Испытание любви

Гамильтон Диана

– Ребенок. Наш ребенок. Я знаю, ты сторонник планирования семьи. Тебе хотелось обзавестись ребенком когда-нибудь в будущем, когда у тебя появится желание осесть на одном месте. Я же подвела тебя. Но уверяю, здесь не было никакого злого умысла. Я просто забыла о таблетках и не принимала их. Неужели это такая страшная проблема?

Вместо ответа он опрокинул ее на подушки и прижал к матрасу, восхищенно глядя ей в лицо.

– Существует одна-единственная проблема:

простишь ли ты меня за то, что я сделал? Меня сжигала ревность. Я не отдавал отчета в своих поступках. Не задумывался. Когда бы ни родились наши дети, мы всегда будем им рады. – Кончики его пальцев коснулись ее мягких губ. – В прошлом мне постоянно приходилось самоутверждаться, доказывать свое «я». – Голос Натана стал серьезнее. – Снова и снова. Одного раза было мало. Я считал недостаточным быть самым лучшим. Я должен был стать лучше самого лучшего. Теперь же хочу только одного: самоутвердиться в твоих глазах, доказать тебе свою любовь. Создать вместе с тобой любящую семью. Только с тобой. Теперь, когда я знаю, что между тобою и Джеймсом ничего нет, я считаю, что ты можешь остаться на работе, если действительно этого хочешь.

– Любовь моя, за все это я прощу тебе что угодно. – Оливия потянулась к Натану и обвила его шею руками. В глазах его была неприкрытая страсть. Оливия покачала головой. – Всего один месяц. Я не могу нарушить контракт. Хью здорово подставил Джеймса. Он брал взятки с наших конкурентов и лишал нас заказов. Джеймс хотел, чтобы я ему помогла, но я думаю, что он сам со всем справится. Через месяц я буду работать с тобой. – Оливия улыбнулась Натану. Он снова стал для нее центром Вселенной. Он был всем, чего она когда-либо хотела или на что надеялась. – Мы возвращаемся на свой прежний путь, – с облегчением вздохнула она, зная, что это чистая правда.

– И никогда с него не свернем, – подтвердил Натан и жадно накрыл ее губы своими.

* * *

– Их вполне можно было бы принять за двойняшек, – заметила Ванни, глядя любящими глазами на двух темноволосых маленьких мальчиков, играющих на зеленой лужайке.

– Да, вполне. – Оливия радостно смотрела на то, как резвятся малыши. Джеймс Колдвелл Второй родился на семь месяцев раньше ее драгоценного Гарри, но Гарри очень быстро догнал своего приятеля. В два года он был даже немного выше и крепче Джеймса. Малыш был очень похож на своего красивого отца.

Ванни откинулась на спинку шезлонга, опустив руки.

– Здесь – рай. Я все время говорю Джеймсу, что нам нужно переехать в пригород. Конечно, в Лондоне прекрасно, но с детьми лучше жить

за городом. Еще часика два, и нам, к сожалению, придется возвращаться.

– Я думаю, через три, – улыбнулась Оливия, подставляя лицо теплым лучам послеполуденного солнца. – Анжи и Эдвард пригласили нас всех на чай, а ты знаешь, какими долгими могут быть ее беседы!

Родители Натана были в восторге, когда он купил поместье Грейндж. Но еще большую радость им принесла новость, что очень скоро они станут бабушкой и дедушкой. Из них получились замечательные няньки, которые никогда не отказывались посидеть с малышом, если Натану и Оливии хотелось побыть наедине.

Думая о своем замечательном муже и о жизни с ним, Оливия широко улыбнулась, открыла глаза и увидела приближающихся Натана и Джеймса. Они вышли из сада, где устанавливали качели для своих сыновей. С тех пор как грязная ложь Хью была разоблачена, эти мужчины стали добрыми друзьями. А когда родился Гарри, семейство Колдвеллов частенько проводило выходные в поместье Грейндж.

Хью переехал жить в Португалию, где сотрудничал с каким-то сомнительным типом, занимаясь прокатом автомобилей и управляя кемпингом. Оливия была уверена, что он уже больше никогда не решится показаться в Англии.

Легко поднявшись с шезлонга, Оливия прошла по траве мимо Джеймса, который нес своего отпрыска жене, продолжавшей лежать в шезлонге. Гарри, радостно смеясь, бегал по лужайке так быстро, насколько позволяли его крепкие маленькие ножки. Натан, тоже смеясь, бегал за ним, делая вид, что не может его поймать.

Увидев Оливию, он остановился и, подняв на руки маленького шалуна, с нежностью посмотрел на Оливию. Освободив одну руку, он прижал жену к себе, наклонился и поцеловал в губы.

– Ты становишься прекраснее день ото дня. Я все больше и больше люблю тебя, – шепнул он. – Ты – мой мир. Нет, мы трое составляем наш собственный совершенный мир.

– Нам понадобится место для еще одного человека. – Оливия взяла руку Натана и приложила ее к животу. – Я выяснила это сегодня утром. Мне не терпелось сказать, но я ждала удобного момента, когда мы останемся с тобой наедине.

Счастливая и радостная улыбка Натана была доказательством того, что новости лучше, чем эта, Оливия не могла ему сообщить. Он с жаром поцеловал ее. Гарри, глядя на отца, стал требовать для себя того же. Почувствовав в поцелуе мужа страсть, Оливия поняла, что он ждет не дождется того часа, когда, оставшись с ней наедине, по-настоящему сможет еще раз доказать ей свою любовь.