Испепелитель
Шрифт:
Но я не так добр. А свое всепрощение я удушил почти тысячу лет назад.
Ох, я смешаю кому-то карты этим праздничным обедом в честь дня рождения мальчика! Смотрите не лопните от ярости...
Ичираку за прошедшее время не изменился. Тот же Теучи за стойкой, протирающий тарелки полотенцем, и голосок его дочери Аяме явно повзрослевшей за эти годы, доносящийся из глубины помещений.
– Здравствуй, Теучи.
– мягко улыбнулся я.
Он выпучил глаза и даже чуть не выпустил
– Акио-сан? Вы выросли.
– Да, Теучи. Много времени прошло с тех пор, когда я был в твоей забегаловке в последний раз. Пусть мальчик ест - я плачу.
Его челюсть отвисла:
– А-а-а-а... но...
Я позволил себе тихо рассмеяться и, повернувшись к Наруто, произнести:
– Давай, заказывай!
И желтоволосое чудо заорало:
– Супербольшой рамен!
– Не стесняйся, малыш!
– подбодрил я его.
– Пять супербольших раменов!
– крикнул мальчик так, что задрожали окна.
– И еще один мне с говядиной и свининой.
– добавил я.
Не глотать же мне слюну, пока джинчуррики будет поглощать заказанное?
Теучи пожал плечами и крикнул в глубину помещений:
– Аяме, пять супербольших раменов и один с говядиной и свининой...
– повернувшись ко мне, он неожиданно наклонился и шепотом спросил: - Вы уверены, Акио-сан?
Я прошептал в ответ:
– Они мне уже давно не указ. А у мальчика день рожденья.
– Ну, как знаете...
Спустя пять минут, я удостоился чести видеть зрелище пожирающего рамен джинчуррики.
Неожиданно в забегаловку вошел зевающий беловолосый шиноби с закрытым тканевой полумаской лицом и левым глазом, скрытым за повязкой с протектором деревни.
Секунду он недоуменно взирал на нас, а потом устроился на дальнем от нас табурете.
Какаши Хатаке. Ручная собаченка Хирузена. Интересно, это он сам сюда пришел или его уже вызвали?
Наруто жрал в три горла. Совсем как я. Неужели Девятихвостый потребляет столько 'янь'? Или у него какой-то перекос в чакрообразовании, на подобии моего?
Вообще его чакросистема выглядела очень сильной. Совсем как у среднего джонина. И это в его-то годы! Я прислушался к своим ощущениям. Вообще не развитые тенкецу. И это при его потенциале. Это просто преступление. Да в его годы он должен уже быть похожей на меня машиной смерти, а он даже не сможет защититься от атаки одногодка...
Тем временем мальчик выхлебал последнюю порцию и посмотрел на меня щенячьими глазами. Я вздохнул и сказал:
– Заказывай еще...
– Еще супербольшой рамен!
Теучи только покосился на Какаши и вздохнул.
Я же тоже посмотрел на него и, не отводя взгляда,
– Послушай, Наруто, а ты не знаешь, кто были твоими родителями?
Он погрустнел и вздохнув, ответил:
– Нет...
– неожиданно в его глазках засветилась надежда: - А вы их случайно не знали?
Соврать или нет?
– Прости, Наруто, я их не знал... Просто я сильный ирьенин и думаю, что у тебя большое будущее.
– Правда? Значит я все-таки стану Хокаге!
Я засмеялся:
– Для того что бы стать Хокаге нужно обладать множеством качеств. И одно из них - мудрость. Скажи, мудр ли ты, Наруто!
– Конечно же да!
– легкомысленно воскликнул мальчик, но немного подумал и спросил: - А что такое 'мудрость'?
Говорю серьезно:
– Мудрость - это не просто ум, но и опыт, знания. Если ты не будешь разбираться в географии или не сможешь отличить олово от платины то какой же из тебя будет Хокаге? Пойми - это крайне ответственный пост. И, к примеру, я сам не горю желанием его занять. Мне по горло хватает моих обязанностей в госпитале...
Мальчик решительно произнес:
– Значит, я добуду эту 'мудрость' и стану Хокаге! И меня все признают!
Я помотал головой:
– Ты снова ошибаешься. Сначала тебя должны признать, а потом - станешь Хокаге. Но никак не наоборот.
– Наруто надулся, а я улыбнулся и взъерошил ему шевелюру: - Не переживай ты так. Многие не понимают этих простых истин и хотят стать Хокаге. Естественно у них ничего не выходит. Если ты поймешь то, что я тебе сказал - ты одномоментно станешь ближе к посту Хокаге, чем все они.
– Понятно...
– задумался он.
Однако, его мысли тут же исчезли, так как Теучи поставил перед ним следующую порцию рамена.
Спустя полчаса он все-таки наелся. Его организм перестал перерабатывать пищу в 'янь' и мальчик стал похожим на члена клана Акимичи.
– Ох-ох-ох, даттеэбайо... Вот это я наелся. Ик! Спасибо, Акио-сан... Пойду я. А то - не лезет уже.
– Иди-иди. Был рад пообщаться.
Мальчик аккуратно слез с табуретки и осторожно удалился.
Я невозмутимо отсчитал три тысячи ре и, отдав их Теучи, подошел ко все еще сидящему за стойкой джонину.
– Скажи мне, одно, Хатаке Какаши... Ты ведь был учеником Четвертого? Так вот, скажи мне, как ты допускаешь то, что его сын всеми ненавидим и живет впроголодь?
Он мрачно повернул ко мне лицо, но я посмотрел в его ничего не выражающий глаз и, фыркнув, кивнул замершему с выпученными глазами Теучи. После чего я, не глядя, применил короткий 'шуншин' на улицу.
Рядом со мной появились Сэнго и Анко.