Исповедь мантихоры
Шрифт:
– Уже мчусь, – захихикала я, – блин, Семчук, ты можешь у Ежа в понедельник хард мой забрать? А то я дала ему фильмы перекачать еще месяц назад, а он отдает с та-аким скрипом.
– Не грузись по этому поводу, все будет или уже есть, – заверил меня парень, – я жду, позвони, когда будешь подъезжать – у метро встречу.
– Ага, обязательно, – пообещала я и отключались.
Северный ветер дышит в лицо, Враг мой и друг мой, извечный и истинный, Мы разрываем с тобою кольцо Острыми стрелами, желтыми листьями. ЧтоВыключив плеер, из-за которого чуть не проехала свою остановку, заслушавшись Виталием Эрвитом, я выскочила в уже закрывающиеся двери и понеслась к выходу. Естественно, билета я не купила, посему неуверенно поглядела на двух охранников и решила действовать быстро и нагло. То есть встать в очередь людей с билетиками, а потом резко нырнуть вниз. Перепрыгивать я не решилась – боюсь, мои кожаные штаны не допустят такого издевательства над собой и с превеликим удовольствием 'улыбнутся' каким-нибудь самым ненадежным швом. Я была очень даже в курсе самого ненадежного места этих штанов, и перспектива сверкать нижним бельем меня не особо прельщала.
Дождавшись, пока очередь передо мной закончится, и я один на один останусь с турникетом, я откинула корпус назад, присела, а потом подалась вперед, ухватившись руками за стенки. Проехалась на левом колене и задала стрекоча, заметив, как охранник сделал ленивое движение, которое должно было меня остановить. Обычно получалось, наверное, но очень уж мне не хотелось платить штраф – в кошельке болтались последние сто рублей, и неясно было, когда к ним присоединятся их собратья. Так что охранника я просто-напросто снесла, поддав газу. Вылетев из помещения как пробка, я круто повернула направо, чуть не впечатавшись в стену из-за скорости и нырнула в узкий проход между приснопамятной стеной и палаткой с овощами. Пробежала несколько метров, на ходу включила плеер, а потом уже степенно спустилась вниз, в переход. В метро. Окунуться в музыку, в духоту и в толпу.
Не упрекай весь свет, Что розы вянут вновь. Их в тот же яркий цвет Моя раскрасит кровь. Увидишь за окном Из этих роз букет – Не торопись в мой дом. Меня там больше нет.Чуть не проехав переход, на сей раз уже из-за Пикника, я вылетела в закрывающиеся двери, пробурчав себе под нос 'Где-то я уже это видела' и пошла к лестницам. До Семчука, живущего на Театральной, оставалось проехать две станции, так что я отправила ему сообщение 'Встречай, враги на пороге', дождалась ответа 'Автомат собрал' и со спокойной душой поехала дальше.
– Рысь, привет! – услышала я сзади голос однокурсника, развернулась и обняла его, – как доехала?
– Потихоньку, вроде не задавили, – криво улыбнулась я, выключая плеер и начиная движение в сторону его дома, – все-таки не семь утра в электричке.
– Знаю-знаю, – осклабился парень.
Вообще-то знал он только понаслышке, от нас с Вовой, живописно описывающих все ужасы переполненной электрички в утренние часы. Особенно его радовали позы, которые мы принимали, добиваясь лучшего эффекта. Ну да, ему смешно, а мы действительно иногда в таких загогулинах ехали, только бы вписаться покомпактнее в тамбуре. В вагон лучше не заходить – выйдешь только к концу маршрута.
– Где твое живое пиво? – вспомнила я 'приятность', – дай хоть попробовать.
–
– Карандаш? – не поняла я, – зачем карандаш?
– Им очень сподручно губы закатывать! – расхохотался парень, радуясь, что я так легко попалась на старую шутку, – да ладно, мы почти пришли, так что обойдемся пока без карандаша.
– Бе-бе-бе, – фыркнула я, злясь на себя – ну надо же было так глупо попасться. Тоже мне, великая шутница и юмористка, такую глупость спросить, – бороду у шутки подбери.
– Нет ничего мудрее старости, – назидательно поднял палец Суслик, – а мудрее старости только старые шутки.
– Баянишь по-черному, – вздохнула я, – таких не берут на башорг..
– Да ну тебя с твоим башоргом, – поскучнел приятель. Он второй год добивается того, чтобы его цитату выложили на сайте, но пока добился лишь мата от администрации. Беспрецедентный случай, кстати, админы и модеры на баше железобетонные, – они просто не могут по достоинству оценить мой прекрасный юмор, великолепный слог, феерическую сатиру…
– И побивающую все рекорды скромность, – закончила я, – открывай дверь, Петросян.
Отпихнув ногой от себя собаку, я разулась и повесила куртку на крючок, предварительно скинув на пол рюкзак. Сделав страшные глаза и рявкнув на 'боевого такса', я прошла в комнату за Семчуком и плотно закрыла за собой дверь, не обращая внимания на истошное лаянье моськи. Вообще против конкретно такс я ничего не имела. Да, маленькие, да, лысые, да, с кривыми лапами. Но ведь каждому свое. Я никогда бы не завела никакой собаки, кроме ротвейлера, волкодава или овчарки. Потому, наверное, и живу до сих пор с кошкой. Я была против конкретно этого животного. Я бы с удовольствием пустила ее на мыло – осенью она очень хорошо пожевала книгу, которую я дала Суслику почитать. А я очень трепетно отношусь к печатным изданиям, а уж любимым… Надо было, наверное, видеть мое лицо, когда я лицезрела порванный корешок и первые несколько страниц. Слабые отговорки типа 'с рояля упала, а такс погрыз' меня не удовлетворили и моим первым позывом было как следует приложить нерадивого хозяина фейсом об тейбл. Нечеловеческим усилием воли я сдержалась, но клятвенно пообещала придушить засранку подушкой при первом удобном случае. Что-то он никак не попадался, этот случай.
– Ну, что сегодня для начала сыграем? – спросил Семчук, передавая мне акустическую гитару, – что-нибудь из Арии? Или опять несчастного Всадника?
Всадник – отдельная тема. Когда мы только-только поступили в колледж, куратор осчастливила группу: ежегодно проводятся походы для первокурсников. С обязательной явкой. В походе будут соревнования типа 'Кто быстрее разожжет костер', 'Кто быстрее пронесет яйцо в ложке и не уронит его' и все в таком духе. Был там и творческий конкурс, на который нужно было что-то придумать. Ну сказали нам и забыли, мы тоже насчет этого дела особо не заморачивались. А вот за две недели до похода, когда, как оказалось, остальные группы были уже готовы…
Самой первой компанией в группе стала наша – неформальная. Сначала я решила познакомиться с тихой готичной девушкой Лаурой. В первый же день, пока еще не было лекций и мы приехали чисто символически – записать телефоны, разобраться со студенческими билетами и выбрать старосту. Познакомилась. Потом мы решили познакомиться с новоявленным старостой – Семчуком, которого выбрали из-за его принадлежности к вымирающему виду мужчин в группе – всего три юноши. Познакомились. Потом познакомились с Ежиком. И Робином. Вот компания и собралась. Мы решили, что раз уж выпало редкое везение – столько металлистов, готов и панков в одной группе, то это неспроста и держаться надо вместе. И держались.