Исповедь самоубийцы
Шрифт:
Да хрен с ними, нужно пользоваться моментом, пока ситуация ими не контролируется.
Один из вариантов, который заранее прокручивал Самойлов в голове, был тот, что придется уходить от преследователей, заметая следы. Ну а что лучше всего скрывает их, как не огонь? На этот, да и не только на этот, случай в его кейсе было кое-что припасено. У него вообще много было чего в этом «командировочном» кейсе.
Он быстро достал баллончик, в которых обычно хранится газ для газовых зажигалок. Извлек газету, скомкал ее, сунул в бумагу кусок пластмассы и скрутил,
Сам Вячеслав в это время несколько раз выстрелил в оконное стекло.
Не забывая при этом отчаянно вопить:
— Только не стреляйте! Не надо! Не убивайте!..
Рукоятью пистолета он вышиб оконное стекло. Приподнял полку, достал чемодан с товаром. Выдрал из-под куртки кобуру на ремнях. Продел ремень под ручку чемодана, затянул узел и надел петлю на шею. Еще раз пальнул из Стечкина в одно из тел, швырнул оружие на труп страховавшего его парня. А сам начал быстро спускаться в окно.
Благо, дорога тут старая, так что поезда слишком большую скорость не развивают. Хотя, скорее всего, машинист добавил жару, стремясь как можно скорее попасть на станцию, где есть силы и средства, чтобы захватить преступников.
Теперь уже поздно.
Уже свесив ноги за окно, Вячеслав дотянулся рукой и сбросил коптящий фитиль со столика. Разлитый по полу бензин вспыхнул тотчас же. После этого он оттолкнулся и полетел в темноту.
…В Москве Самойлов появился почти через месяц после описанных событий. Заявился к Фазану — хорошо одетый, сытый, с изящным чемоданом в руке. У того глаза едва не вылезли из орбит от удивления.
— Ты откуда? — оторопело спросил направлявший его в Азию мафиози. — А мы уж думали…
— Как видишь, напрасно думали, — Шурави небрежно бросил чемоданчик на стол. — Вот товар. Правда, мне отсюда пришлось немного позаимствовать на прожитье…
— Так что же там у вас случилось? — допытывался слегка отошедший от изумления Фазан.
— Долго рассказывать. Ну а если коротко, дело было так. Получил я товар. В поезде на меня попытались напасть. Но я сумел отбиться. Выпрыгнул из поезда в окно. Спрятал чемодан с товаром, какое-то время скрывался в заброшенной кошаре, старался не попадаться людям на глаза. Ну а когда решил, что все утихло, кружным путем выехал сюда.
Он немного привирал, Самойлов. Во всяком случае, так считал Фазан. Но рассудил: товар доставлен — а остальное можно списать.
Ни один, ни второй ничего не сказали про парня, который должен был страховать Шурави. Просто вычеркнули его из памяти. Будто и не было человека.
2
На площадке за домом нас ждал… вертолет! Я не поверила своим глазам. Настоящий зеленый закопченный вертолет с потускневшей красной звездой. Откуда он тут взялся? Вчера ведь его не было.
Либо я так крепко спала, что не слышала, как
Дела-а! Значит, наша родная советская… пардон, российская мафия уже и «вертушками» собственными обзавелась? Или это они арендуют у кого-то?
Мы направились к брюхастой хвостатой машине. Навстречу нам шел летчик в форменной фуражке.
— Здравствуйте, Вячеслав Михайлович, — он привычно бросил руку к козырьку.
— Доброе утро, — приветствовал его Самойлов.
Он явно не знал имени пилота, не считал нужным это скрывать и не стеснялся этого.
— Машина к полету готова, — опять козырнул летчик.
— Отлично. Погода не подведет? — взглянул на небо Вячеслав Михайлович.
— Да тут лету всего ничего, — успокоил летчик. — Да и прогноз хороший…
— Народная примета: если синоптики сказали «ясно» — бери с собой зонтик, — пошутил мой работодатель. — Ну ладно, заводи свою шарманку…
…Над головой мягко что-то взвыло. В иллюминатор стало видно, как дрогнула и пошла по кругу лопасть винта. Потом вторая, третья… А через несколько секунд я уже не могла их различить. Над головой ревело все громче, уши тут же заложило, пол под ногами затрясся, все начало вибрировать… Да, комфортом тут и в самом деле не пахнет!
— В коммерческих пассажирских вертолетах, понятно, не так шумно, — прокричал мне на ухо Самойлов. — Ну а вояки и в таких полетают.
Мы круто завалились направо. В иллюминаторы левой стороны резко хлестнуло по глазам солнце, справа надвинулись совсем близкие вершины деревьев. Я почувствовала, как от желудка к горлу подкатил противный ком.
— Не бойтесь, мы просто поворачиваем, — услышала я голос слева.
Это говорил телохранитель Самойлова. Наверное, он слышал, как я вскрикнула.
Вертолет пошел на посадку. Под колесом мелькнули какие-то бараки, забор, колючая проволока, аккуратно размеченные дорожки… Вертолет опускался явно на территорию какого-то режимного объекта.
Мы зависли над асфальтированной площадкой, провернулись вокруг своей оси. Рядом на шесте лениво колыхался черно-белый полосатый чулок. Вертолет мягко коснулся земли. Из кабины пилотов выскочил все тот же летчик, распахнул дверцу. Подхватил лесенку, вставил крючки в специальные отверстия в полу и приглашающе показал нам: можно выходить. Сквозь проем было видно, что поодаль нас ждут несколько человек.
— Идемте, — позвал Самойлов и первым шагнул на ступеньки. — Видите, как все просто, быстро и удобно!
3
Становилось уже привычным, что мое появление у людей, которые встречались с Самойловым, вызывало замешательство. Так было и теперь. Шагнувший навстречу Вячеславу Михайловичу высокий, спортивный, лощеный красавец замер, увидев, что я остановилась за спиной шефа.
— Здравствуйте, Валентин Павлович, — приветливо произнес Самойлов, протягивая ему руку.