я додавливать старика, — но вот он вернулся домой. Вы пытались приписать мне соучастие в убийстве Хоурая Дивита, но я свидетельствовал перед Зрящим о беспочвенности этих обвинений. Тем не менее, вы все еще настроены предвзято по отношению ко мне. В чем причина, Ваша Милость?
— Нет никакой предвзятости, Данмар, — попытался оправдаться он. — Ваша просьба в самом деле трудновыполнима. Кроме того, я попросту не вижу оснований ее удовлетворять. Если хотите бросить вызов, я не стану вас отговаривать. Но требовать закрытого поединка… я не могу на это пойти, потому что принимаю решение от имени императора. И любой намек на нечестность способен бросить тень на имя нашего правителя.
— А если об этом станет ходатайствовать и сам Иматирос, ему вы тоже откажете? — Хитро прищурился я.
— Об этом я подумаю только после того, как на мой стол ляжет обращение домина Мэрака…
— Что ж, Ваша Милость, я услышал каждое ваше слово! — Я вскочил с посетительского кресла так резко, что наместник вздрогнул. — Мне нужно подготовить текст письма для официального вызова на Поединок Жизни. Какое бы вы не приняли решение, я надеюсь, оно будет соответствовать не только букве закона, но и его духу. Всего вам наилучшего!