Исполнитель
Шрифт:
Раскрыв окошко статов, я посмотрел на свой семнадцатый уровень и класс – инквизитор. Наверно это была такая ирония Системы. Как там было в описании, я прикрыл веки, вызывая справку, что инквизитор преследует врагов своей веры, не чураясь никаких методов и исходя из собственных представлений о законности.
Но появляться с таким ником среди других игроков, будет, как минимум, не умно.
Вызвав инвентарь, я нашел кольцо “Личины” и, надев его, откорректировал свои параметры. Теперь из зеркала на меня смотрел жрец одиннадцатого уровня с успокаивающе зелёным ником “ФармаКолоГ”.
Лицо тоже изменилось став совершенно непохожим на настоящее.
Я вытащил и раскидал по ячейкам предметы игровой одежды и оружия. Всё неплохое, не фиол, конечно, но синька, с некоторым количеством зелени. Как положено, зарегистрированная. Через хороших знакомых в отделе учёта, для меня это было сделать не проблема, как и создать в системе профиль несуществующего в реальности игрока. Впрочем, как сказать, не существующего. Вот он я, в зеркале, вполне реальный, так-то. До системное имя на “ФармаКолоГе” было одного из погибших в первые месяцы. Парень был полным сиротой, и я ничем не рисковал используя его данные, неожиданно всплывших родственников можно было не опасаться.
Весь шмот был, естественно на десятый-одиннадцатый уровень, потому что, зачастую, пати лидеры просили его показать, чтобы понимать насколько эффективен игрок будет в рамках своей роли. В моём случае, насколько я могу отхиливать танка, разово и хотками. Здесь вопросов быть не должно было, классовый шмот редкого качества означал, что я пусть и не топовый хиллер, но крепкий середнячок ближе к верхней границе уровня. Класс инквизитора позволял спокойно таскать жреческие одеяния и оружие, поэтому расшифровки я не боялся.
Поправив пояс, перетягивающий простую на вид кольчугу, поверх плотного гамбезона, я оставил шлем скрытым, по игровой моде, затем, притопнув сапогами из кожи злобного уленмуля – одного из данжевых мобов, активировал возврат к точке возрождения. Ещё одно редкое колечко, с откатом в сутки. Которое мне выпало с одного из убитых игроков.
Если один игрок убивает другого, то рандомный предмет из инвентаря убитого или одетый на игроке, но не привязанный, получает его убийца. Правда, это не работает, если убиваешь под негатором.
Я ещё раз проверил свои статы и несколько уменьшил значение силы воли, отвечавшей за силу читаемых заклинаний. По какому-то выверту Системы, использование мною огнестрела ею воспринималось как нанесение магического урона, и за каждое исполнение осужденного игрока, мне капало опыта как раз в эту характеристику. Поэтому значение её было весьма высоким даже для семнадцатого уровня, что уж говорить об одиннадцатом.
Оказавшись в месте где была моя личная точка респа, я оглядел глухой подвал, затем, поизучав через глазок погружённую во мрак лестницу за металлической дверью, отпер её и закрыв за собой, бесшумно поднялся наверх.
Дом был заброшен. Когда-то его жителям не повезло нарваться на игрока мага и с тех пор поселиться
Трёхподъездная панельная девятиэтажка, стояла в окружении ещё нескольких таких же заброшенных. Новый район, в бывшем пригороде столицы, в две тысячи двенадцатом только начавший расстаиваться и заселяться. Но не судьба, видимо.
Я поднялся на чердак, прошел по нему до первого подъезда, и только потом, спустившись, вышел на улицу.
Это было первое правило любого игрока – никто и никогда не должен знать, где твоя точка респа.
Часть строительной техники так и стояла заброшенной. Тёмные башни пары кранов, силуэт сваезабивочной машины и накренившаяся громада бульдозера. Рабочих маг тоже не пощадил. Здесь, на окраинах, самый беспредел и творился.
Под ногами хрустела щебёнка, так до конца не укатанная, а ветер таскал обрывки бумаги, и прочий мусор по окрестностям.
Я не забывал оглядываться и сканировать локальный чат, на предмет появления игроков рядом. Это не спасало от пэкашников в скрыте, но сидеть тут в засаде, дожидаясь случайного игрока было малоперспективно ввиду общей заброшенности локации.
Луна давно уже сменила Солнце на небосводе и сейчас всё заливал её холодный серебристый свет.
Полная тишина и мёртвый пейзаж.
Правда, постепенно, таких мест становилось всё меньше. Спасибо надзору и устоявшей системе государственного управления, как бы плохо кто о ней не думал.
А вот следующий район, или, как его уже привычно называли – лока, был куда оживлённей. Здесь было целых три данжа с мобами разного уровня. Легко проходимых даже рандомно собранными группами. Все они были обычного класса и лут с них падал только зеленый, самое оно для новичков и тех кто не стремится в манчкины. Тут же и фарм начальных ресурсов был поставлен на поток.
Собственно, сами игроки район поэтому и называли нуболокой или стартовой локой. Здесь постоянно тусовалось куча народу, в том числе и представители кланов, зазывавшие к себе, а также крафтеры всех мастей и просто любители пробежаться с друзьями за некоторой порцией опыта и шмоток.
Уровни, в основном, если не брать тех самых пресловутых манчкинов, варьировались от шестого до тринадцатого. Я, со своим семнадцатым, был самым натуральным хаем.
А самый большой из известных мне был у одного мага – двадцать первый. Что было действительно серьёзным достижением.
В имевшихся и появляющихся вновь данжах максимальный уровень мобов был пятнадцатым. И более-менее опыт с них шел пока разница в уровне не достигнет пяти. То есть до двадцатого уровня. А вот дальше за их убийство давалась лишь одна базовая единица опыта. Чтобы прокачаться и поднять уровень с двадцатого на двадцать первый нужно было убить не менее четырёхсот тысяч таких мобов.
Ну, или, опустошить средних размеров город, убив всех его жителей.
Правда, конкретно этого мага мы проверяли очень тщательно, да и нет таких заклинаний, чтобы за раз убить всё живое в целом населенном пункте. Максимум отдельно стоящий многоквартирный дом. С откатом в сутки.