Исполнитель приговора
Шрифт:
Сдержанно вели себя только представители Дагестана и Ингушетии. Для остальных подобное мероприятие было чем-то далеким и нереальным. Наверняка мало кто верил в его пользу. Приехали только ради того, чтобы не лишиться материальной поддержки. Антон был уверен, лишь малая часть денег, которые отправляют этим людям, используется по назначению, и то на акции, которые бросаются в глаза, но на деле не приносят действенных результатов. Одни автомобили, на которых заявились эмиссары, чего стоили. Большинство этих людей входили в состав этнических преступных групп, на использование
– Знаешь, о чем я подумал? – Антон устало откинул голову на подголовник и с задумчивым видом посмотрел в ту сторону, где, по его мнению, должен был находиться автосервис. – Это сборище организовано только с целью подготовить почву для более серьезного разговора.
– Конечно, – согласился с ним Дрон.
– Ты не так меня понял, – Антон шлепнул присосавшегося к щеке комара. – Сам подумай, Шах словно дразнит спецслужбы. Неужели он не понимает, что приезд тех же дагестанцев и осетин в богом забытый город не останется незамеченным? По России, через ГАИ, ФСБ контролирует перемещение машин с Кавказа.
– Хочешь сказать, Шах собрал их, чтобы поиграть с огнем?
– Нет, – Антон покачал головой. – Скорее таким образом проверяет, какая за этим последует реакция.
– Для чего? – Дрон оживился. – Он ведь рискует.
– В том-то и дело, – Антон потер переносицу. – Видимо, провал встречи с представителями «ТАН» для него гораздо страшнее, чем собственный арест.
Звонок спутникового телефона заставил Антона отвлечься от разговора.
– Слушаю, Филин.
– Это Родник, – представился генерал. – Засечен сигнал «SOS» с частоты Кота. Включи навигационную систему, тебя технари сориентируют.
Не теряя времени даром, Антон сунул ничего не успевшему понять Дрону «Soni» и, взяв с заднего сиденья ноутбук, разложил на коленях.
– Что случилось? – оживился Дрон.
Он, в свою очередь, опустил телевизор между сиденьями. Все равно шла запись.
– Кот активировал телефон в режиме сигнала бедствия.
– А почему ты думаешь, что это он? – удивленно протянул Дрон. – Если телефон находится у Олега, он отправил бы сообщение. Система срабатывает за секунду до самоликвидации, если неправильно введен код. Может, его дети нашли и решили позвонить?
– Тем более надо проверить, – Антон уже вывел на экран план города. – Он ведь в этом случае и взрослого убить может.
– Да, – протянул Дрон. – Не дай бог.
Если версия со случайными людьми, а тем более детьми подтвердится, у Антона, а если Кот еще жив, то и у него, возникнут огромные проблемы.
– Это район молокозавода, – получив наконец картинку,
Глава 4
Разлепив веки, Котов некоторое время просто созерцал кусок бетонной стены и земляной пол, подобно туфельке-инфузории, не имея представления, кто он и что это вокруг все значит.
Постепенно Олег вспомнил все до того момента, когда, развернувшись на свет в сторону дороги, попытался разглядеть стоящего перед ним человека.
«Дебил, – с горечью подумал он. – Нужно было уйти в сторону… В тень. А я, как солдат-первогодок, открыл рот. Будто непонятно, что в машине были подельники напавших».
Ум приобрел ясность, и одновременно с этим навалилась дикая и нестерпимая боль. Ломило все тело. Особенно беспокоила голова. Веки затекли, и правый глаз почти ничего не видел. Судя по всему, после того, как он потерял сознание, его еще долго били. Возможно, он приходил в себя, его допрашивали и снова начинали истязать. Просто память стерла воспоминания об этих моментах, однако не до конца. Как минимум дважды он встретил утро в каком-то деревянном сарае, рядом с машиной палачей. Это Олег помнил четко. Непонятно, как оказался здесь. Кажется, делали какие-то уколы в руку, вливали в рот водку, били… Никакой логики. А может, приснилось?
Медленно, насколько позволяла боль, перевернулся на спину. Бетонный потолок с небрежно замазанными цементом стыками вдруг закружился вокруг оси, расположенной прямо над головой, набирая ускорение. Прислушиваясь к ощущениям, он со стоном прикрыл веки.
Руки были связаны спереди. Мокрая одежда на груди и спине была в чем-то липком. В боку, с правой стороны, дикая боль, при каждом движении молнией пронзающая до самых пяток. В горле запершило. Олег едва слышно кашлянул и тут же скривился. Муки вызывала любая попытка пошевелиться.
«Как минимум пара ребер сломана. Главное, чтобы обломки не повредили печень, – с ужасом подумал он, – иначе хана. Башка проломлена… Плюс ко всему, неизвестно, сколько пролежал, и наверняка простыл».
Мысли были прерваны грохотом открывающегося запора. Скрипнули петли. Судя по звуку, двери были тяжелыми и сделаны из железа.
Притворившись, будто по-прежнему без сознания, Олег почти перестал дышать.
– А он тут у вас не загнулся? – раздался голос уже не молодого мужчины.
– Не должен, – ответил ему второй вошедший.
– Значит, стоит на своем? – вновь заговорил первый.
– Не верю я ему, Лоцман.
Кот узнал наконец второго, им был Болт.
– Буди его, – приказал человек, которого бандит называл Лоцманом.
– Он не спит, – шмыгнув носом, ответил Болт.
– Перестарались?
– Вроде того…
– Ну, тогда попробуй облить водой, что ли! – Послышался скрип, похожий на тот, когда садятся на шатающуюся табуретку. – Скажи своим, пусть ведро принесут.
– Я сам схожу, – вздохнул Болт.