Искатель

Макдевит Джек

Вообще-то, я этого не знала.

– Может, проблема в этом, а может, и нет. Извини. Мне не следовало ничего говорить.

– Все в порядке. Вероятно, что-то просочилось по связи.

– Может быть. Послушай, Чейз…

– Да?

– Не хочу, чтобы ты решила впредь ничего мне не рассказывать.

– Понимаю. Все в порядке.

– В следующий раз…

– Знаю.

Когда я вернулась, у Алекса сидел Фенн Рэдфилд, его старый приятель из полиции. Алекс рассказал ему о случившемся. Подавать официальную жалобу мы, разумеется,

не собирались.

– Возможно, кто-то нас подслушивает.

– Увы, ничем не могу помочь, – ответил Фенн. – Советую лишь вести себя осторожнее во время разговоров по открытым каналам.

Невысокий и коренастый, Фенн выглядел как ходячий бочонок с зелеными глазами и низким голосом. Он никогда не был женат, любил развлечения и регулярно играл в карты в небольшой компании, куда входил и Алекс.

– Но ведь подслушивать других незаконно, – сказала я.

– Не совсем, – сказал Фенн. – Такой закон был бы попросту неисполнимым. – Он принял задумчивый вид. – Но иметь подслушивающее оборудование незаконно. Буду держать ухо востро. А тебе, Алекс, настоятельно рекомендую установить систему шифрования.

Это звучало неплохо, но если вам постоянно звонят новые клиенты, такая система оказывается непрактичной. В итоге Фенн пообещал нам сообщить, если хоть что-нибудь станет известно. Само собой, это означало, что мы предоставлены самим себе.

Прежде чем вернуться в офис, мы отправились на ланч. Алекс считает, что человек живет именно ради хороших ланчей. Поэтому мы заглянули в «Парамаунт-хаус» и, поедая сэндвичи с картофельным салатом, решили все-таки установить шифровальную систему. Ее действие распространялось бы на мои беседы с Алексом, а также на переговоры с основными клиентами, которые мы вели из офиса. И на общение с Винди.

Несмотря на неудачу у Гидеона V, «Рэйнбоу» процветала. У Алекса было столько денег, сколько он мог пожелать. Большую часть своего состояния он приобрел благодаря тому, что прославился после историй с «Тенандромом» и «Полярисом». Но и без этого он был бы богатым человеком. Все доверяли ему как хорошему бизнесмену. Если кто-то хотел узнать стоимость артефакта, он знал, что вещь можно отнести Алексу и тот назовет справедливую цену. В нашем бизнесе репутация – это все. Добавляем к честности осведомленность, не меньшую, чем у любого из конкурентов, плюс дар общения с людьми – и вот вам формула получения прибыли.

Штаб-квартира «Рэйнбоу» находится на первом этаже дома Алекса, старой загородной усадьбы: когда-то она служила пристанищем для охотников и туристов, а затем оказалась окружена современной застройкой и другими приметами цивилизации. По преданию, неподалеку от этого места совершили жесткую посадку Хорхе Шейл и его команда – первые люди, высадившиеся на Окраине. Алекс, чье детство прошло в особняке, уверяет, что пытался найти подтверждение этому. Конечно, за несколько тысячелетий никаких следов не осталось, даже если предположить, что место было указано верно. Зато у юного Алекса пробудился интерес к истории, особенно к той ее части, что связана с раскопками

и поисками артефактов – обломков иных времен.

Я – пилот Алекса, его директор по связям с клиентами и единственная сотрудница. Официально я занимаю должность помощника руководителя, хотя могла бы выбрать любую другую и назваться, например, исполнительным директором. С селианской базы мы вернулись в середине зимы и сразу же сообщили об этом клиентам. Посыпались вопросы о новых артефактах – вопросы, полные надежды. Я потратила полдня, объясняя, что нам не удалось ничего привезти. Полное фиаско.

Был один из тех свинцово-серых дней, что обычно предвещают снегопад. За окном завывал северный ветер. Я все еще напряженно работала, когда из своего жилища спустился Алекс, одетый в толстый серый свитер и черные брюки.

Он среднего роста, и вообще у него все среднее. Вид его нисколько не впечатляет – пока не вспыхнут темно-карие глаза. Я уже говорила, что его не очень интересуют древности как таковые: он ценит их лишь как источник дохода. Это замечание вызвало у него сильные возражения. Признаюсь, что я могла превратно судить о нем, – к примеру, он все еще злился из-за так называемого «мародерства» на Гидеоне V. Мне стало понятно: он возмущается не только тем, что кто-то нас опередил.

– Я их нашел, – сообщил он.

– Что именно, Алекс?

– Артефакты.

– Селианские?

– Да. А ты о чем подумала?

– Они появились на рынке?

– Да, – кивнул он. – Их выставила на продажу «Голубая луна».

Он вывел на экран каталог, и перед нами предстала роскошная коллекция: блюда, бокалы, несколько пуловеров и рабочих униформ. На всех предметах были селианские символы и знакомая горная вершина. В каталоге значилась и кое-какая электроника. «Эта магнитная муфта, – гласила реклама, – будет прекрасно смотреться в вашей гостиной». На устройстве имелась табличка с названием производителя и датой семисотлетней давности.

Алекс велел Джейкобу связаться с «Голубой луной».

– Хочу, чтобы ты их послушала, – сказал он. Я села возле книжного шкафа, откуда меня не было видно. Наконец на том конце ответили. Искин.

– Я бы хотел поговорить с кем-нибудь из руководства, – сказал Алекс.

– Могу соединить вас с госпожой Голдкресс. Как вас представить?

– Александр Бенедикт.

– Одну минуту.

Появилась блондинка примерно моего возраста, в белой блузке и белых брюках, с золотыми сережками и браслетом на руке.

– Добрый день, господин Бенедикт, – вежливо улыбнулась она. – Чем могу помочь?

– Насколько мне известно, вы предлагаете селианские артефакты?

Рядом с женщиной возникло кресло, и она опустилась в него.

– Совершенно верно. Мы еще не закончили прием заявок. Он продлится до следующей недели. – Она поколебалась. – Какие предметы вас интересуют?

– Госпожа Голдкресс, могу ли я поинтересоваться, как к вам попали артефакты?

– Извините, я не уполномочена об этом говорить. Но каждый предмет снабжен полностью документированным сертификатом подлинности.