Шрифт:
Признание
Люблю тебя с начала мая,
Хоть не запятнана душа,
Её в тебе совсем не чаю,
Иду я к Богу не спеша.
Когда смотрю я в небо, сверху
Он машет мне рукою в свет.
Тогда я четко понимаю -
Его на свете лучше нет!
Теперь мне ничего не страшно,
Ведь Он со мной всегда везде!
Была я к миру безучастна,
Ну а теперь он весь во мне.
Который
И жду свой смертный приговор,
А Он всего не замечая,
Мне свой глаголет договор:
«Живи ты, дочка, еще долго,
Последний час твой не пришел,
Хотя я вижу – все без толку,
Но я мечтаю об одном,
Чтоб ты жила еще столетье,
Как ты хотела, дольше всех,
И не теряла в однолетье
Ты зачарованный свой взор
К добру, к смятеньям и к сомненьям,
К участию людей в судьбе,
К тяжелым ношам, к воскресеньям,
И ко всему, что есть в себе.
Ну а когда поймешь ты, дочка,
Что натворила для себя,
Ко мне придешь ты, только ночью,
Саму себя ты не губя.
Я помогу тебе, родная,
Как обещал, исполню я
То слово, что не понимая,
Тебе я дал, себя виня.
И ты взлетишь ко мне, рыдая,
Что натворила столько дел,
Люблю тебя и понимаю,
Что сам с тобой не углядел.
Когда окажешься ты дома,
Ты вспомнишь все мои слова,
И я приму тебя безвольно,
И станет легче голова.
А позже ты, не унимаясь
От бесконечного нытья,
Сама себя не понимая,
Возьмешь меня за рукава.
Вновь верну тебя к себе я,
И предложу подольше жить.
А ты, свой плачь не унимая,
Продолжишь очень громко выть,
Просить забрать тебя скорее,
Принять тебя в наш Отчий дом.
А я подумаю и молвлю:
Тебе назначен приговор –
Не хочешь жить? Иди убейся,
Тогда тебя я не приму.
Имей в виду, что не шучу я -
Самоубийц не потерплю!
Когда сказал я эти строки,
Ты плакала еще сильней…
И я решил, что очень много
Страдают так сейчас людей.
Так почему мне не помочь им
И не забрать скорей домой?
Тут я спросил: «Кого ты хочешь,
Чтобы взяла сюда с собой?»
А ты мне молвила: «Татьяну,
Здесь без нее я не смогу»,
Отвечу я: «Она нужна нам,
Родит она нам двух детей.
Один
Он будет ангелом при ней,
Как только примет она это,
Зачаст нам двойню поскорей.
Но это будут не детишки,
А вновь пришествие Христа!
Один из них ей будет сниться,
Она не вспомнит их лица.
И как увидит, озарится
Её лучистая душа
От света, что, чрез них струится.
«Ну, до чего же хороша!» -
Подумает она с тоскою:
«Как жаль, что Леси больше нет,
Ведь на нее тут так похожа,
Как куколка, лежит и пьет
Водицу, что принес муж раньше,
Набрав в Соборе поутру.
А сын-то – вылитый Андрюша,
Иль не похож, все не пойму.
Ведь суждено им быть семьёю,
Так говорила мне она,
Когда все к Папе собиралась.
И тут нахлынула волна.
Волна безудержного счастья,
Что все любимые тут вновь,
Что прекратились все ненастья,
Что проливают всюду кровь.
Теперь все будет по-другому,
И люди к вере прибегут,
Чтоб воспрепятствовать плохому,
Что человечество ведут!
Теперь начнутся озаренья
У масс людей, кто тут живут,
Четвероногих удаленья,
Которые у власти тут.
Теперь мы будем вместе с Богом -
Он наш Создатель и Отец!
Весь Мир проснется понемногу,
И заживем мы, наконец!
Теперь, когда Отец у власти,
Мы будем крепче и сильней.
Притихнут пагубные страсти,
И части Душ вернутся к ней».
Так ведь заманивает Души,
Чтоб лишь частичку отдавать,
Ну а потом всю жизнь им крушит
Наш "замечательный" Злодей.
Так и со мною приключилось…
А было мне 12 лет,
Я лишь в гадания влюбилась
И потеряла Божий Свет.
Пошла вся жизнь моя катиться,
И стал мне Ад тут на Земле.
Я не смогла освободиться
И ухожу Отец к Тебе.
Явьная Любовь
Моя хорошая, родная,
Любимая моя душа!
К тебе лечу, я не взирая,
На смерть и прочие дела.
Могу к тебе я прикоснуться,
Могу погладить волос твой,
Могу в объятия окунуться,
Такой прекрасной и родной.
Мы наконец соединились,
Спустя два года бытия,