Исповедь проститутки
Шрифт:
– Это было грубо сейчас, – сказала я обиженно. – Я не хочу его использовать, я не хочу, чтобы он меня покупал. Я хочу с ним… Я хочу, чтобы он…
Я запнулась.
– Прости, Софико, я не хотела тебя обидеть. Просто мне кажется, ты летаешь где-то в радужных облаках. Спустись на землю, вспомни, что это реальная жизнь. Мы не в романе живём, где принцы женятся на Золушках, а миллионеры на проститутках.
Я понимала, что Тома права. Но внутренне я сопротивлялась, не хотела соглашаться с грубыми правилами жизни.
– Значит, забудь его, выброси из головы, просто не общайся больше с ним.
– Наверное,
– Конечно, – бодро сказала Тома. – Ты же его совсем не знаешь. А вдруг он зоофил какой-нибудь окажется, или бисексуал. Или всё вместе.
– Ну да, я же тебе рассказывала, как его дружок предложил поменяться партнёршами. Наверняка, они частенько такое практикуют. Свингеры противные.
Я брезгливо скривилась.
– Вот и хорошо, – заключила Тома. – Добьёшься своей цели, станешь известной моделью, тогда все мужики будут у твоих ног. Выберешь себе нормального, не то что эти голубки-свингеры.
– Да уж, это точно, – согласилась я и погрузилась в мечты о своём будущем, о том времени, когда я стану знаменитой и богатой; как все ведущие женские и мужские журналы будут умолять меня сняться на их обложках; как состоятельные и влиятельные мужчины будут добиваться моей любви. Как я появляюсь на красных дорожках в ослепительных бриллиантах и в окружении фотокамер и корреспондентов, которые ловят каждый мой взгляд, чтоб запечатлеть для журнала, и каждое моё слово для интервью.
От таких мыслей голова кружилась сильнее, чем от шампанского, а в животе порхали бабочки.
17.
Благодаря мудрой Томе я отвлеклась от тяжёлых мыслей, переключилась на другую тему. И всю неделю потом я спокойно училась, занималась своими делами, пребывала в нормальном, даже приподнятом настроении. И, когда в пятницу пришла в клуб, ни в голове, ни в душе у меня не было тяжести.
Я была рада встрече с девочками, я соскучилась. За эти несколько месяцев, что танцевала в «Игуане», я очень привязалась к Натали и Ксюше. Они стали для меня как старшая и младшая сёстры. Натали чем-то напоминала мне Тому – такая же серьёзная в суждениях и прямая в высказываниях. Ксюша же была мягким нежным цветком, весёлым и светлым созданием. Её хотелось оберегать и защищать.
Мы расцеловались с девочками, выпили по глотку сухого вина, не больше (наш хозяин Алекс разрешал «промочить горлышко» перед первым выходом, чтобы, как он выражался, «кровь потекла по жилам веселее»), и наспех обменялись новостями. Выглянув в зал, мы увидели, что он был уже полон посетителей, жаждущих горячих зрелищ. Мы слегка размялись, потянулись, и стали одна за другой выходить на сцену.
Из зала раздавались свист и громкие возгласы одобрения, подбадривания типа: «Давай, детка, ко мне нагнись» или «Поверни к нам свою попку» и т.д. Я уже давно привыкла к подобным репликам и, как и посоветовала Анжела, танцевала для себя, время от времени соблазнительно улыбаясь кому-нибудь, то раздвигая ноги, то прогибаясь, то ритмично приседая перед самыми носами возбуждённых посетителей. И на моих губах играла торжествующая улыбка. Я ощущала власть, которую имела над этим табуном разгорячённых жеребцов. В голове мелькнула
«В таком состоянии они просто неконтролируемые. Надо поосторожнее с этим», – решила я и сбавила темп, стала танцевать чуть мягче и спокойнее.
Я так увлеклась танцем, музыкой и своими мыслями, что не заметила, как в клубе появились Виктор с Игорем. Только через время, занеся ногу в поперечном шпагате на пилон, я глянула в зал и увидела Виктора. Он смотрел на меня, опершись локтем о столик, и глаза его горели в полумраке.
Словно электрический ток прошёл через всё моё тело и отозвался пульсацией где-то пониже пупка. Я издала стон, и он потонул в общем шуме разговоров, музыки и выкриков. Голову повело, так что мне пришлось крепко ухватиться за пилон, чтобы не упасть. Я поняла, что не могу и не хочу сопротивляться. Я пойду, побегу куда угодно, лишь только он поманит, лишь бы снова обладать им, пусть ненадолго, пусть даже за оплату. Плевать. Я жажду, чтобы он поскорее опрокинул меня на постель и унёс в заоблачные дали.
Закончив танец, я поспешила уйти с подиума. За сценой меня уже ждала Ксюша. Она бросилась ко мне и возбуждённо заговорила:
– Они уже здесь. Ты видела?
– Да, видела, – ответила я. От волнения во рту пересохло, и я с трудом шевелила губами. По всему телу разлилась приятная истома в предвкушении скорого наслаждения. – Идём к ним, – сказала я.
– Пошли, – ответила Ксюша. – Только дай мне воды глотнуть, а то в горле пересохло от волнения, – улыбнулась она. Ноздри её трепетали, как крылья бабочки.
На сцене нас сменили Анжела и Ника. Так что две-три мелодии мы могли спокойно отдохнуть и пообщаться со своими «кавалерами».
За столиком нас уже ожидали наши напитки. Мы с удовольствием присели к ребятам.
– Давайте выпьем за что-нибудь приятное, – сказал Игорь, поднимая свой стакан с виски и протягивая Ксюше её напиток.
– Я согласна, – подхватила Ксюша.
– Я тоже, – сказал Виктор. – Предлагаю выпить за встречу. – И он немного понизил голос: – Я соскучился за эту неделю.
От его слов и от его взгляда меня окатило волной возбуждения.
– За встречу, – подхватил Игорь, – и за сумасшедшее продолжение этого вечера! – заключил он торжествующе и впился жарким поцелуем в шею Ксюши.
* * *
В два часа ночи, когда закончилась основная программа, и зал наполовину опустел, Алекс разрешил нам с Ксюшей уйти, учитывая обстоятельства, при которых мы уходили. Он был очень доволен неделю назад, когда мы принесли ему по двести гривен отката. И сегодня он тоже рассчитывал на дополнительные «чаевые».
Нас снова привезли на ту же квартиру. Мы, как и в прошлый раз, отправились в ванную, чтобы освежиться после клуба. Нам с Ксюшей очень понравилась их просторная ванная комната с огромной душевой кабиной, в которой не то что вдвоём, но даже втроём можно было свободно вместиться.
Тёплый душ с ароматным гелем хорошо освежил нас, усталости как не бывало. Мы стояли под водяным дождём и тёрли друг другу спины мягкой губкой, как вдруг дверца кабины с шумом отъехала в сторону, и в проёме я увидела абсолютно голого Игоря с «дымящимся» пенисом и лихорадочным блеском в глазах.