Искатель
Шрифт:
Если у меня и оставались сомнения насчет его планов в отношении Эми и меня, то теперь они исчезли. Хэп стоял перед диваном – так, чтобы наблюдать за нами обеими, – но, кажется, ничего всерьез не опасался.
– С какого счета будем переводить? – бесстрастно спросила Кармен. Счет у меня был только один. Она явно на что-то намекала. – Со счета в «Байлоке»?
«Байлок»? И «Скай Джордан»?
Джордан, сражающийся с монстрами-телепортаторами.
Никто теперь не посмеет сказать мне, будто домашние искины неразумны.
– Да, – ответила я, изображая покорность. – Давай так.
– Сколько у тебя на этом счету
– Сорок две с мелочью.
– Не покажешь?
Он стоял лицом к центру комнаты, глядя на нас, и небрежно водил оружием вправо-влево, держа нас обеих на линии огня. Вид у него был зловещий и вместе с тем самодовольный. Внезапно в комнату, рыча и плюясь, прыгнул байлок.
Хэп подскочил от неожиданности.
Тварь взревела и бросилась на него. Эми закричала. Из раскрытой пасти к голове Хэпа скользнуло длинное щупальце. Хэп выстрелил и упал, споткнувшись о скамейку для ног.
Мне следовало метнуться за оружием, но мысли мои были полностью заняты Филидором, и я схватила бюст с полки. Фантом с ревом пронесся мимо. Я со всей силы обрушила статуэтку на череп Хэпа. Послышался глухой удар. Хэп вскрикнул и, защищаясь, поднял руки. Кармен отключила виртуальную реальность, и я ударила еще раз. Брызнула кровь. Эми вскочила с дивана, умоляя меня остановиться. Кто-то, стоя в коридоре, колотил в мою дверь – все ли со мной в порядке?
Я попыталась снова замахнуться как следует и стукнуть Хэпа. Эми упала рядом с ним на колени, преграждая мне путь.
– Хэп, – всхлипнула она. – Хэп, что с тобой, милый?
Может, я чего-то не понимаю, но мне захотелось врезать заодно и ей.
Глава 10
Я присутствовал при старте «Искателя» с орбиты 27 декабря 2688 года. Решив остаться, я смотрел, как моя сестра и некоторые близкие друзья отправляются к далекой безымянной планете, местонахождение которой хранилось в тайне. Глядя, как громадный корабль покидает причал и уходит в ночь, я понял, что все время буду спрашивать себя, правильно ли я поступил. И конечно, я знал, что никогда больше не увижу никого из них.
Когда на следующее утро я пришла в офис, Алекс спросил, что у меня с губой. К тому времени я уже была сыта по горло «Искателем», чашкой и марголианами.
– Хэп заходил в гости.
– Что? – Алекс побагровел. – С тобой все в порядке? Где он сейчас? Сядь.
Неужели я настолько плохо выглядела?
– Все нормально, – ответила я. – Несколько ссадин, не более того.
– Где он сейчас, этот сукин сын?
Кажется, раньше я не слышала от него таких выражений.
– Утром я разговаривала с Фенном. Он говорит, что, скорее всего, Хэпа на какое-то время засадят за решетку. Это уже чересчур: он уже дважды избивал Эми и еще двух или трех своих подружек. Может, они решат наконец, что он не поддается перевоспитанию.
Я рассказала о том, что случилось у меня дома. Алекс широко улыбнулся, услышав про появление байлока.
– Неплохо, – сказал он. – Отличная идея.
– Да. Это была идея Кармен.
– Кто такая Кармен?
– Мой искин.
Взглянув на мои ссадины, он выразил надежду, что Хэпа упрячут далеко и надолго, после чего сел рядом со
– А что с Эми?
Обычно, когда я прихожу, Алекс здоровается, излагает задачи на день и уходит наверх – изучать рынки. Но на этот раз ему, похоже, не хватало слов. Он выразил радость по поводу того, что я серьезно не пострадала, и предположил, что мне было очень страшно. Затем он вскочил и несколько минут спустя вернулся с кофе и тостом.
Последовало еще несколько фраз о том, как он рад видеть меня целой и невредимой. Уверена ли я, что со мной все в порядке, была ли у врача? Я уже была готова пропустить дальнейшее мимо ушей, когда Алекс вдруг сменил тему.
– Прежде чем мы закончим с марголианами, – сказал он, – попробуем проверить еще один след… если, конечно, ты не против. – Алекс немного помедлил, и до меня наконец дошло, что он поручает мне очередное задание. – Последнее, – пообещал он. – Если ничего не выйдет, бросим все это дело.
– Что тебе нужно? – спросила я.
– Мэтти Кленденнон. Она училась в летной школе вместе с Маргарет, с которой поддерживала тесные отношения.
– Ладно. Какой у нее номер? Поговорю с ней для начала.
– Это не так просто.
«Очередное путешествие на другую планету», – подумала я.
– Нет. – Алекс виновато посмотрел на меня, что потребовало от него немалых усилий. – Похоже, это несколько необычная женщина.
– Необычнее Хэпа?
– Нет, тут другое. Судя по всему, ей нравится жить одной. Она почти ни с кем не разговаривает.
– И не пользуется сетью?
– Да. Тебе придется встретиться с ней лично. – Алекс показал мне фотографию. – Ей за восемьдесят. Живет в Уэтланде.
Казалось невероятным, что Мэтти Кленденнон когда-то была молода. Волосы ее поседели, она исхудала и выглядела полной развалиной. Фотографию сделали два года назад, и я сомневалась, что эта женщина вообще жива.
Алекс заверил, что жива, так что на следующее утро я вылетела в Парагон, куда прибыла в середине дня. Там я села в поезд до Уилбура, взяла напрокат скиммер и преодолела последние сто километров до Уэтланда. Несмотря на свое название – «болото», – он находился посреди Большой Северной пустыни: небольшой городок, сделавшийся заметной туристической достопримечательностью в прошлом веке, когда приобрели популярность пустынные виды спорта. Но время его как пришло, так и ушло: туристы разъехались, компании закрылись, и в городе осталось меньше двух тысяч жителей.
Издалека город казался большим. В северной его части вокруг аквапарка теснились старые отели. В центре располагался антигравитационный комплекс – что-то вроде большой, закрытой сверху миски: раньше здесь парили в невесомости фигуры танцоров и скейтбордистов, тогда как в западной части – обдуваемые всеми ветрами копии египетских древностей, пирамиды, сфинкс и конюшни. В свое время сюда можно было прийти с друзьями, сесть на дрома – животное наподобие верблюда, которое водится на Окраине, – и отправиться исследовать чудеса древнего мира: обращенный к восходящему солнцу храм Офира или расположенный чуть дальше Дворец садов Яфета Ужасного, где, будучи опытным наездником и соблюдая осторожность, можно было сохранить свои драгоценности и жизнь. Сюда приезжали, чтобы убежать от виртуальной реальности: здешние приключения были настоящими. В той или иной степени.