Искра
Шрифт:
— Кей, послушай… пускай между нами не будет хотя бы одной лжи… скажи мне правду… только один раз, прошу… скажи мне свое имя… Настоящее имя, а не названное…
Он полностью разделся, и я вцепилась в его спину, он отрывисто дышал.
— Рэй… Мое настоящее имя — Рэй…
Я почувствовала одновременно короткую боль, тепло и разливающееся ощущение безграничности времени, прижимаясь к теплому телу любимого человека… Рэй…
— Рэй…
Когда я проснулась утром его уже не было. Рэй уже ушел. И имя Рэй шло ему гораздо больше, чем названное имя Рыцаря из Круга. Внезапно я сделалась хранителем двух тайн — наша ночь с ним, и
Артур — он узнает об этом. Накажет меня, а Рэй станет испытывать еще большее чувство вины. Или он накажет его и тот будет испытывать еще большее чувство вины и отчаянья, ведь Рэй — Рыцарь… Рыцарь с не своим именем Кей, королевский шут и обманщик. И роль Кея ему играть до самого конца. Если бы только они не были братьями…
211 день 2153 года ознаменовался вступлением Такаси и Алекса в рыцарство. Я плакала, Алекс гордо принял значок Рыцаря. Это был конец… конец и единственное, что у меня осталось от двух самых любимых людей, это их имена — Рэй и Алекс. И больше ничего. Один просто стал меня игнорировать, другой был слишком благороден, чтобы нарушить данную мне клятву, и переступить черту. В результате я осталась одна. Одна лицом к лицу с Артуром. Который спал и видел, как уничтожить нас всех.
Наши отношения и правда закончились после той ночи, Артур вызвал нас к себе через два дня и спросил какие между нами отношения, к удивлению Рэй без промедления ответил:
— Я люблю, Рио… и буду любить всегда. Но она твоя принцесса, брат, я больше никогда не прикоснусь к ней или не заговорю без причины. И я с честью исполню твою волю, мой Король…
Я рассеяно кивнула. Рэй… его настоящее имя. Казалось я всегда его знала… Потому, что имя Рэй принадлежало лишь нам двоим, а имя Кей и человек его носящий, принадлежал только Артуру. Это Артур дал названное имя Рэю — Кей. И человек по имени Рэй стал им — Королевским Рыцарем с именем Кей. Надо сказать Артур остался недовольным этим разговором.
Он приставил ко мне Алекса и двух сменяющих друг друга Рыцарей, которые постоянно составляли мою охрану, якобы под эгидой моей защиты. На самом же деле он хотел убедиться, что мы с Кеем не встречаемся тайно. Кроме постоянных брифингов в штабе разведки и за Круглым Столом, практически каждый день, несмотря на загруженность и усталость, Артур в своих покоях допрашивал каждого из нас, что мы делали, где были и не пересекались ли друг с другом. И Кей упорно делал вид, что меня не существует в природе, а я соглашалась. И в конце концов я поняла, почему Рэй поступал так… именно Рэй… мой Рэй… это было стремление защитить меня от Артура. Он решил разорвать все связи ради того, чтобы гнев Артура не пал на меня. И осознав это, я ощутила еще большую тоску по нему.
Рэй всегда будет страдать. Страдать потому, что Артур его брат, а он Рыцарь, поклявшийся ему в верности.
Артур, во избежание каких-то разговоров среди разных классов общества, познакомил меня со всеми Рыцарями, официально представил Королевскому дому, по панелям Авалона во всех учреждениях ежедневно транслировались ролики обо мне, потом об Артуре, о битве с мутантами, о моей доблести и благородстве, церемония предложения Артура и прочая чушь. Народ должен был быть закормлен до тошноты рассказами о нашей невероятной и якобы взаимной
Я стала отлынивать от съемок таких роликов и всяких походов с Артуром на званные обеды и ужины, ссылаясь на занятость в разведке, на самом деле я не хотела находиться рядом с ним, чтобы не доставлять боль Рэю и Алексу… в поисках Мордреда я ежедневно прочесывала, не боясь никаких опасностей, сотни километров вокруг города и тысячи туннелей. До меня в одиночку, никто этого не делал. Никому даже мысль такая не могла прийти в голову. Всем нравилось жить в этом городе. Но Моргана была права, этот город был проклят…
Артур начал подозревать, из докладов Борса, что я ищу нечто за периметром города. И он запретил мне одиночные рейды за городом. Только в компании кого-то из Рыцарей.
Однажды, когда Алекс будучи Ланселотом, находился в одном из таких рейдов, мы ушли достаточно далеко в туннели в место, которое я называла «кристальная равнина» — подземная пещера, покрытая сине-черными кристаллами. Там сигнал Авалона глушился из-за того, что пещера находилась слишком глубоко в песках и скалах, это было самое неизвестное место для разведчиков и Рыцарей, самое лучшее место для того, чтобы здесь спрятаться, и я приходила сюда часто до того момента, как Артур «прикрыл мою лавочку». Я приходила в надежде, что Мордред тоже придёт сюда, почему то я точно знала, что он жив.
— Алекс, это последний раз, когда я прихожу на кристальную равнину.
— Рио? — мы связывались через закрытый канал, как тогда… когда Кей учил меня.
— Изначальный мой план не сработал, я так и не нашла Мордреда. Но я уверена он жив. И я больше не смогу сюда приходить, однако, я не могу оставить мысли об убийстве Артура и осуществлении мести, которой так желали Моргана и Мордред… я должна помочь Мордреду, и все, что я могу, это оставить это здесь…
Я достала из рюкзака на своей спине, маленькую серебряную электронную карту.
— Это универсальная ключ-карта! Рио, ты собираешься спрятать ее здесь?
— Да. Он найдет ее, если жив. Я больше ничего не могу сделать, Алекс. Я чувствую, что я близка к концу. Артур знает… знает о том, что я искала Мордреда. Он собирается меня убить…
— Я ему не позволю, Рио!
— Не переживай, если не убить, то уж точно речь идет о том, чтобы лишить меня возможности выходить за город.
Когда мы вернулись в город, мне было приказано явиться в зал коронации на самом верху Королевской башни. Это конец — мелькнула мысль на границе сознания. Артур что-то задумал. Однако у меня есть шанс — Мордред. В зале коронации было холодно, там где еще недавно Экскалибур был погружен в плазматический альфа-октаний.
Алекс пошел со мной. Но Борс охранявший вход, сказал ему покинуть комнату. Я кивнула ему и улыбнулась. Он хороший парень. Он любил меня просто потому, что я это я. Это я эгоистка. Артур стоял у сферы, он улыбался и был крайне радостным.
— Привет, моя милая принцесса Гвиневьева! — воскликнул он.
— У вас такой фетиш, называть всех другими именами? Чтобы люди в служении вам забывали все и даже собственные имена? Меня зовут, Рио. Это имя дал мне мой отец, и я буду носить его с гордостью.