Шрифт:
Глава 1
–Как умерла?
– я опустил руку с телефоном-В больнице ночью….
В телефоне что-то продолжили говорить, но звуки пролетали мимо меня, не задерживаясь в сознании, как ежедневный привычный ветер.
–Мама умерла-сказал куда-то в пустоту.
В душе будто вырвали кусок с кровью, это была не боль, нет, что-то гораздо более худшее поднималось с глубин души ....
Может ошибка? Возникла безумной силы надежда. Я поднял трубку к уху, но оттуда что-то продолжили говорить про смерть, похороны, кремацию и так далее. Пепел мгновенно вспыхнувшей и тут же погасшей мечты развеяло реальностью. Нервы и мозг как будто опустили в жидкий азот, заморозив мысли, чувства, эмоции.
–Я даже не знаю, что можно
Как-то сама собой тяжесть в душе навернулась на глаза....
Прошло четыре дня.
–Андрей, прикроешь на работе. Не готов с людьми сейчас говорить, слушать все их сочувствие и так далее- я неопределенно повел плечами.
–Не вопрос, Олег. – спросил меня товарищ, – А ты куда после похорон хочешь?
–Парни со стройки говорили, что выше Симеиза в горах толи остатки каких-то древних построек, толи просто необычные скалы. Схожу в поход, на природу. Хочу побыть один.-поправив рюкзак, развернулся-ладно давай, до встречи.
Раздвинув ветви, я смотрел на дальний блеск молний и еще пока глухое ворчание на дальнем горизонте моря шедшей оттуда грозы. Легко задул посвежевший ветер, будто сделала новый вдох природа и постепенно просыпалась, насыщаясь той энергией которой щедро делились порывы легкого грозового ветра, наполняющего до того молчавший лес шелестом листьев, по которому били пока редкие капли.
–Будет дождь или не будет-себе под нос тихо скаламбурил я, усмехнувшись – вот в чем вопрос.
–Ладно, не далеко видел подходящую полянку-продолжил беседовать сам с собой -пойду обустраиваться.
С некоторой поспешностью глядя на хмурящееся небо быстро разбил палатку и занялся остальными насущными хлопотами по обустройству временного лагеря в преддверии весьма вероятного дождя.
Немного странный камень, чем-то напоминающий верхушку, зарытую по самую маковку пирамиды, на чистой от леса поляне показался мне отличным местом для обустройства ночлега. Все также вдалеке продолжало рокотать небо то и дело приближаясь светом зарниц. Уже в сумерках, устроился около вкусно булькающего кашей с мясом и травками котелка. Весело танцующий костер делал этот уголок леса невероятно уютным как самый близкий уголок родительского дома. После ужина устроился с горячей кружкой отвара шиповника с медом на валуне в центре опушки.
Ощущение близкого родства с пламенем, близкой грозой и природой тихо прокралось в душу. Вглядываясь вдаль ночи, изредка разрушаемой разрядами белых ослепительных молний. Хотя нет, не так. МОЛНИЙ. Мощи недоступной обычному человеческому пониманию. Неудивительно что их всегда причисляли к божественным силам. Так вглядываясь вдаль, я постепенно впал в необычное состояние толи транса, толи глубокой медитации, когда кажется еще секунда и тебя озарит и ты поймешь что-то очень важное. И когда каждый раз застываешь на полушаге до конца так и оставшись с чувством глубокой фантомной тоски по так и не приобретенному пониманию. И думаешь сам про себя как про слепца в стране незрячих, почти сумевшего прозреть, но даже самому себе не способный объяснить, чего тебе не хватает, по чему так неистово тоскуешь, и что всю жизнь безуспешно разыскиваешь. Всегда так было. Раньше так было. Но не сейчас. Ведь все начинается смертью…….
Миг формирования разряда совпал с мгновением полушага до озарения. И само мироздание, казалось, застыло. Не упавшие капли дождя неподвижно зависли в воздухе бликуя невообразимыми цветами. Хаотично влекомый непостоянным ветром, сорванный с далекого дерева, листок причудливо завис на расстоянии руки от меня. Вечный в своем стремлении жить огонь застыл сказочной скульптурой будто вышедшей из-под резца величайшего мастера за все времена. Но больше всего поражала меня как бесконечно далеко и так же близко формировалась молния-единственное во всей вселенной что продолжило жить и двигаться. Мириады мельчайших частиц грозового ветра зажглись светом даже не тысячи солнц,
Тьма, внутри которой я рывком осознал себя, точнее то от меня что принято называть душой, личностью или сознанием, но было всем этим вместе и, если удобно единым и неделимым. Тела, которое как раз вторично, просто отсутствовало, причем этот факт лишенного обычных ограничений разум легко принял лишь мимолетно отметив сам факт, приняв его как данность. Но, на удивление, было не страшно а, скорее, любопытно. Я почему-то в миг удара молнии принял неизбежность смерти и нет, не смирился, боролся до конца и даже, сейчас твердо это осознал, смог немного, самую каплю, управлять разрядом небесного огня хоть и не совсем четко понимая, как это сделал. Но к чему сожалеть о том, что изменить не можешь? Простая мысль многое расставившая по местам.
Как такого внутри этого необычного места не было времени, поэтому оставшись без ориентиров-событий, которые как верстовые столбы отмеряют путь нашей жизни, я сначала и не понял, что тьма давит на меня все сильнее и сильнее, подбираясь к мыслям, образам памяти. Лишь в момент прикосновения жадного и голодного, как самая глубокая черная дыра вселенной щупальца тьмы к воспоминаниям о маме стряхнуло неестественную апатию. МАМЕ. Ненавижу, мерзость. Ярость не зажившей раны самой души вспыхнула плазмой электрического копья. С ненавистью, о наличие которой внутри себя даже и не подозревал, по крайней мере неистовой силе и размере этого чувства, я, имея в этом странном месте вместо рук и ног только волю и желание, нанес удар в самое сердце этой тьмы, посягнувшей на святое.
Осколки врага, самой тьмы или скорее, пришло из неоткуда осознание, тем, что только притворялось ночью, брызнули во все стороны и меня потянуло куда-то, вперед затягивая обратно в жизнь.
–Разряд, адреналин-смутно доносились отдельные слова сквозь навалившуюся пелену слова неясных теней.-Будет жить, удивительный случай, коллеги.
Сознание снова уплывало, но сейчас я отчетливо чувствовал, что в простой сон крайне необходимый организму, который стремительно изменялся прямо сейчас выковывая нового человека, в саму суть которого вплеталась крошечная крупинка силы, позаимствованной у природы.
В себя пришел, отчетливо ощущая себя абсолютно здоровым. Таким, полным каким-то неадекватным количеством сил и энергии, как в раннем детстве, когда кажется, что достаточно подпрыгнуть что бы взлететь, более того при каждом шаге приходиться прикладывать усилия ради того, чтобы остаться на земле. Потянувшись всем телом, открыл глаза непроизвольно вырвалось.
–Где я? – последнее что помнил это тьма или не Тьма, молния и всепоглощающая ненависть, а еще вроде нанес удар молнией? Воспоминания путались, только остались точное знание о сильных чувствах в произошедшем, а детали ускользали с ловкостью обводя мои заболевшие от усилий мозги вокруг пальца в попытках вспомнить подробности.