Искушение
Шрифт:
Хадсон перестает ходить туда-сюда и делает каменное лицо, ожидая моей реакции. Живут только его ярко-голубые глаза, пронимающие меня до самого сердца.
– Я этого не допущу, – говорю я, чувствуя, как меня захлестывает паника. – Как я могу отгородиться от него?
– Именно этому я и хочу тебя научить. Если ты мне позволишь.
– Конечно,
Он меняется в лице.
– Я не…
– У него нет выбора. И у тебя тоже. Плохо уже одно то, что Хадсону удавалось завладевать твоим телом. Но теперь, когда он начал говорить с тобой, нам надо найти способ воздвигнуть перегородку между вами прежде, чем станет слишком поздно. И эта клетка развязывает нам руки, поскольку за решеткой остается также и он.
Я замечаю, что она не говорит, что решетка защищает от него также и меня, находящуюся за ней, – но не упрекаю ее, потому что мне надо задать ей куда более важный вопрос:
– Пока не станет слишком поздно?
– Да, пока не станет слишком поздно, – повторяет она. – Чем дольше мы ждем, тем больше шансы на то, что, когда он завладеет тобой в следующий раз… – Она делает паузу, смотрит на Джексона, затем опять переводит взгляд на меня. – В следующий раз тебе, возможно, не удастся отыскать дорогу назад.
Ее голос зловеще отражается эхом от свода и стен пещеры, ее предостережение бьет меня, словно молния.
– Разве такое может быть? – шепчу я, чувствуя, как мое горло сжимает ужас.
– Конечно, не может! – Хадсон опять начинает ходить туда-сюда. – Без дураков, разве кто-то
Я не удостаиваю его вниманием.
– Да, может, это вполне возможно, – подтверждает Кровопускательница. – И чем дольше он будет оставаться в тебе, тем труднее тебе будет выдворить его – особенно если он решит, что не желает уходить.
Хадсон запускает руку в волосы.
– Поверь мне, Грейс, с этим у тебя не будет проблем. Я хочу убраться из тебя не меньше, чем ты хочешь, чтобы я ушел.
– А что будет, если он решит остаться? – спрашиваю я.
Несколько секунд Кровопускательница пристально смотрит на меня, как будто прикидывая, что мне можно сказать, а что нет.
– Сначала он станет завладевать тобой чаще – и на более длительные периоды. Тебе всякий раз будет труднее вспоминать, кто ты, труднее будет вернуться в свою повседневную жизнь – в конце концов, тебе станет проще отдавать ему контроль. В один прекрасный день ты просто сдашься.
– Я никогда так с тобой не поступлю, Грейс. Ты должна мне доверять. – В его голосе звучит почти такое же отчаяние, какое испытываю сейчас я сама. – Не строй стену. Не дай ей запереть меня.
Я поворачиваюсь и смотрю ему в глаза. Он перестал ходить взад-вперед, и мы сцепляемся взглядами, как мне кажется, на несколько минут. Я не могу сказать, что думает он, а он может слышать каждую мою мысль. Он доказал это мне. Мне бы хотелось иметь возможность тебе доверять, но это невозможно.
Его плечи опускаются, но он кивает. Я понимаю. На сей раз я слышу не то, что он говорит, а то, что думает, поскольку его губы не шевелятся, но я слышу каждое слово.
Конец ознакомительного фрагмента.