Искуси меня
Шрифт:
Вернувшись в мой офис, мы быстро подписали договор и обговорили цену. Надо сказать, Красницкий оказался достаточно щедр для нашей фирмы – заплатил двойную цену сразу же, не оставив задаток. Интересно, он так же щедр с женой? Хотя почему меня это вообще должно волновать? Главное закончить заказ вовремя и разойтись, тем более меня ждали более важные дела на сегодняшний день.
Из здания мы вышли вместе, как и в прошлый раз, только сейчас он проводил меня до машины, прежде чем проследовать в свою. Хотя, мне казалось, мы дольше разговаривали о мелочах, чем прощались. Повторный звонок матери прервал нашу беседу. Опять. Видимо, это карма мобильных телефонов.
К матери я доехала
– Ликочка, – вновь мама решила перерезать ножом воздух ненавистным мне именем. – Как дела на работе? – пригубив чашку чая, как это любят делать чертовы аристократы, поинтересовалась мама. Наверное, если бы я так же оттопырила мизинец, то со стороны мы были бы похожи как две капли воды. Вру. Мы и так похожи как две капли воды с разницей в двадцать пять лет.
– Все хорошо. Клиенты довольны нашей работой, несколько минут назад подписала контракт с гендиректором «ЭлементСтроя», – поведала я маме. Она часто интересовалась моей жизнь, моей работой, давала множество советов в дизайнерских решениях, которые я потом вносила в проекты и предлагала подчиненным. Заодно мама любила подсовывать правильных, по ее мнению, клиентов. Когда-то она и сама работала в подобной фирме, пока не забеременела мной. В те годы с карьерой пришлось попрощаться и полностью сесть на шее отцу, хотя, как мне казалось, она не особо об этом жалела, тем более по сей день она жила припеваючи, в любви и роскоши.
Мои родители познакомились ровно двадцать пять лет назад, когда мама была в моем возрасте и работала в доме дизайна, а отец являлся ее президентом, поставив в качестве заместителя свою супругу. Вряд ли она догадывалась о романе моих родителей, однако, узнав итог – беременность одной из своих лучших сотрудниц Ирины Королевой – потребовала не только уволить ее, но и сделать все, чтобы о внебрачной дочери знаменитого Юрия Державина никто не узнал. Вот никто до сих пор и не догадывался о нашем родстве за определенную плату, возмещаемую отцом по сей день. С ним я периодически общаюсь, но не так тесно, как с матерью, ибо, кроме материальных благ, ничего от него не получила. Думаю, и на этом ему нужно сказать спасибо, но это слово ни разу не вырвалось из моих уст.
– С Красницким? – удивилась женщина.
– Ты его знаешь? – теперь пришла очередь удивляться мне.
– Конечно, – вновь сделав глоток из чашки, продолжила: – Он работал у твоего отца некоторое время, пока не уволился и не создал собственную империю, – пояснила мама, изумив меня такими подробностями. Почему я не слышала о нем раньше, раз он создал столь большую, по маминым словам, компанию. – Я помню Никиту еще мальчиком, твой отец со своей женой даже на его свадьбе гуляли, – я чуть не подавилась от этой новости. – Если бы он не женился тогда, не мучился бы сейчас, – с сожалением вздохнула она, сделав новый глоток чая, только, в отличие от нее, меня волновал не какой-то зеленый чай. Меня распирало любопытство касательно жизни Красницкого, но стоило вспомнить тоскливый, даже немного грустный взгляд на вчерашней выставке – не видела оснований не доверять маминым словам.
– О чем ты?
– Мне девчонки говорили, что женушка бедному Никите мозги все выпотрошила. Если соберешься крутить с ним роман – имей это в виду, – довольно деловито
На аромат, сводящий с ума…
– Я не собираюсь его охмурять, – мой голос звучал серьезно. Обычно в таких случаях мама не спорила со мной, прекрасно зная, что я ни за что ее не послушаю, несмотря на ее влияние. Сейчас происходило то же самое, ибо связывать себя с женатым мужчиной не хочу и не буду хотя бы потому, что передо мной есть живой пример в лице родной матери. Меня устраивает моя жизнь. Такая, какая она есть. Без обязательств, без проблем. И без бедности.
Я посидела у матери еще некоторое время, выслушивая переданные ей сплетни. Вновь. То подруги трещат языками, то мать, однако второй вариант более терпим, нежели первый. Мама хотя бы умудрялась делиться чем-то полезным для меня, что в будущем я могу использовать как в работе, так и в личной жизни. Но все же мои мысли находились где-то далеко от этого дома. От любимого и родного района. От Земли в целом. Я все задумывалась о Красницком, не в силах выбросить его из головы. Нет, дело не в какой-то заинтересованности в нем, как в мужчине (это тоже отчасти мелькало). Мне его жаль. Помнится, однажды я тоже связала свои отношения с парнем, который любил потрепать нервишки по поводу и без. Однако, в отличие от Красницкого, я спокойно разорвала отношения, в то время как он вряд ли сможет развестись. Наверное, если бы у меня была возможность как-то помочь ему – однозначно бы сделала это.
«Так помоги ему! Отвлеки его своим телом в постели!» – подсказывало подсознание маминым голосом.
Нет! Нет! И еще раз нет! Не в том смысле помочь.
«В том, в том!» – вновь вырвался голос подсознания в моей голове.
Да, между нами чувствовалось какое-то притяжение, но это ничего не значит.
«Он буквально поедал тебя глазами, Анжелика!»
Нет! Хватит! Я не хочу проблем. Проще закрутить роман со свободным мужчиной. Без обязательств. Без обещаний.
Без любви, которая калечит души…
Глава 5. Просто увлечение
Проснулась я довольно резко, заслышав еще во сне громкий звук телефонного звонка. Причудилось, что меня кто-то звал, что кому-то понадобилась моя помощь, но все оказалось довольно банально. Кого же принесло с утра пораньше? Почему в голове вместо пения птичек за окном (хотя на такой высоте они уже не летают) какая-то чертова телефонная дрель, разрывающая барабанные перепонки? Чертов домофон! Лучше бы я вообще отключила его, чтобы не беспокоили так рано! Всего десять часов! Какой дебил решил явиться ко мне в такой час? Убью!
Надев легкий шелковый халатик, я подошла на звон колоколов. В голове все гудело не хуже, чем сам домофон, а кости ломило после вчерашних танцев, особенно ступни. Да, видимо, перебрала я с выпивкой, да и с длиной каблуков тоже. Казалось, всего лишь пришла на день рождения к знакомой, предполагая, что уйду через час-полтора. Но не ушла. А зря. Сейчас бы не чувствовала себя увядающей старухой, которой недавно прописали мазь от радикулита.
– Анжелика Юрьевна, к вам курьер, – услышала я голос консьержа по ту сторону провода. Жизнерадостный, засранец. Знал бы он, как мне сейчас плохо!