Искра

Ефремов Андрей

Вспомнив невероятное тепло в груди, которое возникло в момент спонтанной активации искры, я начал пытаться пробудить его вновь. Ощущение, что я могу вызвать его в любой момент, никуда не ушло, так что получилось добиться желаемого довольно быстро. Как только тепло в груди вернулось, мои ладони слабо засветились синим цветом и активировался интерфейс нейросети. По всей видимости, это что-то вроде боевого режима. В самом верху поля зрения появилась шкала эрго. Мой баланс не изменился. Он завис на отметке 5/95.

Шкала была разделена на две зоны: зелёную и жёлтую. Зелёной зоной было подсвечено доступное

мне количество эрго. Назначение жёлтой зоны я узнал после запроса справки от нейросети. Это потенциал наполнения искры, который каждому одарённому нужно развивать. Как? Пока не знаю, но уверен, что об этом мне сообщит ректор.

Справа, расположенные в один ряд, появились пока пустые иконки, в которых будут отображаться подключенные к искре импланты и другое оборудование. Внизу имелось небольшое окошко, очень напоминающее окно для сообщений в мессенджерах. Нейросеть пояснила, что это боевой чат-лог, где будет отображаться известная сообществу людей информация о противнике, получаемых в бою повреждениях, расходовании эрго и другие полезные для одарённого данные.

Ладно, буду разбираться со всем постепенно. Сейчас надо нацепить эту грёбаную форму. Ректор хоть и не торопит, но не думаю, что ему охота возиться со мной весь день. Осуществить привязку полимера к моему эрго оказалось очень просто. Стоило приблизиться к курсантской форме, как нейросеть высветила перед глазами сообщение:

— Обнаружен эргонейтральный полимер, желаете осуществить привязку? Стоимость привязки — одна единица эрго за каждый отдельный элемент.

— Ясен пень, блин, — мысленно буркнул я. — Конечно, желаю.

— Для осуществления привязки требуется контакт с материалом.

Выдала следующее сообщение нейросеть, и я тут же дотронулся до рубашки. Реакции ноль. А если вот так? Я мысленно потянулся к теплоте в груди и пожелал потратить одну единицу эрго. На краткий миг моя ладонь полыхнула синевой, а баланс эрго просел на единичку, и накатила лёгкая усталость. Создалось впечатление, что я пробежал километров пять. Но я не придал этому особого значения, так как всё моё внимание было приковано к появившемуся перед глазами окошку, разделённому на несколько десятков квадратиков, ну совсем как в компьютерной игре. В этих квадратиках были изображены различные модификации рубашек. Чего тут только не было: рубашки на молнии, на липучках, на крючочках и ещё куча разных диковинных вариантов застёжек. Выбрал привычный для землян вариант — на пуговицах.

Стоило мне выделить взглядом нужный экземпляр, как рубашка начала изменяться у меня на глазах. Совсем как в фантастических фильмах. Круто, блин! Несколько секунд — и трансформация завершилась.

— Вот это я понимаю, технологии, — прошептал я, с недоверием поглядывая на результат своих трудов.

Думаю, не стоит упоминать, что рубашка села идеально, как будто была пошита по индивидуальным меркам. Материал, к слову, оказался очень приятным. С привязкой брюк и ботинок справился за минуту. Потеря ещё двух единиц эрго не осталась без следа. Я ощущал себя как после пяти раундов спарринга в полном контакте, но оно того стоило.

Поначалу я скептически отнёсся к мысли влезать в ботинки без носков, но этого аксессуара нигде так и не нашёл. Это оказалось не проблемой.

Эргочувствительный полимер не вызывал дискомфорта, так что вряд ли мне грозит натереть мозоли.

— А вы быстро схватываете, Ярослав Юрьевич, — похвалил меня Доран Грей, когда я вышел из гардеробной. — Далеко не каждый новоинициированный может столь быстро освоиться со своей искрой. Следуйте за мной.

— А как одежда узнала мой размер? — не удержался и задал я вопрос.

— Эрго каждого одарённого уникально, — включив профессорский тон, начал ответ ректор, — оно содержит в себе всю доступную информацию о человеке. Это что-то вроде отпечатка пальцев, только намного сложнее. Мы считаем, что эрго — это часть ауры человека. У обычных людей аура слабая и не способна восстанавливаться, а одарённые находятся на более высокой эволюционной ступеньке. Вы должны были почувствовать слабость. Это происходит из-за нарушения целостности ауры. Чем меньше эрго остаётся на балансе, тем меньше у одарённого сил. Когда баланс опустошается, одарённый на время превращается в обычного человека и, как правило, теряет сознание.

— Значит, вы знали, что у меня на балансе пять единиц, — пришёл к вполне логичному выводу я.

В этот момент мы уже покинули больничную палату и двигались по коридору. То и дело нам на пути попадались курсанты и персонал больницы, ну или как тут у них называются медицинские учреждения? Да и пофиг, пусть будет больница. Прохожие приветствовали ректора, а он в ответ кивал им и улыбался.

— Нейросеть предоставила отчёт о вашей инициации, — не стал лукавить Доран Грей. — Скажу честно, я был сильно удивлён. Даже у меня стартовое наполнение искры было меньше. Как правило, оно не превышает 35 единиц эрго, а у вас целых 95. Это говорит о вашем огромном потенциале.

— А как повысить наполнение? — тут же задал я следующий вопрос.

— Всему своё время, Ярослав Юрьевич, — спокойно произнёс ректор. — Не стоит забегать вперёд. Я всё расскажу. Нам с вами предстоит долгий разговор.

Настаивать я не стал. Ректору виднее, как лучше подавать информацию. Ничего не оставалось, как следовать за Дораном Греем и глазеть по сторонам. Мы немного поплутали по узким коридорам и через пару минут вышли в большое помещение с кучей регистрационных стоек, за которыми сидели симпатичные девчонки. Посетителей было мало, Карлос упоминал, что сейчас в академии каникулы, так что девушки коротали время за перешёптыванием друг с другом. Немного необычно было видеть разный цвет кожи, но я думаю, что быстро привыкну, особенно если тут все такие красотки. Это я удачно попал, настоящий малинник. До Элизы они не дотягивают, но всё же.

Задержав взгляд на ближайшей девушке, которая с неподдельным интересом на меня поглядывала, вызвал справку нейросети:

— Криста Абрамс. Человек. Регистратор имплантационного центра академии «Защитник».

— А что, в академии работают обычные люди? — невольно вырвалось у меня.

— Конечно, — не понял моего удивления ректор. — В штате академии одарёнными являются только преподаватели. Остальные сотрудники — это обычные люди, но предупреждаю сразу, предвзятого отношения к обычным людям я не потерплю. А то есть среди курсантов определённые личности, которые считают себя выше других.