Испытание огнем
Шрифт:
– С боевыми механизмами когда ни будь работали, сержанты?
– Мы в основном в гарнизоне жили. Правда, на учениях скорпионы охраняли…
– Со скорпионами имели дело?
Сержанты в ответ только недоуменно переглянулись.
– Никак нет, сир лейтенант. Зачем они нам? Оружие трусов.
– Фигово… А из пушек хоть раз стреляли?
– Никак нет, сир лейтенант. Строжайше запрещено!
– Блин, ну хотя бы заряжали орудие?
– Нам рассказывали, как это делается, сир лейтенант.
«Значит ни разу не заряжали и вообще
К такому повороту событий он готов не был. Полигон, инструктаж по технике стрельбы, опознавательные сигналы и все остальное он помнил смутно. На полигоне какой-то красный от напряжения мужик битый час пытался что-то втолковать пьяным землянам. Потом плюнул, лично зарядил пушку и произвел единственный выстрел. От этого выстрела содрогнулось нутро, задрожал желудок, и учащиеся дружной толпой побежали в кусты опорожнять желудок. Обучение вышло так себе… Поэтому он сильно рассчитывал на своих подчиненных в этом вопросе.
– Ладно сержанты, бойцы пусть пока отдыхают – кроме строителей и копателей, а мы с вами пройдемся до орудий. Захватите с собой по два человека с отделения – поздоровее. И еще, увижу солдата без доспехов – отправлю в сортирную команду.
Группа людей в новеньких, блестящих в уходящем солнце доспехах проследовала к поляне с телегами и спрятанными пушками. Не теряя времени, Ветал стал сыпать распоряжениями:
– Так, пушки вытаскиваем из кустов. Осторожнее с ними, за спицы беритесь и крутите колеса. Живо! Кусты ломайте нафиг!
Вся толпа солдат и возничих с главным обоза залезла в чащу и стала выковыривать от туда пушки. Делом это оказалось непростым. Из уничтожаемых кустов постоянно неслась ругань, поминали неведомых для Виталика животных существ и их части тела. «Армейская ругань интересна, надо будет подучиться…», эта мысль потухла так же стремительна, как загорелась. Пушки были извлечены из схронов и громоздились на поляне в шахматном порядке.
К тому времени Виталик уже исследовал будущий полигон и указал строить орудия в линию, что бы между ними могла проехать лошадь и пройти разом два человека. Еще через пять минут орудия стояли линией, смотрели жерлами своих стволов в нужном направлении. Солдаты к тому времени окончательно измазались в грязи и тяжело дышали.
– Хорошо, очень хорошо. Обозник, иди сюда. Тебя как зовут?
– Ирм, сир лейтенант!
– Странное имечко… ну да ладно. Ирм, я не знаю и не хочу знать, как ты это сделаешь, но завтра мне нужна нормальная железная лопата на каждое орудие. Одна лопата есть – нужно еще четыре. Если будет вариант достать пару заступов – бери. Деревянные лопаты и прочие глупости меня не устраивают – только железные.
– Сир лейтенант, где же я возьму здесь такое богатство! И денег у меня столько нет!
– На счет денег не переживай, выделю сколько нужно. Но чтобы завтра лопаты были! Не будут – в сортирную команду пойдешь.
Виталик нащупал ту струнку, за
Непривычный вес брони давил Виталика вниз и он уселся на телегу.
– Так, теперь вы. Разбирайте инструменты, доставайте огонь, воду и вперед. Вот эту пушечку мне зарядите!
Виталик облокотился о какой-то сверток и с удовольствием стал разглядывать начавшийся спектакль.
Три солдата резво побежали в лагерь за чем-то. Сержанты почтительно подошли к артиллерийской двойке и стали бережно доставать из нее железные щупы, ежики, тряпки, фитили, пороховницы с заправочным порохом и еще много чего. Все это богатство тщательно осматривалось, производились какие-то расчеты и обсуждения. К тому времени, пока сержанты договорились, прибежали солдаты с водой и горящей палкой с костра. Наконец, перед выбранным Виталиком орудием стояло деревянное ведро с водой, в жаровне горел огонь, ствол был накрыт мокрой тряпочкой, и сержанты начали свой мудреный танец.
Один из них осторожно, будто гладит понравившуюся девушку по плечу, засунул в ствол щуп с мокрой тряпочкой – в стволе могли находится угли от прошлого выстрела. Осторожно поводив в стволе тряпочкой, он ее так же бережно вынул. Настала очередь другого сержанта. Тот вооружился щупом с жестким ежиком на конце и начал бережно гладить им по внутренностям пушки. Медленно, бережно. Намного более нежно, чем предыдущий торопыга с тряпкой. Сержант, до того возившийся с тряпочкой, охватил руками воздух и сделал вид, будто заталкивает внутрь заряд, его коллега тут же щупом его «затолкал».
Как-то незаметно подошла очередь сержанта с затравочным порохом. Абсолютно не понимая смысла своих действий, тот открыл коробочку для пороха, подрыгал рукой с пороховницей над нею и отошел в сторону.
Наконец, последний персонаж этой комедии торжественно поднес незажженный фитиль к пороховнице. После этого вся компания вопросительно уставилась на Виталика, будто ожидая грома аплодисментов.
Виталик в ответ поднял наверх заранее припасенный белый флаг, и через секунду – красный. Никакой реакции на это не последовало, сержанты только недоуменно уставились на своего командира.
– Придурки, антимагию кто включать будет, я?
– Ааа!!!
Сержант Лербант полез рукой под лафет и стал там что-то щупать. Наконец что-то у него получилось и он торжественно заявил:
– Белый!
– Прекрасно. Что флаги означают – знаете?
– Никак нет, сир лейтенант. Забыли.
Виталик еще раз грустно вздохнул. Он сам эти знаки вспоминал с трудом. Они оказались удивительно похожи на земную систему знаков в советских бронетанковых войсках. Здесь эту систему просто адаптировали под новые условия. Конечно, сержанты с ней не сталкивались и ничего в ней не понимали.