Исправить ошибку
Шрифт:
— Пожалуйста, вот столик мистера Янга, — официант вежливо отодвинул стул, дожидаясь, пока гостья сядет.
Она недоуменно оглядела белую накрахмаленную скатерть, кувшин, стаканы и вазочку с нежными орхидеями, а затем снова взглянула на Гая.
— Оливер, вероятно, задерживается, но скоро должен появиться. — Голос Гая прозвучал легко и обыденно, как будто они расстались только вчера, а не целую вечность назад. А точнее, два года, месяц и три недели, подумала Беренис, досадуя на то, что столько времени хранила эту бесполезную информацию в голове.
Гай
Официант искусными и привычными движениями встряхнул салфетку и уложил ее на колени Беренис, а затем протянул ей меню и отошел в сторону.
— Ну, как поживаешь, Беренис? — спросил Гай, наливая воду из кувшина в ее стакан.
— Замечательно. А ты? — стараясь быть сдержанной, проговорила она и заставила себя посмотреть на него. Ему теперь было тридцать восемь, но выглядел он еще лучше, чем тогда, когда они виделись в последний раз. Его мужественное лицо с благородными чертами было очень привлекательно. И хотя темные волосы слегка подернулись у висков сединой, это только добавляло ему обаяния.
Беренис почти забыла, какими насыщенно голубыми были его глаза. Сейчас в них искрилось лукавство, как будто он знал, чего ей стоило оставаться невозмутимой.
— Кажется, я не очень изменился с тех пор, как ты видела меня в последний раз, — непринужденно сказал он.
Господи, он прав, смущенно подумала Беренис. Она всегда думала, что если снова доведется встретиться с ним, это будет подобно встрече с незнакомцем. Удивительно, но теперь все ее чувства говорили об обратном. Фигура сидящего напротив мужчины вызывала мучительно знакомые переживания. Казалось, будто кто-то прокрутил пленку времени в обратную сторону и последние несколько лет исчезли, словно их и не было.
Ощущение было пугающим. Ведь он разбил ее сердце. Не дай Бог пережить что-то подобное еще раз! Она многое сделала, чтобы похоронить тот кошмар навсегда. Ей пришлось приложить столько усилий и пройти такой долгий и мучительный путь, что она не могла позволить Гаю вновь играть ее чувствами.
— Да, жизнь богата на неожиданности. Ты хочешь чего-нибудь выпить?
Правильно, нужно выпить, подумала Беренис, это поможет.
— Гай, может, ты все же объяснишь, что ты тут делаешь? — спросила она, пытаясь преодолеть оцепенение.
Он удивленно вскинул брови, а потом нахмурился:
— Разве Оливер не сказал?
— Не сказал что? — Она внезапно ощутила под ложечкой спазм, как на американских горках, когда тебя подбрасывает и ты не знаешь, насколько жуткий провал тебя ждет дальше.
— Он не сказал тебе, что мы будем работать вместе?
— Что? — Беренис показалось, что она ослышалась.
— Мне предложили главную роль в том же фильме, где будешь сниматься ты. — Он заметил недоверие в ее глазах и усмехнулся. — Да, ирония судьбы. Нам еще раз придется
— По-моему, это неудачная шутка. — В ее голосе сквозила растерянность. — Оливер говорил, что этот фильм будет снимать компания «Нью Лайн Продакшн» и на главную мужскую роль назначили Мейсона Пита.
Гай покачал головой:
— Насчет компании все верно, вот только главную роль в этом фильме буду играть я, а не Мейсон.
Беренис замерла, словно она только что перемахнула через верхушку американской горки, и перед ней возникла неотвратимая бездна. О Господи! Ей так нужна была эта работа, чтобы перестать наконец считать гроши! Но она не сможет работать со своим бывшим мужем! Находиться с ним рядом, в близком контакте, на протяжении всего времени съемок было выше ее сил.
— Мисс Хартли, вас просят подойти к телефону. — Голос подошедшего к столику метрдотеля вывел ее из оцепенения.
— Благодарю, — сказала Беренис. Она стремительно поднялась и на негнущихся ногах пошла к телефону.
— Я застрял в пробке, Беренис. Очень сожалею, что не смогу приехать, — послышался из трубки торопливый голос Янга.
— Привет, Оливер! — произнесла Беренис ровным тоном, за которым скрывались отчаянье и злость, и продолжала, понизив голос: — Почему ты не сказал мне о замене партнера?
— Потому что сам узнал об этом всего несколько часов назад. Приятная новость, правда? — оживленно лопотал Оливер. — Это большая удача для студии. Я имею в виду то, что Гай будет сниматься в этом фильме. Ведь он — знаменитость, замечательный актер, способный захватить сердца публики. Это невероятно повысит кассовость нашего фильма.
Слушая, Беренис почувствовала, будто что-то колотится у нее под ложечкой и, дождавшись паузы, резко вставила:
— Извини, Оливер, но так дело не пойдет.
— Почему? — искренне удивился тот.
— Потому что Гай — мой бывший муж.
Она посмотрела на Гая, и ей показалось, что спокойствие в его невозможных голубых глазах сменилось насмешкой. Беренис отвела взгляд. Его мнение занимало ее меньше всего. Просто хотелось скорей со всем этим покончить.
— Это не серьезно, Беренис! — Оливер явно развеселился. — Ты представь, во что превратятся съемки фильмов, если каждый из актеров станет заявлять, что не может с кем-то работать, потому что они когда-то были в близких отношениях! Так и снимать будет некого!
— Меня это мало интересует. — Ее голос сорвался на высокую ноту, но Беренис спохватилась и приглушила его, заставляя себя сохранять спокойствие. — Мне безразлично, как ведут себя другие.
— Но ведь ты же подписала контракт! — В голосе Оливера послышалась тревога.
— Подписала, потому что думала, что буду работать с Мейсоном.
— Им в студии на это наплевать. Если ты разорвешь контракт, они возбудят против нас судебное дело, слышишь, Беренис? Это дороговато нам обойдется. Ты обязана приступить к съемкам на следующей неделе. — Тон Оливера стал жестким.